Вредина для мажора - Алекс Коваль

Первую половину пути едем молча. Летта смотрит в окно, все еще мило дуя щеки, а я слишком часто пялюсь на нее в зеркало заднего вида. Ничего не могу с собой поделать, она сегодня утром слишком хороша. Да, собственно, она каждое утро, день, ночь — всегда идеальная.

Так, тормозим. Явно мысли полетели не в ту сторону.

—Значит, ваши занятия с десяти начинаются?— решаю заговорить, чтобы хоть как-то разрядить обстановку.

Она явно на меня зла. И на батю своего зла. Тот, кажется, понял, что без его помощи эту вредину мне не уговорить. Подыграл. Вопросов, конечно, потом не оберешься, что это за душевные порывы у меня, от предков и крестных, но будем разгребать проблемы по мере их поступления. Да и разве это не выглядит разумным — ездить вместе?

—Не всегда,— бросает Виолетта, даже не обернувшись.

Сегодня скрепя сердце пришлось проигнорировать утром своего двухколесного зверя, который, кажется, даже взгрустнул, и впервые за год, что новая тачка стояла в гараже предков, сесть на четыре колеса. Я все-таки предпочитаю машинам байки. Но боюсь, тогда бы девушка и на пушечный выстрел ко мне не подошла. Да и крестный вряд ли бы “оценил”.

—И совсем я не гоню,— поглядываю на стрелку спидометра, припоминая ее слова.— Мы ползем, как черепахи,— восемьдесят. И ты вполне могла бы сесть вперед,— сам не знаю почему, но мне ужасно хочется, чтобы она сидела здесь. Рядом.

—Не могла.

—Я не кусаюсь.

—Зато я… — начинает Летта, но тут же, поймав мой взгляд, замолкает.— Скажи спасибо, что я вообще поехала с тобой.

—Спасибо,— выдаю, не задумываясь, и, кажется, Летту злит это еще больше.

А мне хочется бессовестно хохотать. Боже, ну, надо же было вот так вляпаться, а? Никогда в своей жизни я не бегал за девчонкой! Никогда! А тут мало того, что бегаю, уговариваю, уламываю. Так еще и глазом не моргнув спускаю мимо ушей ее колкости. Смешно, кому расскажи, знатно повеселятся.

Или я превращаюсь в тряпку, или Летта имеет какую-то особую власть надо мной. И скорее всего, второе, потому что такой упертый и мягкотелый я только в ее непосредственной близости.

Мой мобильный начинает трезвонить, а бросив взгляд на экран, вижу имя друга. Нажимаю отбой и закидываю новый гаджет в бардачок.

Почему новый? Потому что вчера у меня выдался из рук вон какой отвратительный день.

—До скольки занятия?

—Тебя не касается.

—Виолетта, я заберу тебя после пар.

—Ты будешь занят. Не надо меня забирать,— складывает руки на груди мелкая, наконец-то отлепляя взгляд от окна.— Я уеду на такси.

—Чем тебя не устраивает моя машина?

—Машина прекрасная, у дяди Артема отличный вкус, а вот твое общество — вещь сомнительная.

–А причем тут моя машина и вкус моего отца?— заламываю бровь, совершенно потеряв нить разговора. Притормозив на светофоре, даже оборачиваюсь, встречаясь с недовольным прищуром шоколадных глаз.— Не пояснишь?

—Разве не он тебе ее купил?

—Нет!— машу рукой, давя по газам.— Я купил ее сам.

—Шутишь?

И почему меня так задевает такой ее тон? Я-то думал, ее излюбленное “мажор”— обращение ко мне исключительно из желания уколоть. А, выходит, она серьезно считает, будто я в двадцать пять лет все еще сижу на шее у предков? И все, что у меня есть, достается на блюдечке с голубой каемочкой?