Сети любви - Татьяна Мещёрская

Брови Стефани поползли наверх. Смутное беспокойство закрадывалось в душу. Этот невнятный лепет, жалкий вид парня… Никак не обошлось без кое-кого властного и сероглазого. Вот только что он мог придумать?

— Что, собственно, произошло?! — отчеканила она, нервничая всё сильнее. — Да говорите же!

— Видите ли… Д-дело в том, что Ваш номер… Он занят.

— Как занят?

Стефани опешила.

— Я сняла его надолго. А мои вещи?

— А-а… Д-днём приходил джентльмен. Вы ещё гуляли с ним на пляже. Сказал, что пришёл сразу по Вашей просьбе, показал документ. Он и освободил номер.

Стефани даже утратила дар речи от потрясения. Джордан Росс освободил её номер? Она на мгновение замерла, а затем едва не подпрыгнула.

— Да как Вы могли такое допустить?! — возмущённо выдохнула она. — Мало ли кем мог оказаться «джентльмен»! И Вы поверили ему на слово?!

Вид у насмерть перепуганного парня стал заискивающим до крайности. Он явно осознавал всю глубину глупости своего поступка.

— Да, Вы правы. Но я же говорю, он показал документ. Копию Вашего паспорта. И Вы с ним ходили по пляжу.

— Только копию? — Стефани предпочла проигнорировать слова о совместной прогулке, хотя и та ничего не доказывает. С таким же успехом она могла прогуляться с чьим-нибудь дедушкой. — Вам сколько лет, молодой человек? И… откуда у Росса копия?

Последнее она уже прошептала, и этот вопрос предназначался ей самой, нежели служащему. Произнеся его, Стефани замерла, догадываясь. Бедное сердечко стукнуло и остановилось.

— Этот джентльмен что-нибудь сказал? — с подозрением вопросила она, заранее предугадывая ответ. Как она могла забыть про уверенные заверения Росса о манипуляциях, сказанные им на пляже!

Дрожащими руками парень перевернул бумаги у себя на столе.

— Вот. Он оставил записку. Сказал: «на всякий случай».

— Как предусмотрительно, — язвительно зашипела она.

Маленький конвертик бумажки перешёл из рук в руки. Записка была лаконична: «Возвращайся. Твой Джордан».

«Твой Джордан» — её сердце рухнуло в пропасть, а затем она силой заставила себя вынырнуть оттуда. Ладонь Стефани с размаху опустилась на полированное дерево стойки, заставив парня, передавшего записку, вздрогнуть. Ну, конечно! «Её» Джордан не мог поступить иначе! С его-то склонностью доминировать. А ей следовало предвидеть такой поворот событий, и не гулять беспечно на пляже, оставляя спину открытой. Этот бессовестный тип, этот интриган! Тогда, на пляже, она была слишком рассеяна, чтобы придать его словам глубокий смысл, но чёрт возьми, сейчас у неё хватит энергии разобраться с беспределом. Что за манеры! Что он себе позволяет? А ещё глава компании, называется! Гневно сверкнув глазами, Стефани круто развернулась, и понеслась к выходу.

Она была зла, как тысяча чертей! Пылая праведным гневом, она вихрем примчалась в прежний отель, причём работники встретили её с радостными улыбками, показавшимися ей язвительными и, не задерживаясь ни секунды, бегом направилась к номеру Джордана. Распахнула дверь и окаменела на пороге. Она ожидала увидеть Росса собранным, в костюме, готовым, так сказать, к бою, но вместо этого натолкнулась на сонный полумрак и глубокую тишину. Шторы в номере были плотно задёрнуты и Стефани, ворвавшаяся сюда после ярко освещённого холла, на мгновение ощутила себя ослепшей. Даже боевой настрой поутих. Она дала себе несколько секунд на привыкание к темноте, а после шагнула внутрь. Хлопнула дверью, не заботясь о громком звуке, и уже затем увидела Джордана. Тот сидел в кресле, возле журнального столика. Расстёгнутая на груди рубашка смутно белела в темноте, а длинные пальцы обхватывали пузатый бокал с тёмной жидкостью. На столике маячила бутылка виски.

