Песня для любимой - Кетрин Распберри

Теперь она понимала, что реальная любовь гораздо больше, глубже и материальней, чем ее детские представления, и очертания этой настоящей любви едва начали проступать перед ее мысленным взором, как постепенно проявляется изображение на фотоснимке.

Кэрол знала, что Майк уже обладает некоторым опытом «взрослой» любви, и иногда, перед сном, будучи предоставленной сама себе, терзала себя глупой незрелой ревностью к той, кто была его возлюбленной.

Ее предшественница Кармен, роковая красотка, уверенная в себе и наверняка искусная обольстительница, рисовалась ей коварной ведьмой, которая украла для себя кусочек Майка, и иногда Кэролин мучили комплексы по поводу того, не покажется ли она сама Майку пресной, скучной и бесцветной в сравнении с этой особой.

Но по трезвом размышлении она говорила себе, что глупо ревновать к прошлому. Ведь Кармен уже нет рядом с Майком, а она, Кэрол, почти каждый день оказывается в его объятиях и ощущает сладкий вкус его теплых губ. И иногда ей казалось, что она вот-вот будет готова идти дальше в смелости их пока еще невинных ласк.

И вот они вдвоем здесь, дома у Майка. Кэрол не могла не задать себе вопрос, чем это обернется для них обоих, насколько далеко они зайдут, пользуясь этим неожиданным для нее уединением. Она смутилась и опустила глаза.

От внимания Майка не ускользнуло ее замешательство. Он улыбнулся и обнял ее, слегка наклонившись и коснувшись губами ее ушка, порозовевшего от мороза.

Неужели он прямо сейчас накинется на меня, мелькнуло в голове у Кэрол, и она зажмурилась, решая, готова ли принести Майку эту жертву. Но он ласково и шутливо потерся носом о ее щеку, ведя ее в сторону кухни и заметив:

— Ммм… Какие у тебя холодные уши. Чашку кофе, погорячее и немедленно!

— Вы правы, доктор, — иронически согласилась Кэрол, маскируя собственное смущение. — Ваш рецепт мне весьма по вкусу.

— Его вкус ты оценишь, когда попробуешь мой фирменный кофе с корицей, — возразил Майк и принялся колдовать у плиты.

Кэрол устроилась на удобном гнутом стуле и принялась осматриваться.

В отличие от семейства Смитов, Стрейнджерсы жили не в отдельном коттедже, а в большой квартире в самом центре городка. Конечно, у нее еще не было возможности оценить масштабы этой квартиры, но простор ощущался еще в холле.

Кухня была оформлена со вкусом, но имела не слишком обжитой вид. Так обычно бывает в домах очень занятых хозяев, которые не слишком много времени поводят у семейного очага.

Серебристая мебель, бытовая техника, все, что необходимо, чтобы приготовить пищу, — продуманно, чисто, но не более того. Ни картинок, ни украшений интерьера — сразу видно, что никто не торчит здесь часами изо дня в день. Из кухни в соседнюю комнату было проделано раздаточное окошко — очевидно, семейство имело обыкновение вкушать пищу в столовой.

По кухне пополз изумительный аромат свежесваренного кофе. Майк приготовил посуду и ловко наклонил турку, разливая напиток по чашечкам. Пока разогревался заранее приготовленный обед, они сидели за маленьким столиком на кухне и наслаждались горячим кофе.

— Ммм… Чудесно, — блаженно полуприкрыв глаза, потянула Кэрол. — Ты здорово варишь кофе.

Она почувствовала, что согревается. На кухне моментально стало уютнее, словно кто-то опустил на окнах мягкие занавеси и включил лампу под бархатным абажуром.

— Я рад, что тебе понравилось, — благодарно кивнул Майк и поднялся, чтобы достать из духовки мясо с гарниром. — Надеюсь, обед тоже не покажется тебе слишком гадким.

— Гадким? Да я сейчас захлебнусь слюной от предвкушения. Такой аппетитный аромат! Это что?

— Телятина с грибами и овощами в белом соусе.

— Вот это изыски, — удивилась Кэрол. Неужели он специально вчера приготовил обед, чтобы сегодня поразить ее своим кулинарным искусством?

— Мама учила меня готовить те блюда, которые подаются пассажирам первого класса, — пояснил Майк. — Если у меня ничего не получится с музыкой, я подумываю пойти в повара.

— Да, ты не пропадешь, — улыбнулась Кэрол. И я с тобой не пропаду, мысленно добавила она. Если, конечно, мы будем вместе.

Он разложил мясо по тарелкам, достал пару вилок и через раздаточное окошко поставил обед на стол в столовой.

— Пойдем, — пригласил он Кэрол. — Отведаешь моей стряпни.

В огромной комнате-студии — столовой, а по совместительству гостиной — было гораздо уютнее. В интерьере царили теплые оттенки, словно в противовес серебристой поверхности самолетного фюзеляжа, голубизне неба, синеве летной формы, светлым нюансам цвета облаков… Взгляд летчика и стюардессы словно бы отдыхал на мягком колере бежевых обоев, песочного паласа на полу, нежно-оранжевых штор и портьер на двери, абрикосовой обивки мебели.

Кэрол и Майк расположились за большим полукруглым столом, одной стороной примыкающим к стене, общей с кухней, и приступили к трапезе.

Блюдо оказалось не менее вкусным, чем обещал его аромат. Белоснежные зубки Кэрол с наслаждением вонзались в небольшие кусочки сочного, нежного, отлично прожаренного мяса и аппетитного гарнира. Майк, расправляясь со своей порцией, успевал любоваться тем, как она ест: аккуратно, без излишней торопливости, но с явным удовольствием, смакуя пищу, получая удовольствие от процесса.

Насытившись, Кэрол поблагодарила своего возлюбленного кулинара. Майк, польщенный ее высокой оценкой своих способностей, сварил еще по чашечке кофе и принес блюдо с заварными пирожными, которые, он знал, очень нравятся Кэрол.

Теперь, когда Кэрол оторвалась от тарелки с вкуснейшей пищей, она могла, как следует оглядеться. Пространство вместительной и симпатичной столовой-гостиной было поделено пополам огромным диваном, обращенным спинкой к обедающим. По бокам от дивана несколько мягких на вид кресел приглашали к отдыху и расслаблению. Большая компания могла собраться вместе в этом уголке, что-то оживленно обсуждая или просто смотря телевизор.

— Ты слышал, завтра вечером по «Нью Мьюзик Ченнел» будет концерт «Роллинг стоунз»? — припомнила она. — Прямая трансляция. Это турне в поддержку их нового альбома. Как бы я хотела там побывать… Но до нашего городка такие монстры рока, конечно же, не доезжают… Хорошо хоть, можно по телику посмотреть.

— Да? А во сколько? — оживился Майк.

— Начало в семь. Знаешь, я иногда мечтаю, как мы с тобой накопим денег и поедем в большой город, и там сможем попасть на настоящий концерт на огромном-преогромном стадионе. Там будет миллион народа — и мы с тобой, вдвоем, понимаешь? — поделилась сокровенным Кэрол.

— Так зачем же дело стало? Приходи смотреть передачу ко мне, — с улыбкой предложил Майк. — Это будет почти, как если бы мы побывали там с тобой вдвоем.

Кэрол обрадовалась. Это же была ее мечта — делить радость впечатления с любимым. Пусть они с Майком не могут попасть на настоящий концерт «роллингов», по крайней мере, они увидят и услышат это вместе по ТВ.