Одна для двоих. + Ещё 2 - Марианна Арина

Оба моих мамонтенка не были обделены вниманием. Как можно? Обоих же люблю. Вика, правда, иногда чуть меньше. Когда он, например, включает властного «мэна» и рассказывает мне как мне жить.

Вот представьте, застала я его как-то на сайте для беременных. И хотела уже даже подшутить, мол, неужто и он «залетел». Как взгляд зацепился за то, что именно он читал. Заголовок гласил «Здоровье будущей мамы: разрешения и запреты». И все бы ничего. Я и сама таких статей уже немало прочитала. Да только зная Вика, тут же представила, как он «выкатит» мне внушительный список, что мне запрещено.

Ах, да, забыла уточнить, что с момента как узнал о беременности, Вик стал очень мнительным. Стоило только чихнуть, как меня буквально хватали за руку и тянули к врачу. Пару раз я даже была в шаге от того, чтобы подать на развод. Смешная? Ну да. Но достал же своей гиперопекой!

—Не вздумай даже!— фыркнула я над его головой.

Да, «ударила» на упреждение. Еще до того, как он развернул бурную деятельность по охране моего здоровья от меня же самой.

—Почему это? Я забочусь о твоем здоровье и о здоровье наших малышей!— тут же насупил на меня свои грозные брови Вик.

Но на меня такое уже давно не действует. Зато подействовало другое. Вот прямо задело за живое.

—А я значит не забочусь об их здоровье?— вопросительно выгнула бровь, очень не по-доброму сощурив глаза.

—О, дружище! Ты зашел на опасную территорию.— Где-то сзади хохотнул Андрюша, которому, как всегда, было весело.— Я бы на твоем месте упал и притворился мертвым.

—Еще один! Камеди-клаб на выезде! Не иначе.— я резко развернулась к нему.

Андрюша, явно не ожидавший, что я переключу свое внимание на него, замер, как сурок перед коброй.

—Все-все. Меня здесь нет. Это говорил не я. И вообще у меня очень много важных дел.— быстренько слинял из комнаты «мамонтенок» инстинкт самосохранения которого работает все же получше, чем у некоторых.

—Теперь с тобой.— я снова грозно глянула на Вика. Но этого одним лишь взглядом не прошибешь.— Да будет тебе известно, что Ксюша в неволе и под строгим контролем не размножается. Не угомонишь своего внутреннего параноика — съеду к родителям.

Вик смерил меня долгим взглядом. Видимо оценивал степень серьезности заявлений. Вот странный человек, так хорошо меня уже знает, а верит в сказки, как маленький. Все надеется, что я стану послушным, покладистым колобочком. Колобочком-то я стала, но явно из какой-то очень злой, садистской сказки. Потому что кругляшок этот совсем не «белый и пушистый», а колючий и ершистый.

—Вредина!— принял правильное и максимально безопасное решение мой упрямый мамонтенок, захлопнув ноутбук.

—Параноик!— не осталась в долгу я.

—Ну что? Мир?— мне улыбнулись очаровательной улыбкой, которую я так любила, и которой в последнее время что-то часто пытались манипулировать.

—Перемирие. Пока твой внутренний деспот и домострой опять не попытается выбраться наружу.

—Ну вот…— театрально вздохнул Вик, притягивая меня к себе и усаживая на колени.— Теперь я еще и деспот. Андрюха,— крикнул он уже не мне,— выбирайся из своего убежища. Ксюша опять нас любит.

Вот же смешные! Я картинно закатила глаза к потолку и постучала Вику по лбу пальцами.

Конечно Ксюша любит! Даже тогда, когда злится — все равно любит. Разве можно не любить вот этих обормотов?

Наша семейная жизнь сразу началась как-то естественно и плавно, я и не заметила, как полностью сроднилась с ними. И уже давно не представляла, как это — жить отдельно от Андрюши и Вика.

Как человек не склонный к семейной жизни, я опасалась, что все пройдет гораздо сложнее. Тем более, что за плечами у меня имелся неудачный опыт жизни с бывшим. Очень уж врезалось в память, как я застукала его с какой-то шалавой в нашей постели. И последующий скандал с метанием предметов интерьера. Очень не хотелось бы повторения подобного.