Аромат счастья - Натали де Рамон

— Не нравится мне все это. — Она обернулась.

Я тоже посмотрела назад. «Форд» определенно догонял нас.

— Перебирайся ко мне, — велела Лауренсья. — Я подниму крышу. Догонит, точно куры строить начнет, как сегодня «хаммер».

— Ты имеешь в виду Гарри? У него «хаммер»?

Я перелезла на переднее сиденье, не расставаясь с дневником. Беспокойство Лауренсьи невольно передалось и мне.

— Ну да. — Она кивнула и усмехнулась. — Представляешь, он пытался обогнать мой «крайслер»!

— Это и есть «строить куры»? Всего-то? — Мне нравилось, что она опять повеселела, но слово «хаммер» не давало мне покою. Я никак не могла вспомнить, от кого совсем недавно слышала это название. Но ведь точно недавно, буквально сегодня или вчера. — Обогнал?

— Ха! Моя машинка только на вид неказистая. Обогнать-то он обогнал, а передачу угробил. Слушай, а вдруг он наврал про коробку, чтобы оказаться со мной? — радостно оживилась девушка. — Я же предложила дотащить его на тросе до мастерской, а он не захотел. Дескать, пусть его охранник позагорает!

— Охранник? У Гарри есть охранник?

— Конечно! Правда, против самого Гарри он мелковат и в очках. Не в моем вкусе. Да еще с космами! — Она выразительно поморщилась. — Я люблю, чтобы у мужика голова стриженая, кругленькая, гладишь — волосики маленькие, как шерстка... Скажи, заводит?

Последние сентенции этой эстетки были мне омерзительны, но я равнодушно пропустила их мимо ушей. Важнее было другое! Очки, «космы», «хаммер»... «Мы с Игнасио поедем на моем „хаммере“... Марега!

— Ты случайно не знаешь, Лауренсья, как зовут этого охранника?

— Нет. Зачем мне?

— А не может быть так, что Гарри нарочно приехал в архив за дневником на твоей машине?

Она охнула.

— Сволочь! Золото! А я! — От избытка чувств она зарычала и грязно выругалась. Я деликатно опустила глаза. — Ловко! Спереть какую-то хреновую тетрадку на моей машине, чтобы потом искали меня! В ней что, правда написано, где золото? Ты не врешь? Или ты тоже из их компании? А этот косматый катит на своем «хам-мере» нам навстречу, чтобы...

— Ты с ума сошла! — Я все-таки не выдержала. — Кто куда катит? С таким же успехом я могу сказать, что ты везешь меня в условленное место! Давай рассуждать логично!

Смеркалось. И я рассказала ей о первой встрече с Педро и компанией, о магическом взгляде доктора археологии из Колумбии, который ищет следы экспедиции Бонвояжа, о внезапном появлении Мареги в очках и с длинными волосами, который разыскивает ту же самую экспедицию в Золотую Шелгваукану якобы в интересах своего пациента Гарри Лейза, который был сообщником авантюриста Вонахью, на которого одновременно похожи и Эньярош, и Марега.

— А сегодня утром этот Марега повез на своем «хаммере» доктора Эньяроша в Кайенну, чтобы показать врачам его травмированное плечо. — Естественно я опустила подробности про бильярд и его последствия.

— Зачем доктору ходить к врачам? Он что, сам себя вылечить не в состоянии?

— Лауренсья, он же доктор археологии! — Неужели она настолько тупая? — ужаснулась я. Толкую ей, толкую, а она спрашивает какую-то чушь. — Важно другое! То, что Гарри и Марега наверняка заодно!

— Тогда бригада Педро работает на них. А я думала — на Эньяроша, и он нарочно наврал про врачей, а сам поехал встречаться с Гарри и заодно избавляться от Мареги.

— Игнасио?! — Я была потрясена не только ее предположением, но и неожиданно связной речью.

— Это кто еще? Ты мне про него не говорила.

— Так зовут доктора Эньяроша.

— Он твой парень?

Я смутилась окончательно, я ведь и сама не знала этого. А мы все ехали и ехали куда-то.

— Ладно, подруга. — Она с мужской силой хлопнула меня по колену. — Сдается мне, все вы одна команда. Только ты со своим Игнасио сами решили нарыть это золотишко. — Я онемела, а Лауренсья как ни в чем не бывало рассуждала дальше. — И Гарри, видать, со своим охранником тоже. Кинули в Кайенне Марегу и Эньяроша, и вперед на его «хаммере». А тут вдруг я! Надо же мне было так вляпаться! — Она присвистнула и покачала головой.

— Да никакой это не охранник! Я уверена, это Марега!

— Значит, сбили с хвоста твоего дружка. — От мысли, что с Игнасио что-то случилось, мне стало не по себе. — Поймают, уберут и тебя.

— Нет!

— У-у-у! — Она смерила меня взглядом и опять уставилась на

дорогу. — А то не знаю я ваши бандитские законы. Мне бы самой ноги унести.

— Лауренсья! Как ты могла такое подумать? Я работник архива, а Эньярош ученый, пишет книгу. Мы оба не имеем ни малейшего отношения ни к какой банде! Лучше отвези меня, пожалуйста, обратно в Эдуар.

— Ты свихнулась? Оглянись!

«Форд» по-прежнему ехал следом. Нас разделяло метров десять, не больше.

— Можешь выскочить на ходу, — иронично пробасила Лауренсья. — Но я бы не советовала. И вообще, у меня бензин кончается.

— С чего ты взяла, что мы нужны ему? Пожалуйста, отвези. Я заплачу, сколько скажешь.

— Ты совсем дура?

Я промолчала.

— Видишь впереди огоньки? Это «Эмерийонс». Вот дотянем дотуда, там и договаривайся с кем хочешь, кто тебя повезет, и лучше сразу вали в Кайенну. Ты мне еще спасибо скажешь насчет «форда». А я в Эдуар ни ногой! Я пока еще жить хочу.

Но тут сбоку промелькнул черный «форд» и обогнал нас, однако очень скоро притормозил, прижимаясь к обочине и словно бы давая нам дорогу.

— Чего ему надо? — занервничала Лауренсья.

Но мы уже поравнялись с «фордом», внутри которого зажегся свет, и я увидела тигриную улыбку и ее обладателя.

— Педро!

— Сеньорита в порядке?! — крикнул он в открытое окошко.

— Проваливай! — огрызнулась Лауренсья, прибавляя скорость.

— Не бойся! Это же Педро. Он хороший..

— Хороший!.. Ты все врала! Дура, стерва, сволочь!

Она ругалась долго и замысловато, а машина неслась вперед будто сама по себе. Огни кучки каких-то строений были уже совсем близко.

— Лауренсья! Пожалуйста, успокойся! Ты нас угробишь! Остановись!

И, словно услышав мои мольбы, «крайслер» начал постепенно замедлять ход и наконец остановился, а Лауренсья тут же выскочила из машины и побежала.

— Лауренсья! Стой! Куда ты?! — Я бросилась вдогонку, прижимая дневник к груди.

«Форд» обогнал нас обеих и встал поперек дороги. Я увидела громадную фигуру Педро. Он не спеша двигался навстречу Лауренсье. Она испуганно замерла, потом сделала несколько торопливых шагов в сторону и вдруг упала.