Понять и простить - Сара Вуд

Денек предстоит веселый, подумала она, уныло усмехнувшись…

На самом деле все прошло с переменным успехом. После утреннего похода по магазинам — который доставил удовольствие обеим, хотя Джемма и делала вид, что это не так, — они пошли в Детский музей костюмов. Наилучшим впечатлением дня была примерка викторианских придворных нарядов. Джемма присоединилась к целой группе детей и была в восторге.

Здесь, в музее, Эллен была просто одной из мам, помогающих своим чадам втиснуться в кринолины, и со смехом наблюдала, как Джемма пытается сесть так, чтобы не видны были длинные кружевные панталоны.

А после, вместе с другими родителями, она с сентиментальным восторгом наблюдала, как ее по-взрослому наряженная дочь спускается в холл, чтобы принять участие в «банкете» с мороженым и чипсами.

— Который ваш ребенок? — шепотом спросила Эллен какая-то женщина рядом. У Эллен потеплело в груди.

— Вон та особа в зеленой шляпе с перьями, которая как раз говорит своему кавалеру, что хотела бы еще немного вина, — смеясь, ответила она.

— Очаровательная девочка, — сказала соседка. — Между прочим, ее кавалер — мой непоседа-сынок.

Они поболтали еще немного. Эллен наслаждалась каждым мигом пребывания здесь. Впервые она смотрела на свою дочь со стороны, наравне с прочими родителями, и лучше этого ничего быть не могло.

Джемма оживленно болтала, время от времени сбиваясь на итальянский, что всех изумляло и приводило в восторг, пока она не объяснила, что ее papa из Napoli.

— Из Неаполя, — пояснила Эллен.

— Napoli, — упрямо повторила Джемма, и все засмеялись.

Но Эллен уже заметила, как гневно сжались губки дочери, и мысленно выругала себя за такую нетактичность. Когда она хотела взять Джемму за руку, ее жест был не просто проигнорирован, а вызвал раздражение.

— Они такие независимые в этом возрасте, не правда ли? — вздохнула ее недавняя собеседница. — Мой Том всегда требует, чтобы по дороге в школу я шла на расстоянии нескольких шагов от него!

Эллен рассмеялась, хотя на глаза ей наворачивались слезы. Ей пришлось приложить немало усилий, чтобы успокоиться. Не стоило ожидать чудес. В конце концов, они хорошо провели день. Это был первый шаг.

А теперь они сидели вдвоем в отеле и нетерпеливо ожидали, когда приедет Люк. В надежде увидеть, как он подъезжает, они выглядывали в окно на улицу. Но увидели его, уже когда он появился в дверях и остановился, глядя на них.

— Папа! — радостно закричала Джемма и бросилась к нему, словно облако развевающихся розовых юбок. Люк ловким, привычным движением подхватил ее на руки и закружил по комнате.

— Ciao! Как дела, моя прекрасная принцесса? смеясь и целуя дочку, воскликнул он. — Ты чудесно выглядишь! У тебя новое платье! — Он поставил Джемму на пол, сияя улыбкой. — Повернись-ка. Да. Очень красивое.

Джемма принялась оживленно болтать по-итальянски. Люк с обожанием смотрел на нее — казалось, он забыл обо всем, кроме дочери.

Эллен в нерешительности стояла возле окна. За все время она получила от силы пару мимолетных взглядов Люка. Взяв себя в руки, она шагнула вперед. На ней сегодня были та же юбка и обтягивающий топ, что и вчера.

— Привет, Люк. Ты, наверное, устал, — с сочувствием сказала она, отчаянно желая тоже броситься к нему в объятия.

Он поднялся.

— Привет, Эллен, — ненатуральным голосом сказал он. Эллен почувствовала болезненный укол в сердце. Более мягко Люк добавил:

— Да, я устал. — Поколебавшись мгновение, он, к ее изумлению и смущению, трижды поцеловал ее, как это принято в Италии.

Оживленная болтовня Джеммы резко прервалась, и они оба удивленно посмотрели на нее. Джемма же пристальным, изучающим взглядом прошлась по Эллен, словно видела ее впервые в жизни. Не зная, что делать, Эллен решила первой прервать затянувшееся молчание.

— Мы должны рассказать твоему папе, что сегодня делали, — весело предложила она.

— А, конечно. Вы хорошо провели время? — подхватил Люк, немедленно заулыбавшись.

Джемма с минуту подумала, подбирая нужные слова.

— Мы ходили по магазинам, — наконец сказала она, не скрывая радостного сияния глаз. Люк картинно застонал.

— В таком случае я разорен! Вы истратили все мои деньги!

Джемма засмеялась. Люк снова опустился перед ней на колени, и она осторожно помогла ему снять пиджак, аккуратно повесила его на спинку стула, потом стянула с него галстук, сложила и занялась верхней пуговицей рубашки — все это с серьезной сосредоточенностью.

У Эллен сжалось сердце. Перед ней проходил ежедневный ритуал, явно отлично отработанный за долгое время. Ее дочь вот так каждый вечер заботилась об отце, выказывая ему свою любовь в такой вот свойственной ей серьезной и вдумчивой манере. Но скоро, поклялась себе Эллен, она тоже будет участницей этой игры. Они с Люком станут ближе, Джемма увидит, как они счастливы вместе, и они станут настоящей семьей. Ее глаза засветились надеждой, на лице появилась счастливая улыбка.

Пуговица наконец поддалась, и Люк подставил дочке поочередно обе щеки для поцелуя. Потом сгреб Джемму в охапку и принялся щекотать. Эллен оставалось только ревниво наблюдать за происходящим.

— Ну, а теперь, — сказал он, усаживаясь на диван с Джеммой на коленях, — теперь скажи мне — я сильно обеднел? — спросил он с притворным ужасом.

Стараясь не свалиться с отцовского колена, Джемма радостно хохотала, а Люк продолжал притворяться напуганным. Он прекрасный отец, подумала Эллен, тоже не в силах сдержать смех, когда Люк принялся выворачивать свои карманы, обнаруживая, что там пусто. Джемма, однако, заставила его разжать кулаки и указала на монеты, которые там были. Игра продолжалась.

Эллен отлично понимала, что все это делается не ради нее. Порой казалось, что о ее существовании вообще забыли. По крайней мере Джемма точно, потому что она вообще не обращала на мать внимания. Эллен поняла, что лучше ей держаться очень осторожно и не вмешиваться в их домашние привычные игры.

— Она по-прежнему тебя не принимает, — задумчиво сказал Люк немного позже, когда оба они, приняв душ и переодевшись, ужинали в номере.

Эллен не возражала против простого ужина, безо всякой экзотики; главное, это означало, что они будут наедине. Она мечтательно улыбнулась.

— Когда ты рядом, она не замечает никого. Но мы хорошо провели время, даже если она этого и не признает. В музее ей очень понравилось играть роль горничной и чистить серебро. Ты еще не знаешь ее способностей в этой области!

Люк улыбнулся, взял ее руку и медленно поднес к губам. Его длинные ресницы скрывали выражение глаз.

— Я рад, что ты всем довольна, — проговорил он. Перевернув ее руку ладонью кверху, он прижался к ней губами, и у Эллен перехватило дыхание. Она с удивлением заметила, что достаточно было только взглянуть на него или ощутить его прикосновение, чтобы потерять голову. Он посмотрел на нее и вопросительно поднял бровь, как будто ожидал более подробного рассказа о сегодняшнем дне. Но Эллен хотела, чтобы он сам говорил с ней о чем-нибудь, хотела слышать его голос, от которого по всему ее телу пробегала сладкая дрожь.