Именно в этот раз - Джил Грегори

Вот тут-то и грянула беда. Поддавшись обманчивому чувству успокоенности (ведь знакомство с двумя слугами прошло гладко!), Джози машинально ответила на реверанс поварихи Агнес. Все присутствующие дружно охнули, а Итэн сердито ущипнул жену за локоть.

В ужасе от совершенной ошибки, Джози резко выпрямилась, слегка охнула и покраснела как рак. Повариха смотрела на нее ошеломленным взглядом, на лицах других слуг тоже отразилось изумление.

– Я… я… – бормотала Джози, запинаясь на каждом слове, но Итэн, сурово сжав рот, потянул ее дальше, и только тогда она с запозданием поняла, что извиняться перед слугами столь же неуместно, как и отвечать на их реверанс тем же.

– Моя жена, леди Стоунклиф, – угрюмо бросил Итэн, обращаясь к маленькому, согнувшемуся чуть ли не пополам человечку с глазками, похожими на кусочки свинца. – Остли, наш управляющий.

– Как пожи…

Но Джози не успела закончить фразу – Итэн опять потянул ее за собой, мимоходом кивнув двум молоденьким грумам. У новоявленной графини сердце ушло в пятки. Итэн явно боялся, как бы она не совершила еще какую-нибудь оплошность, и хотел поскорее закончить церемонию знакомства.

Он стремительно шагал мимо глазеющих на них лакеев, горничных, садовников и судомоек, которые приседали или почтительно кланялись, не давая Джози возможности ни кивнуть в ответ, ни улыбнуться, ни вымолвить хоть единое слово. Имена и лица слуг тут же исчезали из ее памяти. Когда они добрались до конца длинного ряда, из груди Джози вырвался вздох облегчения. А Итэн уже тащил жену вверх по лестнице, к резным дверям, ведущим в дом.

Они очутились в роскошной прихожей с высоким потолком, по размеру не уступающей большому залу в салуне «Золотой пистолет». Хрустальные канделябры, мраморный пол, резная деревянная мебель – вся эта никогда не виданная красота поразила Джози до глубины души.

– Миссис Филдинг, поручаю вам мою жену. Бросив на Джози короткий равнодушный взгляд, Итэн вручил свое пальто и шляпу лакею.

– Да, милорд. – Экономка в кружевном чепце расплылась в улыбке, от которой по ее круглому доброму лицу побежали морщинки. – Позвольте мне показать вам ваши комнаты, миледи.

И она повела онемевшую от волнения Джози к широкой лестнице. Итэн в сопровождении Лэтерби уже скрылся в одной из гостиных.

Джози, изо всех сил стараясь вернуть себе самообладание, поднялась по ступенькам, мимо развешанных на стенах портретов, и последовала за экономкой дальше, по длинным коридорам, освещенным газовыми рожками. Пальмы в кадках, позолоченные стулья, столы красного дерева с цветами в вазах нарушали приятное однообразие серых стен и серого с розовым ковра, устилавшего пол.

Наконец миссис Филдинг ввела Джози в огромную спальню и примыкавшую к ней гостиную, выдержанную в бледно-желтых и кремовых тонах. Здесь было так красиво, что Джози только с восхищением озиралась по сторонам. В мраморном камине уютно потрескивал огонь, наполняя комнату теплом, особенно приятным в такую холодную, несмотря на лето, туманную ночь.

– После долгого путешествия вы, наверное, пожелаете немного поужинать и выпить чай с бисквитами, миледи, – предложила миссис Филдинг. – Неподходящее время для поездок. Ужас! – Она сочувственно поцокала языком и придвинула кресло поближе к огню. – Ведь по ночам тут кое-где творятся страшные дела. Вы, наверное, еще не слышали о Пирате Пите и его банде. Жуткие головорезы! Их деды были морскими пиратами, а они занимаются разбоем на суше. Сначала они жили в лондонских трущобах – там им самое место – и грабили дома честных горожан, а теперь, говорят, перебрались в здешние края. Уж поверьте, я ни за что не вышла бы из дому, зная, что по дорогам рыщут лихие люди. – Заметив удивление и страх на лице Джози, экономка спохватилась: – О, простите, миледи! Не обращайте внимания на мою болтовню.

