Фиктивный брак - Кара Уилсон

Новобрачные молчали, глубоко задумавшись. Наконец Скотт произнес:

– Ты выглядишь совсем юной и девственной. – Его интонации напомнили Эйлин первый день знакомства, и она беспокойно поежилась. – А как на самом деле? – продолжал он.

Эйлин не ответила.

– Ты девственница?

– А ты? – отпарировала она.

Скотт усмехнулся, по-видимому довольный, что ему удалось разозлить нареченную.

– Подожди, скоро сама оценишь.

Он свернул на местное шоссе, и через несколько миль машина съехала в узкий извилистый проселок, окруженный сплошным сосновым бором. Начиналась зона лесов, тянувшихся на восток через центральную часть Соединенных Штатов.

Эйлин очень любила сосны – гордые, прямые, с красноватыми стволами и длинными красивыми иглами – и сейчас наслаждалась напоенным хвоей воздухом. Жаль, что деревья плохо приживаются в городе.

– А вот и наше поместье! – объявил Скотт. – Возможно, не слишком шикарное, зато мое собственное. То есть наше, – хмыкнул он.

Машина въехала в открытые ворота и вскоре остановилась возле дома, который полностью соответствовал описанию Скотта. Эйлин с живым интересом оглядывалась вокруг. Окруженная деревьями двухэтажная асьенда – сельский дом – выстроена в мексиканском стиле, двор, обнесенный деревянным забором. Где-то мычали коровы, видимо пасущиеся неподалеку.

По широким ступеням они поднялись к богато украшенной двери. Эйлин восхищенно провела рукой по затейливой резьбе.

– Какая красота!

Но даже похвала, похоже, не рассеяла странного, напряженного состояния Скотта. Он молча повернул в двери ключ и жестом пригласил Эйлин в дом.

Холл тускло мерцал отполированными деревянными панелями. Сквозь полумрак Эйлин заметила в глубине ведущую наверх лестницу, а за ней, видимо, дверь на кухню. Скотт поставил дорожные сумки и махнул рукой в правую сторону. Войдя в комнату, Эйлин зачарованно остановилась у большого окна, которое выглядело как естественная картина.

– До чего прелестный вид! – прошептала она.

Перед ней расстилался трогательный пасторальный пейзаж: бесконечное зеленое пастбище с редкими соснами, лошадки, лениво пасущиеся под лучами заката, маленькое озерцо с парой коровок на берегу. Мирная деревенская сцена, полная очарования.

Романтическое настроение, видимо, передалось и Скотту. С удивлением девушка почувствовала, как он нежно прикоснулся к ее волосам.

– Занятно, правда? – сказал хозяин. – Я могу сидеть часами, любуясь зеленью, прудом, животными. Я даже раза два видел оленя. Особенно приятно здесь в холодные зимние вечера, когда дрова уютно потрескивают в камине.

Он взял Эйлин за подбородок, легонько повернул ее лицо к себе и начал покрывать губы, щеки, глаза короткими, нежными, дразнящими поцелуями.

– Пойдем наверх?

– Прямо сейчас?

Эйлин вдруг почувствовала страх и неуверенность. В свои двадцать девять лет она, к сожалению, не слишком искушена в сексе. Но Скотт, не сомневалась, был в этом плане знатоком. Что, если она его разочарует?

– Но ведь… – начала она.

– Еще светло? Ты это хотела сказать? – нетерпеливо перебил ее Скотт, глядя на Эйлин в упор. – Но ведь ради любви и наслаждения люди вступают в брак, разве ты не понимаешь?

– Ради секса?

– В том числе. Мы же договаривались о нормальном браке. А чем, по-твоему, занимаются молодые в медовый месяц?

– Я прекрасно понимаю. Правда, несколько странно сразу прыгать в постель с тем, кто даже несколько слов не произнес после свадьбы.

– Да и ты не отличаешься многословием.

– С кем разговаривать? С камнем?

– Но почему? – запротестовал Скотт, опять гладя ее волосы. Потом пальцы перебежали на шею, стали гладить грудь. – Я вовсе не каменный, Эйлин.

Он коснулся губами ее рта, трепетно ожидая ответа. Тихая ласка воспламенила Эйлин больше, чем страстные объятия. Скотт как бы исследовал тело, изучая ее ощущения и реакцию. Эйлин теснее прижалась к твердому, мускулистому торсу. Электрический разряд пронзил все ее существо, она мгновенно погрузилась в пучину буйных неконтролируемых чувств. Скотт обнял ее за талию и повел в спальню.