Советы юным леди по счастливому замужеству - Софи Ирвин

Следующие несколько дней небо оставалось ясным. Рэдклифф, казалось, сдался. Мистер де Лейси и леди Амелия возобновили ежедневные прогулки с сестрами Тэлбот, старший брат их не сопровождал. Впрочем, в присутствии стольких посторонних были невозможны любые проявления чувств между влюбленными, кроме застенчивых взглядов и скрытных улыбок. Рэдклифф не пытался нанести ответный удар или снова разлучить Арчи и Китти, от него не поступало ни единого известия. Китти победила – по крайней мере, почти. Арчи не сообщил формально ни брату, ни матери о помолвке – они оба покинули Лондон на выходные, – но клялся страстно и многословно, что добьется их согласия, когда они вернутся.

В воскресенье Китти писала второе письмо Беатрис, в котором заверяла сестер, что помолвка – дело почти решенное, когда вошла Салли и доложила о прибытии лорда Рэдклиффа.

– Ты совершенно уверена? – спросила Китти, которую это известие застало врасплох, но Салли потребовала ответа только на один вопрос: пригласить визитера в гостиную или нет.

Китти пролепетала, что пригласить, мысленно отругала себя за нервность, встала и провела рукой по волосам, несколько более растрепанным, чем обычно.

В их гостиной Рэдклифф выглядел совершенно неуместно, в его присутствии комната словно уменьшилась, потолок опустился ниже. Судя по тому как он задержал взгляд на мебели – прежде она казалась Китти очень дорогой, а теперь потускнела по сравнению с обстановкой дома на Гроувенор-сквер, – он тоже это понимал.

– Добрый день, мисс Тэлбот. Прошу меня простить за столь неучтивый визит без приглашения.

Мисс Тэлбот милостиво приняла извинения.

– Чем могу помочь, милорд? – спросила она столь же вежливо, жестом указав посетителю садиться. – Все ли благополучно в вашей семье?

– О да, безусловно И я намерен поддерживать ее в таком состоянии.

Они умолкли, глядя друг другу в глаза и ожидая, когда противник первым нарушит тишину. К мрачному удовлетворению Китти, это сделал Рэдклифф, а не она.

– Мисс Тэлбот, боюсь, я должен прекратить ваше знакомство с моей семьей. Простите за прямоту, но я не позволю вам одурачить Арчи и заманить его в брак, поводом к которому является единственно ваша алчность.

В его тоне звучало холодное презрение, которое подействовало на Китти сильнее, чем если бы он повысил на нее голос. Она ощутила, как жар приливает к шее. Может, нужно протестовать, сказать, что он ошибся, а она любит Арчи? Но что-то в его ледяном взгляде подсказывало: это бесполезно.

И тогда, позволив маске упасть, она смерила собеседника спокойным взглядом, каким он мерил ее. Два взора – оценивающих, просчитывающих – скрестились во всей их прямоте.

– Понимаю. Позвольте спросить, милорд. Единственной причиной, по которой вы возражаете против этого брака, является ваше мнение обо мне как об охотнице за состоянием?

Он красноречиво развел руками:

– Простите, но разве нужна еще какая-то причина?

– Да, думаю, вы могли бы… Не понимаю, почему вам столь претит моя практичность.

– Практичность? – повторил он. – Вы называете это так? Я бы сказал: холодный расчет, корыстолюбие, манипуляция. Боюсь, мисс Тэлбот, я описал бы ваше поведение этими значительно менее достойными словами.

– Только богатым позволена роскошь сохранять достоинство, – холодно откликнулась она. – И только мужчины обладают привилегией самостоятельно искать богатство. На моем попечении четыре сестры, полностью зависящие от меня, а профессии, доступные таким женщинам, как я, – гувернантка, модистка, – не дадут возможности прокормить и одеть даже двух. Что еще мне остается, как не искать богатого мужа?

– Вы бессердечны, – обвинил он.

– А вы наивны, – парировала она, ее щеки пылали. – Если Арчи женится не на мне, то на одной из тех молодых женщин со связями, которых к нему подтолкнут. И всех претенденток будет больше интересовать его кошелек, чем его сердце. Станете отрицать?

– По крайней мере, это будет его выбор, – вспылил Рэдклифф. – А не женитьба, основанная на лжи.

– Какой лжи? Я не прикидывалась тем, кем не являюсь. Он знает, что я небогата, знает, в каком положении находится моя семья. Все это время я была с ним честна.

– Честны? – процедил он с презрением в голосе.

– Да, – сказала Китти.

– Вы предлагаете мне поверить, что он знает всю правду о вашей семье? – спросил Рэдклифф многозначительно.

– Не уверена, что понимаю ваши намеки, милорд, – произнесла она медленно, но внутри застыла как лед.

– Думаю, понимаете, – сказал он. – Видите ли, мне известны причины, по которым ваши родители так внезапно переехали из Лондона в Дорсетшир.

Китти стиснула зубы, чтобы не выдать себя. Возможно, он блефует… наверняка блефует.

– Если вы меня шантажируете, милорд, то вынуждена просить вас произнести угрозу вслух.

– Как пожелаете. – Он склонил голову c издевательской учтивостью. – Ваши родители… сблизились до свадьбы… Собственно, как мне сообщили, занятием вашей матери, и весьма прибыльным, было… сближение с разными джентльменами. И, кстати, вашей «миссис Кендалл» тоже.

Китти не произнесла ни слова. Она даже не была уверена, дышит ли, только сердце громко билось в ушах.

– А когда ваш отец решил жениться на своей содержанке, – продолжил Рэдклифф тем же мягким тоном, – его семья не одобрила этот брак, что вполне естественно, и удалила пару из Лондона, чтобы избежать скандала. Серьезная опала для вашего отца, могу себе представить.

Повисла тишина.