Няня для тирана - Наталия Богатенко

С какой легкостью Вадим согласился на брачный договор, когда я заикнулась об этом! Думала, предстоит борьба, собиралась отвоевывать свое право зубами, но до этого не дошло. Он ведёт какую-то игру, ну и чёрт с ним! Две недели выстою, дождусь результатов ДНК, а потом, уже во всеоружии, предъявлю тирану неоспоримые доказательства, что Сонечка моя дочь. Интересно, знает он о том, что не родной ей отец? Ведёт себя естественно, любит девочку до одурения, словно она его плоть и кровь.

Хотя, в некоторой мере так оно и есть. Ярик ведь был его братом. Теперь, когда правда всплыла, я чувствовала опустошение, и не знала, как к этому относиться. Почему Ярослав скрывал, кто он, ни разу не упомянул о семье? Может быть, у Загорских что-то произошло, отчего старший сын стал изгоем, предпочел жизнь странника?

Неужели у безупречного семейства имелась грязная тайна?

— Я уже обзвонил всех, кто будет присутствовать на бракосочетании. Дело за тобой.

Вадим вошел без стука, застукав меня в неглиже. Розовая прозрачная сорочка не прятала ничего под собой, скорее уж, откровенно давала возможность рассмотреть моё тело. Чёрт, я же вроде запирала дверь вечером! Тут же вспомнила, что выходила в кухню ночью за стаканом молока, и забыла провернуть ключ. Иногда меня мучила изжога, спасаться от напасти предпочитала без медикаментов, народными средствами.

— Стучаться в этом доме не принято? — поняв, что поздно закрываться руками, недовольно буркнула, заставив себя спокойно открыть дверцу вместительного шкафа куда вчера Юлия Андреевна сложила мои вещи.

Олигарх сверлил меня плотоядным взглядом, я ощущала это почти физически. Бросило в жар, когда быстро оглянулась и поймала его с поличным. Он разглядывал мои ноги, и даже не подумал извиниться за вторжение, или для приличия отвернуться. Вот нахал! Он что, вообразил, что как хозяин, имел право вламываться ко мне в любое время суток?

Но я немного лукавила. Мне понравилось его внимание, польстило, что я вызываю у него интерес, как женщина. Он солгал, когда сказал, что этого нет, вот оно, расторжение его лжи, во вспыхнувших алчным блеском глазах! Мелькнула безумная совершенно мысль — не соблазнить ли тирана, чтобы иметь полный и беспрепятственный доступ к Сонечке. Брак-то ведь наш будет фиктивным, а это свяжет мне руки и отнимет свободу действий. А я должна двадцать четыре часа находиться рядом с Соней, это превращалось в болезненную потребность.

— Не вздумай надевать это убожество. — скомандовал Вадим, и я резко обернулась, прижимая к груди джинсы. — у тебя красивая фигура, нечего прятать её под штанами. Завтра поедем и обновим твой гардероб.

— С какой стати? — возмутилась я, — я могу сама купить себе, что захочу! Если некуда девать лишние деньги, отдай в благотворительный фонд!

— Я разве сказал, что буду платить за твои шмотки? Ты же обеспеченная особа. Чтобы я потратил на тебя хоть копейку, придётся заслужить. А насчёт одежды… Просто поставил в известность, что это необходимо сделать. Скоро сюда нагрянут мои родственнички, и ты обязана выглядеть сногсшибательно. Сразить их наповал, чтобы поверили, что я выбрал в жены достойную женщину, а не деревенскую простушку с мутным прошлым.

Захотелось швырнуть в него чем-нибудь увесистым, стереть ухмылку с чувственных губ. Меня так и распирало от гнева, а Вадим невозмутимо продолжал пялиться на меня. Я плотнее прижала к груди джинсы, а он насмешливо взметнул брови. Впрочем, чего кипятиться-то, он же издевается надо мной! Вечно поддевает, чтобы вывести из терпения, хотя не пойму, на кой ему это надо.

* * *

Честное слово, когда девчонка так на него смотрела, он терял контроль над собой. Даже не подумала прикрыться, бесстыжая. А он, как зеленый юнец, не мог оторвать от нее алчного взгляда, и она, конечно, заметила это. Наваждение, а не женщина, чёрт бы её побрал! Хотелось наорать на Эльвиру, чтобы прекратила щеголять в неглиже, но так он выдал бы себя с потрохами. А быть перед ней слабым, давать повод подозревать, что небезразличен к ней, Вадим не желал.

— Ты не предупреждал, что приедут твои родственники! — обвиняющим тоном воскликнула она, натягивая джинсы. — я никогда не была хозяйкой светского вечера. Понятия не имею, как принимать кучу гостей и о чем с ними говорить!

— Не будь дурой. — отрезал он насмешливо, досадуя на себя за то, что продолжал пожирать её глазами. — тебе не придется вести беседы, поверь, мои многочисленные тётушки и бабушки найдут уйму тем. Лучше подумай, что мы им скажем о нашем скоропостижном браке. Должна же быть причина такой расторопности.

— Почему ты сообщаешь мне обо всём в последний момент? Когда они приедут?

— Сегодня. — невозмутимо произнес он.

Эля всплеснула руками, и Вадик мысленно чертыхнулся. Чёртов бюстгальтер обрисовывал соблазнительную грудь, из-под кружевных чашечек выглядывали аппетитные полушария, и у него вспотели ладони от желания снова прикоснуться к ним. Нет, даже не так, стиснуть, помять, ощутить нежность кожи. Это становилось болезненной потребностью, проклятье! Потребность обладать телом Эльвиры, испробовать её всю и всюду, каждый сантиметр, услышать её эротичные стоны, как в тот раз, в машине.

Он скрипнул зубами, и, оттеснив её от шкафа, наугад вытащил футболку. Бросил ей.

— Одевайся. Поедем по магазинам.

— У тебя больше нет дел? — агрессивно выпалила Эля, причесываясь.

— Главное сейчас — придумать правдоподобную легенду для родни. — подойдя к ней, он встал у неё за спиной, и их взгляды встретились в зеркале. — запомни одно, мои тётки это помесь бульдогов с дворовыми шавками, они запросто сожрут тебя, если поддашься на провокации или начнут исподтишка гавкать и покусывать, если поймут, что ты сильнее их. Тебе решать, что предпочтительнее. По-моему, второй вариант более удачный, согласна?