Звезда Интернета - Даника Стоун

…присоединяйся! Буду рада тебя видеть.

Спасибо за сообщение. Мне пора!

МэдЛиб

Улыбнувшись, она нажала ОТПРАВИТЬ. Дверь машины открылась со скрипом, и Мэди, подняв голову, увидела, что мама с абсолютно белым лицом усаживается за руль.

Улыбка сползла с лица Мэди.

– Все в порядке, мам? Ты выглядишь…

– Все отлично, – заявила мама и вырулила на улицу, не произнеся больше ни слова.

Мэди обернулась назад, надеясь поймать взгляд сестры, но Сара была поглощена чем-то в своем телефоне. Подождав секунду, Мэди снова повернулась вперед. Она сунула телефон в карман и нахмурилась. Мимолетная радость от полученного сообщения уже испарилась.

* * *

Мэди смотрела на мать в упор несколько долгих секунд.

– Ты шутишь, да?

А рядом с ними в полную силу шумел майский полдень, словно ничего и не случилось. Весенний воздух был наполнен стрекотанием газонокосилок и ревом машин. С детской площадки раздавался смех. Жужжала пчела. Но Мэди всего этого не слышала. В груди болело, как в тот раз, когда она упала с высокого турника и от удара забыла, как дышать. На этот раз ее ударила собственная мать.

– Мам, – умоляюще протянула Мэди, – пожалуйста, скажи, что это шутка.

– Никаких шуток. Я уезжаю.

В поисках сестры взгляд Мэди метнулся к площадке и облицованным кирпичом домам позади нее. Весна пришла в Милберн, Нью-Джерси. Дикие яблони по всему парку тонули в пышной пене бело-розовых соцветий, в голубом небе проплывали идеальные серебристые облака. Судорожно сжатыми пальцами Мэди вцепилась в свой телефон. Вот отстой! Просто невероятный, нереальный отстой!

– На рассмотрение моей кандидатуры потребовалось время, – рассказывала мать, выдавая свое волнение только нервным постукиванием ноги, – но вчера я получила подтверждение.

– Подтверждение. Ну да.

– Я… – мать беспокойно поерзала на скамье. – Я уезжаю в конце недели.

Мэди пожала плечами.

– Этой недели?

– В Оксфорде организуют летний курс для студентов выпускного года, и мне предложили читать его. Начало первого июня. Хотелось бы уладить все формальности и устроиться на новом месте до…

– Да я просто поверить не могу!

На смену шоку внезапно пришел гнев.

– Это – просто… просто ужасная шутка.

Мать тяжело вздохнула.

– Ради бога, Мэдисон, ты вот-вот школу окончишь, а ведешь себя как ребенок.

– Но ведь это ты сбегаешь.

– Никто никуда не сбегает.

– Уезжаешь. Улетаешь. Да без разницы!

Мэди обвела взглядом смеющихся детей, облепивших спортивные снаряды. Чуть дальше на качелях раскачивалась взад и вперед ее сестра Сара, кажущаяся сейчас младше своих лет. С поджатыми губами и полуприкрытыми глазами, она выглядела очень сосредоточенной. Цепи качелей поскрипывали в такт ее движениям. Глядя на сестру, Мэди с беспокойством осознала, что хоть у гранаты и вырвали чеку, взрыва пока не последовало.

Но когда она рванет…

– Послушай, такое иногда случается.

Голос Джулии Накамы был едва слышен из-за радостного щебета детворы.

– И поскольку я знаю, что все это может быть для тебя нелегко…

– Ты ничего не знаешь о том, насколько это нелегко.

– Я знаю, как это выглядит со стороны, – ни капли не смутившись, сказала мать. – Но комитет одобрил мою исследовательскую стипендию только вчера. Как только мы с твоим отцом обсудили переезд, я…

– Папа знал об этом?

Скрип… скрип…

Мать придвинулась ближе.

– Я понимаю, что ты расстроена, но пожалуйста, говори тише, а то…

– А то что? Ты сбежишь?

– Мэди, пожалуйста.

Скрип… скрип…

Мэди не сводила глаз с сестры, безуспешно пытаясь справиться со злыми слезами. Это не могло случиться с ними. Не сейчас! Не тогда, когда жизнь Сары только вошла в нормальную колею.