Сияние ангела - Карен Роуз Смит

— Счастливого Рождества, Даллас, — сказала она, освободившись из его объятий.

— И тебе счастливого Рождества, — кивнул Даллас Слэйду.

— Счастливого Рождества, — без особого энтузиазма ответил тот.

— Мама говорила, что пригласила тебя на рождественский обед завтра. Придешь?

Эмили и думать забыла об этом приглашении, занятая своими чувствами к Слэйду.

— Я еще не поговорила со Слэйдом. Я обещала дать ей ответ после нашего возвращения из церкви.

— Что ж, надеюсь, придешь. А на новогоднюю вечеринку Даймондов пойдешь?

Повернувшись к Слэйду, Эмили подключила его к беседе.

— Один из фермеров, Эймос Даймонд, разводит скаковых лошадей. Каждый раз в канун Нового года он устраивает вечеринку в манеже, где выезжает лошадей. Народ стекается к нему за много миль отсюда.

— Похоже, получается знатный праздник, — без всякого интереса в голосе отметил Слэйд.

Поговорив еще немного, Даллас поцеловал Эмили и попрощался, потом пожал руку священнику и ушел.

Слэйд молчал, когда она беседовала со священником, молчал, и когда представляла его. Они вышли из церкви, и его молчание по дороге к автобусу встревожило ее. Эмили схватила его за руку.

— В чем дело?

Стоя в луче прожектора, освещавшего стоянку, Слэйд прикрыл лицо широкими полями шляпы.

— Если тебе хочется пойти завтра на обед к О'Нейлам, то поступай как знаешь.

— Тебя тоже пригласили.

— Я — приложение.

— Это не так, и одна я не пойду. Мне не хочется встречать Рождество без тебя.

— У тебя добрая душа, Эмили, но жалости мне не надо.

— Ты считаешь это жалостью?

Он не ответил, и она выпустила его руку.

— Можем заняться чем угодно, Слэйд. Хочешь, приготовлю обед или пойдем к О'Нейлам. Мне все равно.

Он слегка расслабился.

— Послушай, я пойду с тобой к О'Нейлам, если ты пойдешь со мной на ту новогоднюю вечеринку, и будем считать ее настоящим свиданием.

— Ты останешься после Рождества?

— Марк просил пойти с ним на соревнования на следующей неделе. И тебе еще нужна помощь. Пожалуй, мне лучше остаться, пока Хантер не вернется домой. А потом решу, что делать.

Эмили обрадовалась, что он не уезжает, но здравый смысл подсказывал, что не стоит возлагать на это особых надежд. И все же предложение устроить свидание взволновало ее.

— Я не прочь пойти с тобой на вечеринку к Даймондам.

Он откинул голову, и в глазах заблестели искорки. — Значит, договорились — любовное свидание, — произнес он низким хрипловатым голосом.

Что-то затрепетало у нее в душе — то ли от радостного предчувствия, то ли от страха.

По дороге домой Слэйд включил радио, и полились тихие мелодии рождественских песен. Когда они добрались, Слэйд помог Эмили выбраться из машины. Она как раз договаривалась с Мэйвис о рождественском обеде, когда он вошел.

Мэйвис обняла ее.

— Мы рады, что ты придешь. — Она пожала Слэйду руку. — Счастливого Рождества, Слэйд. Надеюсь, вы любитель ветчины, потому что в этом году у нас это главное блюдо.

— Ветчина — просто замечательно!

Слэйд проводил Мэйвис до машины и подождал, пока она отъехала.

— Уже, конечно, поздновато, — сказал он, вернувшись в кухню, — но у меня кое-что припасено для тебя. И мне бы хотелось подарить это сегодня.

— Слэйд, тебе не стоило…

— Сегодня Рождество, Эмили. Присядь на диван, я мигом вернусь.

Она подошла к елке и достала из-под нее сверток. Потом села на диван и положила подарок на столик, когда в комнату вошел Слэйд. Он успел снять пиджак и казался еще более широкоплечим в белой рубашке. Волосы лихо спадали на лоб, а улыбка делала его еще больше похожим на мальчишку.

Он протянул ей подарок, завернутый в красную бумагу и обвязанный золотистой лентой.

— Ну, давай же, — сказал Слэйд, присаживаясь рядом, — открывай.

Она развязала бант, развернула бумагу и увидела коробку из-под обуви. Он смущенно улыбнулся.

— Не попалось ничего другого.

Под крышкой оказалась оберточная бумага. Эмили развернула ее и вынула вырезанного из дерева олененка.

— О, Слэйд, как красиво! — воскликнула она и вдруг догадалась: — Ты сам сделал?

— Я с детства занимаюсь резьбой. В свободное время. Это помогает развеяться.

Она повернула олененка в руке, и на глаза ей набежали слезы.

— Спасибо, я никогда не получала таких замечательных подарков.

Не раздумывая, она подалась вперед и поцеловала его в щеку, потом, глубоко вздохнув, взяла со стола сверток и положила Слэйду на колени.

Он торопливо развернул его. Первое, что он увидел, были шерстяные носки. Эмили связала их в редкие свободные минуты. Он взял их в руки.

— Лучше не придумать для работы в амбаре. В них будет тепло.

Затем он увидел книгу. Это был путеводитель по карте звездного неба.

— Не знала, сохранился ли у тебя старый, — тихо сказала Эмили.

— Нет, давно развалился. — Он посмотрел на нее. — Спасибо. Может, мы как-нибудь ночью полюбуемся на звезды.

В его глазах было что-то магнетическое, что не давало ей отвести взгляд. Взяв олененка у нее из рук, он поставил его на столик, наклонил голову и прижался к ее губам. Затем отстранился, заглядывая ей в лицо, и припал вновь, настойчиво, жадно, не скрывая страсти, которая росла в нем с первой их встречи. Эмили забыла обо всем на свете, ощущая лишь его чувственные губы, его запах…

Неожиданно запищал монитор.

Она отстранилась и пробежала дрожащими пальцами по волосам.

— Это Аманда, нужно идти.

Слэйд кивнул, но когда она, схватив олененка, пошла наверх, он отчетливо произнес:

— Настанет ночь, когда ничто не сможет помешать нам, Эмили.

У нее перехватило дыхание, и ей пришлось ухватиться рукой за перила. Пробормотав «спокойной ночи» и «увидимся утром», она поднялась по лестнице, чтобы укрыться в спальне.

Она влюбилась в Слэйда Коулберна. И что только она будет делать, когда он уедет?