Муж лучшей подруги - Ольга Джокер

Лида.

У нас с Ритой получается встретиться один на один только среди недели. Светлова назначает мне встречу в ресторане грузинской кухни на летней террасе после рабочего дня среды. Я прихожу на встречу первой. Даже не удивляюсь, когда вижу, что подруги ещё нет. Скорее я удивилась, если застала бы её скучающей за столиком, который мы забронировали накануне. Но нет, Рита решает не изменять своим привычкам и это вызывает у меня легкую улыбку с каплей ностальгии.

Я занимаю дальний столик, делаю заказ и прежде чем подруга появляется на пороге ресторана успеваю съесть свою порцию шашлыка из телятины с овощами. Готовят здесь изумительно и сытно.

— Прости-прости! Я застряла в ужасной пробке! — Рита влетает в заведение разбавляя скучающих посетителей одним своим появлением.

Она грациозно вышагивает своими бесконечно длинными ногами по залу, словно по подиуму. В открытом красном платье, которое до невозможности обтягивает её аппетитную задницу и подчёркивает округлую большую грудь. На тонкой осиной талии висит чёрный ремешок, на плече — сумочка из новой коллекции Луи. Безупречная укладка, выразительный макияж и внутренний магнетизм, который заставляет приковывать к себе внимание всех присутствующих мужчин в зале. Да что там мужчин — даже женщины смотрят на Риту с восхищением и завистью.

— Всё в порядке, я привыкла, — заказываю подоспевшему официанту творожный десерт.

Светлова садится напротив. Достает из сумочки зеркальце в стразах, поправляет и без того безукоризненную причёску, внимательно осматривает своё лицо проверяя не испортился ли макияж и только после этого переводит свой взгляд на меня.

— Ну привет! Наконец-то мы встретились, Новикова. Мне о стольком тебе нужно рассказать! Но… рассказывай сразу ты, потому что я займу бесконечно много твоего личного времени. Артём… не сильно тебя выматывает? — почему-то в этот момент я тут же закашливаюсь, делая глоток яблочного сока.

— Что? О, нет, конечно. Он абсолютно не нагружает меня работой, — говорю чистую правду. — Зато постоянно загружен сам.

Артём Сергеевич действительно много работает. Наверное, слишком много как для генерального директора крупной нефтегазовой компании с двумя заместителями в штате на которых он вполне мог бы спихнуть часть своих обязанностей. Порой он забывает обедать и чаще всего задерживается на рабочем месте допоздна, отпуская меня домой вовремя.

В последние несколько дней наши отношения лишь подчёркнуто-вежливые, деловые и такие, словно никаких поцелуев в Сочи и не было вовсе. Меня это более чем устраивает. Ещё бы научиться контролировать свои эмоции, когда босс поблизости.

— Это вполне в его стиле, — отмахивается Рита. — Артём просто закоренелый трудоголик, который помешан на работе, на своей компании и может говорить об этом часами. Ничего для меня нового.

Наверное Светлову злит его постоянная загруженность. Возможно даже такой ответственный подход к своему детищу вызывает ссоры и недопонимания в семье подруги, раз она так сердито машет на это рукой. Чужая семья — потёмки.

— Самое главное, что у тебя есть работа, Новикова, — продолжает Рита. — А это уже хороший козырь перед бывшим, который может в неожиданный момент взбрыкнуть и здорово попить тебе крови.

Он может, да.

— Ты права, Марго. Я трудоустроена, мне хватает средств, чтобы содержать Полину и это самое основное. И… спасибо тебе ещё раз за это, — я протягиваю к ней свою руку и осторожно касаюсь пальцами Риткиной ладони. Слегка сжимаю в знак благодарности и тут же отпускаю.

Второй острый и болезненный укол совести ощущаю прямо сейчас, в область сердца, когда понимаю, что мне есть что скрывать от Риты. Я же могла не допустить того, что произошло между мной и её мужем. Я могла уйти, не устраивать сцен на пляже, обвиняя Артёма Сергеевича в хамстве, могла не провоцировать и не подходить так близко. Но что самое страшное и неприятное во всей этой ситуации — я ведь тогда хотела, чтобы он меня целовал. Даже тогда, когда дала ему пощечину и гордо ушла. Я трогала пальцами пылающие губы и чувствовала кипящий внутри меня адреналин, который подстёгивал меня вернуться обратно и всё это ещё раз повторить. А может даже и не один раз.

Но больше я не позволю себе подобного даже в мыслях. Буду гнать их поганой метлой, буду сопротивляться любому проявлению эмоций перешагивающих черту рабочих. Потому что Рита не заслужила такого. Пусть от него, но не от меня.

— Да брось, Лида. Совершенно незачем меня благодарить! — возмущается подруга. — Вспомни на секундочку сколько раз ты меня выручала? Взять хотя бы мою первую неразделённую любовь с торговцем марихуаны. Ты вступилась за меня перед отцом и приняла удар на себя. Сказала, что травка под моим матрасом — твой заработок, родители тебе поверили и всё спустили с рук. Меня бы — четвертовали.

Я прекрасно помню этот эпизод. Рита клялась мне, что помогала торговать своему сомнительному парню из-за большой и чистой любви, что без неё бы он не справился. Но как только родители обнаружили ужасную находку в комнате своей дочери Марго не придумала ничего лучше, чем спихнуть всё на меня. Конечно, мне было очень стыдно — приходилось врать уважаемым людям и мне даже представить страшно как низко я тогда выглядела в их глазах. Но все это быстро забылось и замялось. Ритка сразу же бросила того парня и начала встречаться с другим, не менее сомнительным.