Отрубить голову дракону - Татьяна Гармаш-Роффе

— Это нервное, не пугайтесь. Алексей кивнул.

— Кого-нибудь арестовали? — спросил он. — Личности преступников установили?

— Нет.

— Свидетелей обнаружили?

— Тоже нет. Полиция пришла к выводу, что кроме Юры там были еще два человека. Они убили моего сына и ранили мужа. А может, и убили. Или он позже умер от ран где-то в глухом месте…

Она снова умолкла и замерла, горестно глядя стол, и пальцы ее все возили кораблик по цепочке. У детектива сразу возникли вопросы — например, был ли вооружен сам Юра, сколько гильз нашли и сколько пуль, от какого оружия да как они оказались расположены на месте перестрелки, — но еще не наступило время, чтобы их задавать. Он еще не взялся за расследование: Оксана пока не сформулировала просьбу.

— Когда это произошло?

— Пятого октября.

А сегодня одиннадцатое декабря. Прошло два с лишним месяца. Это много. Чего же Оксана ждала?

— Расследовать лучше по горячим следам, — дипломатично заметил Кис.

— Я все надеялась, что полиция найдет Юру, что поймает убийц. И что дочка вернется…

— Она сбежала из дома, вы сказали.

— Да. Еще до того, как похитили Антошу. Юля так и не знает, какая беда у нас случилась.

— Об этом сообщали в прессе? По телевидению?

— Не могу сказать, не в курсе. Какие-то журналисты рвались со мной поговорить, но я всем отказывала, на звонки не отвечала, дверь никому не 11 открывала. В таком состоянии была… Будто меня саму убили. Спасибо Ане — это моя подруга, — она сидела со мной, как с больной, даже ночевала меня… Вы думаете, Юля могла как-то узнать из прессы о… случившемся? — Оксана явно не смогла произнести слов «о смерти брата». — Но тогда бы дочка сразу вернулась, не сомневайтесь! — в ее голосе слышалась убежденность.

— Не сомневаюсь, — кивнул Алексей. — И что я могу для вас сделать? — снова включил он «деловой голос». — У вас произошли три печальных события: сбежала дочь, погиб сын, исчез муж. Полиция, как я понял, ничем помочь не сумела, и вы пришли ко мне, частному сыщику. Чего вы ждете от меня? Чтобы я попробовал найти вашу дочь? Мужа? Установить, кто виновен в гибели сына?

Повозив украшение по цепочке, Оксана подняла наконец глаза на детектива:

— Всё.

— То есть…

— Найдите ответы на все мои вопросы.

Ого! Этого Алексей не ожидал. Прошло два лишним месяца, полиция ничего не установила — и теперь он, частный детектив, должен дать Оксане ответы на мучающие ее вопросы?! Но это почти нереально… Если б она сразу обратилась, тогда б еще имело смысл попытаться. А спустя столько времени…

— Хорошо, — бодро ответил он. — Можем попробовать. Расценки на мою работу указаны на сай-те, вас они устраивают?

— Да, не беспокойтесь.

Алексей вовсе не беспокоился — нет, он спро-сил в надежде, что клиентка вдруг спохватится откажется от его услуг. Поскольку поставленная задача его отнюдь не вдохновляла. Это дело не из тех, которые разрешаются в три прихлопа. Возмож-но, и в десять не разрешаются, или даже вообще не разрешаются.

— Мы живем… Я живу, — исправилась она, — в Подмосковье, в Энске^[1], преподаю английский немецкий в частной школе, мне хорошо платят, плюс индивидуальные уроки. Так что не вопрос.

Алексей знал Энск: он разросся за последние два десятилетия из бывшего дачного поселка, ко-торый и в прежние времена был престижным. Скоростное строительство коттеджей и малоэтажных домов, которые застройщики сдавали целыми кварталами, и стремительное развитие инфраструктуры — школ, детских садов, поликлиник, магазинов класса «люкс», спортивных сооружений, клубов ресторанов — превратили его в городок для состоятельных людей. Неудивительно, что учительница частной школы хорошо зарабатывает.

— Ну что ж… Тогда приступим. Я должен задать вам уточняющие вопросы. Предупреждаю: придется влезать в личное. Случается, люди не понимают начинают нервничать, а то и…

— Я понимаю. Не беспокойтесь.

— Отлично. Будем придерживаться хронологии. То есть начнем с побега вашей дочери. Юля, так? Что случилось перед этим? Вы поссорились?

— Пустячная ссора, ерунда, из-за такого не сбегают из дома. Она всего лишь прогуливала школу, притворяясь больной.

— Притворяясь?

— Она даже не особо скрывала, — вздохнула Оксана. — Сначала Юля заявила, что не пойдет на уроки, так как собралась ехать к своему парню. Это было очень неожиданно: она организованная девочка, самостоятельная, ее не приходится понукать, она сама знает, что следует делать и когда.

И тут вдруг…

— То есть Юля влюбилась? Или у нее отношения с этим парнем уже давно завязались?

— Не могу вам сказать. Они играли в шахматы по Интернету на каком-то сайте, там и познакомились. Виртуальная любовь, понимаете ли. Думаю, это случилось за два-три месяца до ее побега. Она мне ничего толком не рассказывала, лишь как-то обронила, еще летом, что Том ей нравится…

— Том? Он иностранец?

— Не думаю. На сайтах у них у всех псевдонимы, клички.

— И где этот сайт обитает, по какому адресу, не знаете?

Оксана покачала головой.

— Я же не думала, что все может так повернуться… Не видела необходимости выяснять.

— Хорошо, — кивнул Алексей. — Вернемся к хронологии. Значит, Юля вдруг заявила: я еду к Тому, так?

— Примерно. А если точнее, то «завтра в школу не пойду, мне нужно повидаться с Томом».

— То есть Юля решила — или они вместе с ее Томом решили — срочно перевести свои отношения в реал?

— Видимо, — пожала плечами Оксана. — Дочка не пояснила.

— Ладно. Что было дальше?

— Я категорически запретила ей прогуливать школу. Я прекрасно понимаю свою дочь, я не против ее влюбленности, отношений с мальчиком. И я не стала бы возражать, если бы Юля попросилась уехать на выходной. Конечно, после проверки, что это за Том такой. Но вместо уроков? Это ни в какие ворота… Я не позволила.

— И тогда Юля притворилась больной, так?

— Да. И все равно прогуляла школу.

— Вам назло? Отомстила?

Оксана ответила не сразу. Золотой кораблик еще немного покатался по цепочке.

— Понимаете, когда подростки влюбляются, взрослые начинают казаться им врагами. Я не только по своей дочери знаю — я ведь в школе работаю, насмотрелась. У детей нет ничего важнее их влюбленности, у них «пожар любви», а взрослые талдычат: поздно не ложись, уроки делай, оценки хорошие приноси, в комнате убери. Полярная противоположность интересов, ценностей. Поэтому отношения сразу портятся.