Берег. Следы на песке - Юлия Крынская

Конни с Робертом прошли в зал.

–Добрый вечер,– Эдвард пожал руку шоумену и представил ему Джонни.

Фаррелл-младший перехватил взгляд отца и ответил на немой вопрос:

–Скоро придет.

–Как вам представление?– не без гордости поинтересовалсяКонни у гостей.

–Что-то потрясающее!– искренне восхитился Эдвард.

Джонни, раскрасневшийся от коньяка, спецэффектов и полуобнаженных танцовщиц, ошалело мотнул головой.

–Сейчас будет коронный номер!– улыбнулся шоумен.– Этого исполнения я ждал давно.

–Джулия будет выступать?– Эдвард гневно блеснул в сторону Роберта глазами и стукнул кулаком по столу.– Что ты делаешь? Я запретил ей такие нагрузки!

–Ты не знаешь, что она вытворяет дома,– отмахнулся от него Фаррелл-младший.

В зале погас свет. Опустившийся на некоторое время занавес снова открыл сцену. Заиграл рок. Вихрь белоснежных бликов осветил сидящих в зале. Под самым потолком в сияющем обруче пролетела девушка в белой тунике и с крыльями. Она сделала круг на вытянутых руках, замерев в полушпагате и опустилась на сцену.

Роберт следил за ней, затаив дыхание. Тело возлюбленной казалось до невозможности хрупким. Закрыв на мгновение глаза, он представил Юлю восемнадцатилетней девушкой, какой запомнил, благодаря маленькой черно-белой фотографии. Встрепенувшись, Роберт вновь устремил все внимание на сцену.

Внизу Юлю встречали танцоры, одетые в чернуюкожу. Пластика, грация и слаженная работа балета под тяжелый рок уводили зрителя из реальности. Но вот люди на сцене замерли, и белый силуэт главной героини соло слилсяс жестким ритмом музыки. Юля умела жить танцем. Она сама превращалась в танец.

Вышел Вольф и, усадив Юлю на бедра, закружилс ней по сцене. В штанах стало тесно от того, что Роберт узрел дальше. Он сжимал кулаки и кусал губы, видя, как беспардонно Вольф через трико насаживает на свой ствол его невесту: «Так вот где ты, дорогая, так виртуозно научилась скакать на члене. Это сколько же мальчиков тебя перелапали?». Исполнив каскад пируэтов, пара упала на пол и слилась в поцелуе.

Ожившие тела танцоров сомкнулись над ними на долю секунды и снова расступились. Юля стояла спиной к залу без крыльев: на их месте расплывались алые пятна. Вольфа нигде не было, музыка изменилась – стала медленной и тревожной. Юля упала на колени, как подкошенная. Эдвард вскочил иоглянулся на Конни. Немец сидел со слезами на глазах. Роберт посмотрел на них и проглотил улыбку. Для него Юлины фокусы уже не были в диковинку. Он снова переключился на сцену.

Вокруг девичьего телаколдовали танцоры, в медицинских масках. Смена декораций – колышущиеся алые ткани сменили белые полотнища, а перекрестные лазерные лучи мерцающие блики. Изогнутое, словно изломанное тело порушенного ангела поплыло вверх на обруче. Танцоры замерли, только взметнулись руки. В центре сцены партнер Юли уже сжимал в объятьях другую танцовщицу. Обруч совершил круг, и занавес опустился.

Зал замер и через несколько секунд взорвался аплодисментами.

* * *

–Ты классно танцевала,– пожал Юле руку Вольф. Вокруг них столпились ребята, вернувшиеся со сцены. Юля с трудом понимала, что они галдят.

К ним подошла стройная белокурая девушка.

–Я Эмили,– представилась она по-английски.– Дядя много рассказывал о вас. Вы, правда, прекрасно танцуете.

Эмили замялась и спросила:

–Вы хотите вернуться в шоу?

–Нет,– Юля с трудом сдерживала слезы.– Это было скорее прощание со сценой. Простите, мне нужно переодеться.

Она пошла, а потом припустила в сторону гримерки. Вбежав, плюхнулась на пуфик, ипотемневшими глазами уставилась на себя в зеркало. Прошлому не осталось места в Юлиной жизни, но оно все еще крепко держало ее за горло. В дни, когда накрывали воспоминания хотелось выть волком от тоски. Так случилось и сегодня.

Вошел Роберт. Юля увидела его в отражении. Возлюбленныйостановился за ее спиной.

–Джу,– тихо позвал он,– я люблю тебя. Не ускользай от меня. Я… Я боюсь потерять тебя.

Юля молчала. Роберт положил ей руки на плечи и потянул на себя.

–Ты ведь не вернешься к Конни? Понимаешь, что это невозможно?

Юля будто окаменела.

–Что за бездна таится в твоих глазах? Я с тобой! Слышишь? С тобой!– закричал Роберт,что было мочи.– Не молчи! Я не хочу, чтобы ты страдала.

Он схватил ее и встряхнул, словно куклу.

–Что мне сделать, чтобы ты больше не мучилась?– взвыл он раненым зверем.– Неужели ты не можешь спокойно жить?

–Все хорошо,– Юля поднялась и прижалась к нему всем телом.

Роберт обнял ее, и она услышала, как колотится его сердце.

Юля слегка отстранилась:

–Тебе понравилось?

–Ты танцовщица от Бога,– Робертвытащил шпильки из ее волос, и они рассыпались по плечам.– Я думал, что ничто и никто в жизни не заставит меня плакать. Ты сделала это сегодня второй раз за то время, что мы знакомы. Хотя раньше я думал, что мужчины плачут, только когда режут лук.

–Прости меня,– прошептала она отчаянно.– В моей жизни естьлишьты. Все остальное блажь, туман… Страшные отголоски прошлого.

–Тогда давай поставим жирную точку на твоейкарьеретанцовщицы здесь и сейчас.

РобертповалилЮлю на диван,сорвал с нее блестящие стринги и расстегнулджинсы. Юлю бил легкий озноб от болезненного напряжения внизу живота. Она приподнялась на локтях и, читая в потемневших глазах возлюбленного откровенное желание, облизала кончиком языка губы и выгнула спину дугой.

–Ого, как мокро,–Роберт устроился между ее ног и прикоснулся к разгоряченной плоти. Он дразнил ее легким поглаживанием, явно желая вырвать из горла сладкий стон.– Это тебя так с выступления прет? Танцоры чувствуют возбуждение во время выступления?