Тайный шепот - Саманта Гарвер

Харриет посмотрела на Бенедикта, и он с готовностью встретил ее взгляд. Словно почуяв смуту у нее в душе, он ласково улыбнулся, и замешательство Харриет только усилилось.

Они пошли вслед за Латимером вверх по лестнице, миновали второй этаж и поднялись на третий, отведенный леди Крейчли под ее личные апартаменты. Остановившись в начале коридора, Харриет осмотрелась вокруг. Во время первого визита было не до разглядывания интерьера. Разумеется, ведь в прошлый раз она попала сюда за полночь и сразу после столкновения с привидением.

Сейчас, спустя несколько часов после полудня, коридор рассекали солнечные лучи, падавшие из открытых дверей. Харриет с вежливым любопытством заглядывала в комнаты.

– И давно вы здесь работаете, мистер Латимер? – поинтересовался Бенедикт.

– Двенадцать лет, – ответил тот голосом, более подходящим одному из чудищ леди. – Я работал на лорда Крейчли до самой его смерти.

Харриет не могла не отметить, что при упоминании о почившем хозяине Латимер сильно опечалился.

Дверь в конце коридора открылась, и появилась Дортеа в новом платье, не в том, что надевала утром.

Харриет вздохнула.

В следующее мгновение пол под ней провалился.

Она не успела даже вскрикнуть, так резко ушла из-под ног опора. Харриет не слышала ни скрипа половиц, ни треска под ковром. Долю секунды назад пол был на месте – и вдруг его не стало.

Харриет провалилась, и леди Крейчли закричала. Харриет взмахнула руками и ахнула от боли, ударившись локтями о края дыры. Сердце ее оказалось где-то в горле и там и осталось, когда она ухватилась за края второго ряда досок. Они прогибались и трещали под ее весом.

– Харриет! – Бенедикт всматривался в ее лицо, свесившись вниз, и выглядел таким же испуганным, как она. Он протянул руку: – Хватайтесь!

Чтобы ухватиться за его руку, нужно было отпустить жалкую деревяшку, в которую вцепилась Харриет, и сильно податься телом вверх. Харриет отвернулась от предложенной руки и сердито глянула на Бенедикта.

Леди Крейчли, едва не плача, тоже опустилась на колени.

– Держитесь, Харриет!

Словно в издевку, доски, в которые вцепилась Харриет, опасно затрещали.

Харриет зажмурилась.

Доска на полдюйма надломилась, и треск ударил Харриет по ушам.

Она закричала.

– Что внизу? – воскликнул Бенедикт. – Прямо под нами?

– Здесь нет второго этажа, – перепуганно ответила Дортеа. – Коридор под нами укоротили, чтобы устроить бальный зал.

– Она пролетит два этажа, – с грубоватой прямотой пояснил Латимер.

Как будто Харриет сама не догадалась.

Юбка развевалась вокруг болтающихся ног. Одна туфля соскользнула с пятки, а потом и с ноги, и Харриет показалось, что прошло очень много времени до того, как туфля ударилась обо что-то внизу.

Она открыла глаза и увидела убегающие ноги Бенедикта.

– Держитесь, Харриет, – повторила леди Крейчли. – Не смотрите вниз.

Харриет все-таки посмотрела вниз и заскулила. Пол бального зала был очень далеко. Как ужасно, что путешествие завершится столь преждевременно! Харриет искренне надеялась, что при падении сломает шею и покинет этот мир безболезненно.

Харриет снова закрыла глаза, но тут пальцы ее заскользили и глаза широко распахнулись.

Там, внизу, где только что лежала ее туфля, сейчас стояла женщина. Она смотрела на Харриет, встревоженно нахмурившись. Ее длинные волосы свободно лежали на плечах, а ниспадающее темно-красное платье делало кожу белой, как снег.

Незнакомка приоткрыла губы, чтобы что-то сказать, но изо рта выплыло только облачко серого дыма. Харриет почувствовала, как останавливается сердце, запах горящего дерева защекотал ноздри, и тут руки соскользнули.

Леди Крейчли пронзительно закричала. Женщина в темно-красном платье исчезла. В зал влетел Бенедикт и широко раскинул руки. Харриет упала на него, отметила, что одной рукой он подхватил ее под коленки, а второй – за спину, и тут они оба рухнули на мраморный пол.

Харриет долго лежала у него на груди, глядя вверх, в дыру, откуда на нее смотрели леди Крейчли и Латимер.

– Вы видели эту женщину? – спросила она почти небрежно.

После пробежки по лестнице Бенедикт тяжело дышал.

– Какую женщину?

Харриет боялась, что услышит именно это.