Santa Рома - Ольга Горышина

Подождёт до личной встречи. Дом у тётки тёплый, авось слёзы не застынут сосульками. Плакать по продажной девке, вот же ослиная душа… Но душат слёзы, и не объяснишь им, что в двадцать три стыдно парню плакать. Да и вообще стыдно быть оленем. Нормальный мужик никогда бы не получил под ёлку рога…

Телефон пискнул. Незнакомый номер. Да пошли все… Какая-то скотина перепутала в объявлении две цифры в номере телефона, и весь декабрь его звали в Деды Морозы! Нашёл объявление: извинились, изменили номер, но то и дело среди опросников и предложений взять кредит по-прежнему прорывались новогодние звонки.

Нажал на кнопку сброса, затем на педаль газа. Через минуту уже на обледенелую кнопку звонка на железных воротах. Знакомый лай во дворе, знакомый вопрос в динамик:

— Один?

Через камеру видно только его и нос машины.

— Да.

— Заезжай.

Ромка вернулся за руль и въехал в открывшиеся ворота.

Женя не вышла встречать племянника. За нее это успешно делала лохматая, хвостом, размером и ушами похожая на овчарку, псина. Напрыгивала на гостя с таким лаем и с таким напором, что Ромка взобрался на крыльцо, будто после боя снежками: все штаны и куртка в белых пятнах. Здесь его и поджидала тетка в накинутой на плече куртки и чуть ее не потеряла, когда племянничек подхватил ее на руки и закружил в воздухе, благо крыльцо плавно переходило в открытую веранду.

— Хватит дурить! — взвизгнула хозяйка дачи. По рукам не ударишь, тут держаться за широкие мужские плечи нужно. — Для Агаты своей силы побереги.

— Нет больше никакой Агаты, так что силушку богатырскую девать некуда. Вот и решил у тебя за место грейдера поработать. Лопату дашь или снегоочиститель на квадроцикл наконец купим?

— Наконец опустим меня в небес на землю! — взмолилась тетка. — Это как Агаты нет? — спросила уже, отряхивая куртку племянника, ну и свою заодно.

— Ну… — он чуть потупился. — Я бы мог солгать, но ты говорила, что лгать плохо. Она ушла к другому. Я недостаточно статусен для нее.

— Туда ей и дорога! — ответила тетка без всякой заминки. — Ты достаточно статусен для меня. И лучшего подарка на Новый год ты не мог мне подарить.

— Я привез тебе подарок и жратву… Весь холодильник. Посмотришь, что выкинуть. Я тут на помойку вывезу…

— Я просила меня подкармливать?

— Я к тебе надолго. Ну… Короче, скажи моим, что я действительно болен. Гриппок там… Весь в соплях, кашляю и с температурой, но не умираю, так что проживу неделю один.

— Где?

— Здесь, — усмехнулся Ромка тихо. — А ты езжай в город. Как раз по моей колее проедешь легко.

— Ты что, обалдел? Это еще что за дела?

— Я не сказал своим. Не хочу… Потом как-нибудь…

— Это еще почему? — уже с вызовом спросила тетка, уперев руки в бока.

Бока совсем не широченные. Стройная в свои почти пятьдесят, точно девушка, и при этом лопатой лучше любого мужика орудует. Сейчас руки подняла и его тряхнула так, что еле голову на плечах удержал. Хотя куда там… Потерял голову из-за накладных ресниц и накаченных губ, да и других мест… Олень…

— Ты это чего? Убиваться по ней вздумал? Или упиваться?

— Чаем с малиной, если только. Не откажусь…

— Да, дуй давай в дом, а то сейчас действительно с соплями будешь. А кто виноват окажется? Тетка!

Она втолкнула его в дом, бросила тапки, точно собаке кость. Собака тоже терлась рядом, все еще радостно облаивая. Скучно ей зимой, хоть и привольно. Не знает, что такое четыре стены городской квартиры. Тетка давно на дачу переехала, оставив племяннику квартиру. Брат отремонтировал тут все по первому классу. Особняк почти что статусный отгрохал. Женька у них однолюбкой оказалась. Как муж ушел, так больше замуж и не вышла, даже ухажеров не заводила, только собак. Брат и посчитал своим долгом обеспечивать сестре жизнь на своем уровне. Она о родителях еще заботилась, пока те живы были. А младший племянник всегда за сына был.

Ромка медленно разделся, аккуратно поставил в уголок снежные ботинки, посмотрел в серьезные глаза тетки.

— Дай мне здесь пожить. А я дам тебе ключи. Выкини все ее вещи из квартиры. Ну или… Раздай по знакомым. Там много чего хорошего осталось…

— А чего она не взяла? Может, еще потребует их взад?

— Неа… Не статусно, сказал же…

И сейчас сказал, чтобы сразу отвернуться, типа забыл проверить карманы. Да, ключи на месте, пошел с ними к корзиночке, где лежали ключи от теткиного внедорожника, и от квартиры туда же положил. Глаза просохли. Не должна заметить…

Размечтался. Не успел обернуться, получил в спину кулаком — да нет, ладонью легонько по лопаткам провела.

— Я всегда говорила, что вы не пара.

— Никогда ты этого не говорила, — прохрипел он, не обернувшись.

— Матери твоей говорила, отцу… Тебе не говорила, чтобы не обидеть. А теперь скажу, чтобы нюни тут не распускал. Соберись! Ты же мужик!

На этот раз она кулаком по его сгорбленной спине прошлась.

— Наплевать и растереть. В городе полно отличных девчонок, которые только и мечтают о таком принце, как Роман Санин. А Ромочка все ведьм каких-то откапывает.

Он обернулся и подпер собою комод у стены.

— И где они, эти нормальные прячутся?

— А они не прячутся, — проговорила Женя его тоном. — Они нормальной жизнью живут, в «Пятерочку» ходят, чтобы по акции товар купить. На метро ездят, иногда на маршрутках… Как ты можешь их встретить! — она развела руками и снова опустила руки на свои узкие бедра. — А ведьмы сами таких остолопов находят…

Не удержалась, подошла, схватила за волосы и на себя потянула — да с такой силой, что пришлось склониться перед ней в поклоне.

— Вот когда ты поймешь, что у нормальной девчонки нет даже мысли, куда уж о деньгах говорить, губы себе накачать… Они у нее хороши от природы…

— Так познакомь меня с кем-нибудь… — вырвал он наконец свои волосы из цепких теткиных пальцев. — Чтобы мне было, кого обвинить…

— Да, размечтался… Надо мне больно крайней быть! Я от вашей суеты в деревню сбежала. Мне здесь хорошо и спокойно.

— И не одиноко? — скривил он губы.

— Представь себе, мне с собой не скучно. Когда скучно становится, я украшения из бисера делать начинаю. Но перед свиньями его метать не собираюсь… — потрясла она перед его носом фигой.

— Это я — свинья, что ли?

— Твоя Агата… Свинья… И хорошо, что я ей ничего не подарила.

— Она бы не надела твои побрякушки, — усмехнулся Ромка.

— И не надо… Вот тебе и лакмусовая бумажка. Подари девчонке первом делом колье из моих бусинок. Возьмет, наша девка. Берем, не глядя.