Открой свое сердце - Кимберли Рей

— Разве им недостаточно культурных походов с вами, мисс Лоуэлл?

— Недостаточно! — отрезала Анабель. — Им нужно общение с отцом.

Она так и не поняла, почему Тед вдруг нахмурился и отвел взгляд.

— Этот вопрос мы обсудим ближе к выходным, — твердо сказал он. — А сегодня я хочу лучше узнать человека, в руки которого доверил своих наследников. Кто ваши родители, где вы учились, чем увлекаетесь?

Анабель широко улыбнулась. Она не сомневалась, Тед выполнит свое обещание. А уж она сделает все, чтобы выходные надолго запомнились детям. И, быть может, это войдет в добрую традицию? Анабель собиралась ввести в доме Теда еще много добрых традиций. Но в общем-то Тед прав, об этом можно поговорить и дома. А ведь ей тоже хочется узнать о нем как можно больше!

— Только договоримся: один вопрос ваш, один мой, — предложила Анабель.

— По рукам! Итак, кто ваши родители? Анабель и не заметила, как за рассказами о детстве пролетело время. Уже подали десерт с труднопроизносимым названием, оказавшийся мороженым с фруктами, политыми каким-то кисловатым соусом, а она даже не могла вспомнить, что было на закуску! Одно осталось в памяти: Тед прав, готовят в этом ресторане великолепно.

— Боже, как вкусно… — пробормотала Анабель, пробуя мороженое.

— Никогда бы не подумал, что вы любите сладкое.

Анабель казалось, будто сегодня Тед продемонстрировал ей большую часть своего запаса улыбок.

— Я ужасная сладкоежка, — призналась она. — Только не говорите об этом детям.

— А я вот равнодушен к сладкому. Зато я музыку люблю!

— Кто же не любит музыку! Кстати, мне очень нравится, как здесь играет оркестр. Я давно не слышала живого исполнения.

Тед лишь кивнул, то ли соглашаясь с ней, то ли каким-то своим мыслям. Анабель решила не трогать его. Мало ли о чем думает человек? Мороженое сейчас привлекало ее гораздо больше, чем очередная загадка от Теда Уилсоу.

— Дорогая мисс Лоуэлл, я приглашаю вас на вальс, — сказал он.

— Я… я не умею танцевать вальс! — попыталась отказаться Анабель.

— Так уж и не умеете? — хитро прищурившись, переспросил Тед.

Анабель смутилась. Ну почему этот мужчина так легко разгадывает ее? Или просто она не умеет лгать?

— Когда я была маленькой, я три месяца занималась хореографией. Потом умер папа, и было не до танцев, а потом я почему-то не вернулась. В общем, когда-то давно я училась танцевать вальс. А сейчас все забыла.

Тед встал и взял Анабель за руку. Ее изящная кисть утонула в его широкой и крепкой ладони.

— Не бойтесь, мисс Лоуэлл, когда я рядом, не бойтесь ничего, — сказал он.

И Анабель поверила.

— Это навык, дорогая мисс Лоуэлл, а уж вы должны знать, что навык невозможно потерять.

Тед сделал шаг назад, и Анабель ничего не оставалось, как встать из-за стола. Тед вывел ее на танцевальную площадку и притянул к себе.

— Ничего не бойтесь и смотрите мне в глаза, — приказал Тед. — Позвольте мне вести. Тело само вам подскажет.

Анабель подняла голову и встретилась с Тедом взглядами. Именно сейчас она поняла, что пропала. Месть, беспокойство о детях — все отошло на второй план. Были только он и она. И вальс. Сумасшедший, неистовый, заставляющий кровь быстрее течь в жилах, кружащий голову сильнее шампанского.

Она отдалась во власть музыки и партнера. Тело само вспоминало, что ему нужно делать. Анабель не сразу поняла, что музыка закончилась и они просто стоят, плотно прижавшись друг к другу. Она рванулась, но крепкие руки не пустили.

— Не будьте смешной, мисс Лоуэлл, — прошептал Тед, касаясь губами ее уха.

Нет сил терпеть эту муку! И нет сил ослушаться.

Когда придет этот день, или ночь, или утро в парке, подумала Анабель, он так же скажет мне: «Ничего не бойтесь и смотрите мне в глаза. Позвольте мне вести. Тело само вам подскажет».

И она позволит. Это будет сладко, это будет мучительно сладко, а когда все закончится, она вот так же без сил прижмется к нему и не посмеет даже дышать, лишь бы не разрушить, не спугнуть… Что? Анабель не знала. Она была уверена только в одном: этот день настанет, и она не будет сопротивляться, потому что отказывать Теду выше ее сил.

Лишь спустя несколько сладостно-томительных мгновений, полных картин страсти, Анабель поняла, почему Тед не позволил ей сбежать. Им аплодировали.

— Почему все так получилось? — чуть слышно шепнула Анабель.

— Просто мы прекрасная пара, дорогая мисс Лоуэлл.

Как же она была рада, что Тед, наверное, впервые не понял, что она имеет в виду! Но его слова! Это даже не намек. Тед не из тех, кто идет окольными путями.

Анабель заглянула в глаза аплодирующим людям и поняла, Тед прав. Она ведь и сама это чувствовала, но отказывалась понимать.

Почему так бьется сердце? Почему так хочется, чтобы исчезли все эти люди или чтобы оркестр еще раз сыграл вальс?

— Поклонитесь им, — попросил Тед.

Тед разомкнул стальное кольцо рук и сделал шаг назад, показывая на Анабель: скромный партнер, восхищенный своей партнершей. Но она-то знала, кто в их паре главный! Знала и боялась, что когда-нибудь ей не захочется сопротивляться этому. Уже не хочется!

Боже, я должна была влюбить в себя Теда, а не влюбляться в него! — подумала Анабель, изо всех сил пытаясь сохранить на лице доброжелательную улыбку.

Тед вновь оказался рядом с ней.

— Вы что-то бледны, — обеспокоенно сказал он. — Не хотите прогуляться?

Анабель лишь кивнула. Знал ли он о причине ее бледности? Догадывался? Но как приятно слышать беспокойство в его голосе, чувствовать, как он накидывает на ее обнаженные плечи пиджак…

Как хочется отдаться вальсу сумасшедших чувств, и как страшно это сделать.

Нет-нет, я не должна! — подумала Анабель. Я здесь вовсе не для того, чтобы влюбиться в мужчину, который бросил мою сестру у алтаря, которому наплевать на собственных детей. Тед Уилсоу — чудовище. И я не могу в него влюбиться.

Анабель была сильной и целостной натурой, она умела справляться со своими страстями. Справится и сейчас.

— Давайте поедем домой, мистер Уилсоу, я беспокоюсь о детях, — ровным, невыразительным голосом сказала она.

Тед лишь пожал плечами.

По дороге домой Анабель думала лишь об одном: как бы больше с ним не встречаться. Никогда.

Кажется, Тед серьезно ошибся, думая, что победа будет легкой. После первого свидания у него возникли подозрения, что оно же будет и последним. Цветы, что от его имени заказывала секретарша, Анабель отдавала горничным, чтобы украсить кабинет мистера Уилсоу. Конфеты отправлялись на кухню. Везде Анабель появлялась в сопровождении воспитанников, а Теду не очень хотелось, чтобы дети заметили его привязанность к Анабель.