– Значит, дороги здесь небезопасны?

Джози была поражена. Англия казалась ей мирной, спокойной страной по сравнению с западным фронтиром, где бесчинствовали банды головорезов, индейцы совершали набеги па поселения белых, а в городах царило полное беззаконие.

– О нет, не беспокойтесь! – заверила миссис Филдинг. – Тут пока тихо, особенно у нас, в Суссексе. Никаких неприятностей не было. А вот и Девон, она поможет вам раздеться. Господи! – Миссис Филдинг хихикнула, помогая Джози освободиться от верхней одежды, и передала ее худенькой розовощекой горничной лет шестнадцати. – Его сиятельство так спешил, что мы не успели помочь вам раздеться сразу. Но ничего. Садитесь-ка поближе к огню, вы же совсем замерзли. А я принесу ужин. Если вам что-нибудь понадобится, миледи, дерните вот за этот шнурок. Впрочем, Девон пока побудет с вами, я сама подам ужин.

Джози стояла вытянув руки по бокам, ее ноги словно вросли в пол. Миссис Филдинг и Девон выжидающе смотрели на нее.

«Скажите же что-нибудь. Наверное, я веду себя нелепо», – подумала Джози.

– С-спасибо, миссис Филдинг. Надеюсь, это не доставит вам больших хлопот.

Возможно, экономка и заметила, что графиня стоит неподвижно, как соляной столп, а ее плечи дрожат под тонким серо-голубым шелком дорожного платья, отделанного черными кружевами, но виду не подала. Джози благодарно улыбнулась и покорно направилась к камину. Утонув в мягком кресле, она решила, что не стоит ей пускаться в разговоры ни с миссис Филдинг, ни с кем-либо другим – до тех пор, пока у нее не появится уверенность в себе.

Джози не подозревала, что экономка уже составила о ней благоприятное мнение. У миссис Филдинг было доброе сердце, поэтому она решила, что юная леди наверняка просто еще неуютно чувствует себя в чужом доме. К тому же она замерзла и устала. А тут еще сама миссис Филдинг своими глупыми рассказами о Пирате Пите, видно, напугала бедняжку до полусмерти. Она ведь такая молоденькая и беззащитная, с жалостью подумала экономка, бросив последний взгляд на свою госпожу, и направилась к двери.

– Отдохните и погрейтесь у огня, миледи. Я сейчас вернусь.

Миссис Филдинг вышла из комнаты, радуясь, что у Стоунклиф-Парка снова появились хозяева, и мечтая о тех счастливых днях, когда в детских комнатах опять будут бегать ребятишки, а в парке зазвучат их звонкие голоса.

Миссис Филдинг и Девон целый час хлопотали вокруг Джози, стараясь выполнить любое ее желание. Во всяком случае, им казалось, что они угадывают все желания графини. А ей больше всего хотелось сейчас остаться одной, поразмыслить о происходящем, осмотреться.

Перво-наперво сам замок. Мистер Лэтерби не предупредил о том, что Джози окажется среди такой роскоши, она же сама не ожидала увидеть ничего подобного, а потому чувствовала себя совершенно раздавленной. Огромная кровать с четырьмя столбиками, бледно-желтым шелковым балдахином и массой белоснежных подушек, обшитых по краям золотой тесьмой. Туалетный столик, покрытый кружевной накидкой, был сделан из слоновой кости; большие окна задрапированы бело-желтыми шелковыми занавесками. А в гостиной – кушетка, обитая шелком, глубокие уютные кресла, на стенах картины с морскими пейзажами и повсюду вазы с розами и плоские чаши, где плавают лилии.