Клэй из Виргинии - Мередит Рич

– Не в том дело. Мне нравится встречаться с тобой, работать с тобой. Мне нравится ходить с тобой в театр, в рестораны и в кино. Но я не люблю тебя.

– Хочешь сказать, никогда не любила.

– Нет. Любила. Хотя… не знаю. – Клэй улыбнулась и ласково прикоснулась пальцами к шее Оуэна. – Я не хочу, чтобы ты сердился на меня. Я хочу, чтобы мы оставались друзьями.

Оуэн вздохнул и протянул официанту карточку «Америкэн экспресс».

– Надеюсь, в качестве друга я сохраню постельные привилегии? – спросил он.

Клэй облегченно рассмеялась:

– Посмотрим.

– Не хочешь сходить сегодня вечером в кино – в двух шагах от моей квартиры показывают «Викторианскую пастораль». А потом я мог бы приготовить ужин…

Настроение Клэй снова упало.

– Я э-ээ… все еще никак не приду в себя после перемены часовых поясов.

– Что-то ты не слишком дружелюбна. Клэй только покачала головой:

– Может быть, завтра. Кстати, я посмотрела «Викторианскую пастораль» в Лондоне, – солгала она.

Через несколько дней Оуэн позвонил ей:

– Эд хочет, чтобы ты занялась подводными съемками у Байи. Это пойдет вслед за тем куском, который делает Мид Линсдей.

– Ради Бога. Когда тебе нужен материал?

– Как можно быстрее. Я уже забронировал билет на вечерний рейс до Лос-Анджелеса.

– Господи, зачем так торопиться…

Оуэн рассмеялся:

– Эд хочет, чтобы твоя статья попала в ноябрьский номер, отсюда и спешка.

– Ладно, все в порядке. К тому же мой загар начинает бледнеть.

– Ну вот и хорошо. Курьер будет у тебя в течение двух ближайших часов.

– А я пока уложу вещи.

– Желаю приятно провести время. Позвони, когда вернешься. – В трубке раздался звук, напоминающий поцелуй, затем короткие гудки.

– Клэй! Тебя к телефону! – крикнула Гарнет Тернер из кухни.

В это время Клэй загружала оборудование в лифт.

– Пусть диктуют, а ты запиши! – скомандовала она. – Я уже опаздываю!

Гарнет вышла в коридор:

– Звонят издалека: у него иностранный акцент, и он говорит, что это очень важно.

– Ладно, держи лифт. – Клэй вбежала в гостиную и схватила трубку параллельного телефона.

– Алло, Клэй слушает.

– Это Ларс… Ларс Нудсен…

– Ларс? Как у вас дела? Где вы?

– Мы в Лос-Анджелесе. Послушайте, у нас беда: наш подводный оператор Тоби Джексон попал в больницу со смещением позвонка; он не сможет работать несколько месяцев. Не могли бы вы занять его место в съемочной группе «Золотого треугольника»? Снимать будем в Таиланде с августа по октябрь, включая подготовительный период.

– Ну… это так неожиданно. Я только что взяла работу.

– Послушайте, Клэй, я очень хочу заполучить именно вас.

– Понимаю, я с удовольствием, но… А Джош знает?

– Нет. Пока нет: набор операторов – это моя обязанность.

Из коридора послышался голос Гарнет:

– Клэй! Я не могу держать лифт до скончания века!

– Хорошо, Ларс. Сейчас я еду в Байю, а по пути заверну в Лос-Анджелес.

– Отлично! Приезжайте завтра в полдень ко мне на студию – там мы побеседуем, а заодно сходим пообедать.

– Ларс… – Клэй нерешительно умолкла. – Вряд ли я могу заняться этим делом. Я бы очень хотела, но…

– Что «но»?

– Мы с Джошем…

– Послушайте, я приглашаю вас работать у меня. Уж не знаю, что случилось у вас с Джошем, но вы не должны упускать такую возможность. Я хочу попробовать кое-какие эффекты, до сих пор не применявшиеся в подводных съемках.

– Хорошо, но я ничего не обещаю заранее.

– Идет! Запишите мой рабочий телефон…

Всю дорогу до Калифорнии Клэй размышляла о предложении Ларса Нудсена, и когда самолет коснулся земли, она уже знала, что будет участвовать в съемках ленты Джоша. Это была ее судьба, и она не хотела ей противиться.

К тому же, улыбаясь сказала себе Клэй, Ларс прав. Она действительно не может упустить такой шанс.