Любовница отца - Вера Шторм

Теоман

Конечно, изначально идея у меня была совсем другая, но раз уж так вышло… Довольствоваться будем парком аттракционов в компании ребенка.

Я слышал и удивление в голосе Дианы, когда сказал ей собираться, и растерянность, когда она наверняка хотела отказаться, но не смогла.

И сейчас у нее глаза почти такие же, как и у девочки рядом. Но краснеет от обещания незабываемого вечера только одна. И о чем она подумала, интересно?

Когда я представляюсь сестре Дианы, мы заходим внутрь, и я пытаюсь сориентироваться. По подобным местам мне ходить не приходится, но вижу стенд с названиями всех аттракционов около касс.

— Ну что, дамы, — шутливо обращаюсь. — Что хотите первым опробовать?

— Только никакого экстрима, — сразу же предупреждает Диана, наверняка заметив среди названий американские горки.

— Как скажешь. А ты куда хочешь? — обращаюсь к девочке.

Она немного стесняется меня, как, наверное, все дети незнакомых людей.

— Не знаю, — пожимает она плечами и смотрит на Диану. — А куда можно?

— Можно же везде? — тут же уточняю я. — Конечно, в безопасных и возрастных пределах.

— Наверное, — неуверенно соглашается Диана.

Тоже смущается, немного неловко себя чувствует. Ничего, это поправимо.

Я беру в кассе билеты на все аттракционы, где нет скорости и не надо висеть вверх ногами. Вручаю Ире, и она радостно бежит к каким-то пластиковым лебедям. Что ж, наверное, это действительно весело. Меня в детстве больше водили по секциям и кружкам, так что никакой ностальгии от этой картины у меня нет.

Но Диана с таким умилением смотрит на сестру, что без слов понятно: Ирина ей дорога. На этом и завяжем разговор, чтобы унять неловкость.

— Как ей в школе? — спрашиваю, кивая на проплывающего мимо лебедя, откуда нам машет рукой Ира.

— Ей надо привыкнуть, — отвечает Диана. — Знаешь, она всегда была с мамой, даже в детский сад не ходила, поэтому ей сложно адаптироваться. Но она сможет. Да, первое время трудно, а потом появляются новые друзья, новые впечатления. И, Тео, — поворачивается ко мне с улыбкой, — спасибо за этот вечер. Наверное, сама я бы ее сюда не привела. И мы бы сидели на кухне, вспоминая маму с папой.

— Давай только ты не грусти, — тоже улыбаюсь и исключительно в качестве жеста поддержки касаюсь спины Дианы чуть ниже лопаток.

Вздрагивает, напрягается — так не реагируют на прикосновение мужчины, который безразличен. Но только ушедшая неловкость как будто снова возвращается.

Положение спасает девочка, которая бежит к нам после нескольких кругов на лебеде.

— А куда дальше пойдем? — спрашивает она бесхитростно, и я вполне искренне ей улыбаюсь.

Все-таки в детях есть то, чего мы лишаемся со временем — искренность.

— Дальше на аттракционы. Что у нас там в следующем билете? — достаю его из кармана. — Надувные шары на воде, — читаю название. — Написано, что новый аттракцион.

Ира хлопает в ладоши и оглядывается. Сразу соображает, куда надо идти, увидев бассейн. Нет, все-таки пусть Марк и со своим привычным сарказмом предложил идею с парком развлечений, но это работает. Ребенок доволен, и мы с Дианой, можно сказать, наедине.

Разговариваем о чем попало, больше не касаясь неловких и болезненных тем, и она расслабляется. Глаза полны благодарности и даже какого-то подобия восхищения. Движения больше не скованы.

Когда все аттракционы обкатаны, мы покупаем воздушные шарики, какие-то светящиеся палочки, мигающие уши Микки Мауса, которые Ира тут же надевает на голову. Оказывается, делать детей счастливыми — это даже приятно.

— Не устали? — спрашиваю я, когда мы выходим из парка.

— Нет, — интенсивно машет головой Ира, а Диана напоминает:

— Завтра уже надо готовиться к школе. Думаю, на сегодня хватит.

— После таких приключений надо обязательно перекусить, — киваю на кафе через дорогу.

Не итальянский ресторан, но, думаю, и не совсем паршивая забегаловка. Тем более логотип с изображением пиццы, а дети ее должны любить.

— Диан, — тянет Ира, почти умоляя.

— Хорошо, только ненадолго.

Эта маленькая девочка мне определенно нравится. Ей Диана отказать не может, что мне только на руку.