Как заарканить миллионера - Элизабет Беверли

Например, о муже Мак. Или его отсутствии.

Так все-таки — замужем или нет?

Сейчас, в конце вечера, Адам склонен был ответить: «Нет». Причина тому — не кольцо. И даже не словесные увертки.

Нет, дело в том, какими глазами смотрела на него Мак за ужином. Так, словно мечтает о десерте, не обозначенном в меню. Замужние женщины не пожирают посторонних мужчин откровенными взглядами — если, конечно, они счастливы в браке.

Но если Дорси замужем, вопрос закрыт. И неважно, счастлива она со своим бульдозеристом или мечтает погулять на стороне. Адам не из тех, кто станет разорять семейный очаг — чужой или свой собственный. Слишком хорошо известно ему, что такое измена: на собственной шкуре он узнал, как больно ранят обман и предательство.

Но если она не замужем…

Что ж, даже в этом случае — стоит ли рисковать? Что, если вместе со своими коктейлями Мак смешает, взболтает, перевернет вверх тормашками (а может быть, и разобьет) его жизнь? Они с ней друзья — зачем же все усложнять? К чему портить дружбу?

— Теперь направо, — вдруг прервала его размышления Мак. — Дом семьдесят три. Второй от угла.

Притормозив, Адам приблизился к миленькому (обычно он, как всякий нормальный мужчина, избегал этого слова, но сейчас оно пришлось как нельзя кстати) двухэтажному домику и при-парковался у подъезда. В этот поздний час на улице было пустынно. В блекло-голубом свете уличного фонаря Адам различил крыльцо с витыми перилами, разноцветные хризантемы в цветочных ящиках под окнами, кружевные занавески.

Дома в этом районе стоят недешево, невольно подумал Адам. А аренда, должно быть, еще дороже обходится. Откуда у молодой преподавательницы, подрабатывающей в баре, или у ее мужа-бульдозериста такие деньги? Если, конечно, есть муж.

Так замужем или нет?

Есть только один способ это выяснить.

— Я тебя провожу, — произнес Адам, очень надеясь, что в его предложении не звучат приказные нотки.

Однако, заглушив мотор и обернувшись, он обнаружил, что Мак, распахнув дверцу, уже выскакивает из машины. Спрыгнув на землю, она бросилась наутек.

— Эй! — завопил Адам, бросаясь в погоню. Он настиг ее уже на крыльце. Не в силах удержаться, схватил за локоть. Должна быть, этот жест застал ее врасплох — Мак пошатнулась, и Адам, как и полтора часа назад, инстинктивно обхватил ее за талию, чтобы спасти от падения. Но теперь был готов к ее реакции и не дал сделать бо-о-ольшой шаг назад.

— Куда ты так спешишь? — задыхаясь, спросил он.

Адам не понимал, почему задыхается после такой короткой пробежки. Но вот взглянул ей в лицо — и сразу понял почему. Один взгляд ей в глаза — и у него перехватило дыхание.

Во время ужина Мак сняла очки (должно быть, это что-то значило, но в тот момент у него не было ни времени, ни настроения разгадывать психологические шарады). В тусклом блеске фонаря глаза ее казались еще больше, ярче, зеленее. Губы — пухлые, сочные, зовущие губы — чуть приоткрылись, от удивления или от чего-то еще — бог его знает! А волосы, буйные медные кудри, что весь вечер огненными языками плясали вокруг лица, словно моля о прикосновении мужской руки, — они и теперь разметались по плечам и словно притягивали его.

Как тут удержаться?

Протянув руку к ее плечу, медленно, словно во сне, он пропустил между пальцами рыжий локон. Рука его придвинулась к ее лицу: миг — и пальцы уже касаются нежной гладкой кожи. Мак прерывисто вздохнула: глаза ее расширились, губы приоткрылись сильнее. И тогда — не думая, ни о чем не спрашивая — Адам склонил голову и припал к ее губам. Пламя вспыхнуло в его чреслах, когда он в первый раз ощутил ее вкус — вкус вина и женщины. Страстно желая большего, он шагнул вперед и приблизился к ней вплотную. Рука его легла ей на затылок, откинула голову назад, чтобы без помех наслаждаться нежностью поцелуя. Другой рукой Адам обхватил ее за талию и прижал к себе.

На миг она замерла, упершись сжатыми кулаками ему в грудь, словно хотела оттолкнуть его — но так и не оттолкнула. Вместо этого — вдруг, без предупреждения — прильнула к нему, обняв рукой за плечи, а другую руку запустив ему в волосы. Адам крепче прижал ее к себе и уткнулся лицом в нежную кожу ее шеи. Сладкий, волнующий запах ее кожи сводил его с ума Тихо, почти беззвучно вздохнув, она откинула голову. Кончики ее волос щекотали ему руку — Адам никогда не подозревал, что это ощущение так возбуждает!

Боже, как чудно от нее пахнет! Что это за духи? Что-то густое, пряное, головокружительное, опьяняющее… Не ее запах — и все же удивительно ей подходит. Этот запах дразнил, искушал, звал. Оттянув в сторону ворот ее свитера, Адам прильнул губами к шее Мак он покрывал ее кожу поцелуями, скользя вверх-вниз полураскрытыми губами, касаясь языком.

Чувственно застонав, Мак прильнула к нему. Ощутив прикосновение ее мягкой груди, Адам потерял голову. Рука, что лежала у нее на талии, словно по собственной воле скользнула вниз, легла на упругие ягодицы, прижала Мак ближе — бедрами прямо к его мощной, яростно вздымающейся мужской плоти.

Едва бедра их соприкоснулись, бурное желание овладело Адамом. На краткий пугающий миг ему показалось, что он не сможет справиться с собой.

«Слишком быстро! — пронеслось в голове. — Остановись!»

Каким-то чудом ему все же удалось овладеть собой. С трудом оторвавшись от Мак, он поднял голову. Мак уткнулась лицом ему в плечо: она тяжело дышала, все тело ее трепетало. Адам почувствовал, что она не хочет смотреть ему в лицо, но не мог понять, радоваться этому или огорчаться.

На долгий-долгий миг застыл он в молчании, стремясь понять, что же, черт побери, только что произошло. Постепенно заставил сердце успокоиться, желание — утихнуть.

Наконец Мак подняла голову — и не отстранилась. Но и не подняла глаз. Вцепившись в отворот его пиджака, уставилась ему на грудь, словно увидела там что-то необыкновенно интересное.

Никто из них не произнес ни слова.

Наконец Адам заговорил:

— Может быть, я круглый идиот, но… ты ведь не замужем? Я прав?

Мак коротко фыркнула, на миг взглянула на него — и тут же отвела глаза. Но в этот краткий миг Адам успел заметить, что она потрясена и смущена, пожалуй, не меньше его самого.

— Поздравляю, Шерлок, — тихо ответила она. — Нет, не замужем. А кольцо надеваю только в «Дрейке», чтобы клиенты не считали меня легкой добычей.

— А была замужем когда-нибудь? — задал он новый вопрос.

Она покачала головой, глядя в темноту ночной улицы.

— Нет.

— И нет никакого Дейва-бульдозериста?

— Нет.

— Вообще никого?

На этот раз она поколебалась. И по-прежнему не поднимала глаз.

— Нет человека, о котором ты думаешь днем и который согревает твою постель по ночам? — уточнил формулировку Адам.