— Уже входишь без стука, а, Стефани?

Низкий чувственный голос обволок её мысли, и Стефани потрясла головой, чтобы избавиться от наваждения.

— Я ждал тебя.

Скорее угадав, чем увидев его взгляд, она сделала пару шагов по направлению к креслу. Росс, как всегда, удивлял её. Она ожидала спора, схватки, борьбы. А он вместо этого странно расслабленный и напивается. И вообще, похоже, не в настроении. Всё-таки интригующий он человек. Никогда не поймёшь, что выкинет в следующий раз. Ну а она обязана высказать ему всё, что накопилось на сердце, чтобы в другой раз этому манипулятору неповадно было.

«Какой другой раз, милочка», — мысленно осадила она себя, ставя мозги на место. «Сегодня — сейчас! — я вижу его последний раз в жизни!»

Это заключение напрочь уничтожило остатки ярости. Стало так горько, что впору садиться рядом с Россом и составлять ему компанию в выпивке.

И всё же она скажет ему!

— Твои фокусы выходят за рамки разумного, Джордан Росс, — проговорила она дрожащим голосом, не сводя глаз с его скрытого в темноте лица. — То что ты сделал в моём отеле… Зачем?! Это возмутительно! Очень жаль, что я не вижу твою физиономию, а то с радостью выцарапала бы тебе глаза!

Раздался щелчок, и вспыхнувший свет — подле кресла Джордана стоял высокий торшер, который она поначалу не заметила — залил комнату. Стефани даже вздрогнула от неожиданности.

— Ну, давай, — бесцветно согласился Джордан.

Он поднял пузатый бокал к глазам и внимательно смотрел на покачивающееся за стеклом содержимое, подкручивая бокал пальцами. Казалось, всё его внимание было поглощено игрой света в янтарном напитке. И Боже, как же Джордан был хорош! С остро чувствуемой болью Стефани окинула его взглядом. Его тело, пальцы, осанку… Взгляды и манеру обнимать. Она помнила каждое их прикосновение, и даже сейчас, не смотря на то, что Росс находился далеко, губы вспыхнули, будто бы он только что поцеловал их. Стиснув зубы, Стефани усилием воли прогнала навязчивые видения. Она подошла к Россу вплотную и сунула в лицо мятую бумажку:

— Узнаёшь?

— Конечно.

Смуглые пальцы легко вытянули листочек из её ослабевшей руки и небрежно отбросили прочь.

— И как это понимать? — уперев руки в бока, Стефи подалась к нему. — Ты даже не взглянул на неё.

— Незачем.

Джордан прошёлся взглядом по её телу и остановился на груди. Забывшись, Стефани слишком близко наклонилась к нему, и вид получился пикантный.

— Я всегда узнаю свой… подчерк.

Густо покраснев, она отпрянула. Он совершенно невыносим! Сплошные неприличные намёки. Или это она сошла с ума? Фраза-то, кажется, вполне безобидная. И только ей слышится в ней некий подтекст. Точно, она сошла с ума, и ей лучше держаться от источника заражения подальше. Нервно сцепив на груди руки, Стефани заметалась по комнате.

— Это безумие какое-то! — раздражённо ворчала она.

Краем глаза она видела, что Джордан продолжает с безразличным видом смотреть в стакан.

— Что с тобой происходит? Я не могу понять. То ты чуть ли не силой заставляешь меня на себя работать, тащишь в Австралию, в эту страну океана и кенгуру, снова чуть ли не силой; настырно навязываешься мне в компанию, а потом вдруг теряешь ко всему интерес. Сидишь здесь, вместо того, чтобы…