По секрету твоя - Рошаль Шантье

Полет прошел страшновато. Сидя у иллюминатора, я думала о том, что лучше бы не видела взлета, а потом разглядывала облака, как ребенок и жалела, что полет длился так мало.

Добравшись до своего домика, который расположен в двухстах метрах от спуска, раскладываю вещи и бегу одеваться для прогулки. Отдыхать не хочу, хочу увидеть горы!

Виды открываются просто потрясающие! Мне хотелось бы посмотреть больше, побывать везде-везде, изведать каждый горный склон, каждую вершину до того всё красивое! И, конечно, я наслаждаюсь по полной. Я ведь здесь именно за этим, за эмоциями. Так что, не отказывая себе в удовольствии, следующие дни я только тем и занимаюсь, что катаюсь и гуляю по красивым местам. И фоткаю, очень много фоткаю на телефон. Воспоминания. А еще отчет.

— Фотографии, как картинки! — восторгается мама, когда я звоню ей после обеда второго дня. Ритуалом вечернего созвона мы вчера пренебрегли, так что сегодня я вдоволь наслаждаюсь описанием красивых мест. — А как дела у Ильи?

— Мы созванивались вчера вечером и сегодня утром. Даже не знаю, что и сказать тебе, — мой голос меняется, и я даже не надеюсь это скрыть, — Он очень недоволен, что я поехала сюда одна. И... я не уверена, что эти отношения –то, чего я действительно хочу, — тихо признаюсь.

Сейчас я испытываю стыд за него, но мне нужен совет.

— Мы с отцом очень не хотели бы, чтобы ты расставалась сейчас с Ильей, Таисия. Вы знакомы с детства, он неплохой парень, из порядочной семьи. Вам стоит держаться вместе. Просто требуется время, чтобы это понять. Да и тебе в новом городе не помешает поддержка, — мама говорит с твердой уверенностью в своих словах, и я невольно соглашаюсь.

Всё так: из семьи хорошей, и знакомы с детства, что мне надо- то еще? Ну, вспыльчивый — да, но границы-то не переходит.

— Не торопись делать выводы, — вырывает из раздумий, — Понаблюдай, присмотрись. Его недовольство можно понять. Относись к этому спокойнее, возможно, он волнуется. А если волнуется, значит не равнодушен, – спорить я не собираюсь, контраргументов у меня нет. Наверное, она права. Но если бы Илья высказывал всё в более мягкой форме было бы проще, только ставить мать в известность о наших скандалах я не собираюсь, — он ведь не обижал тебя, Таисия?

— Нет, мам, конечно, нет, — за этим словом скрывается вовсе не переживание за кровиночку, а её личная боль.

— Этого допускать нельзя. Но и ты должна быть мудрой, не нужно провоцировать мужчину, — мне кажется, в итоге отец добился своего: мать все чаще оправдывает его действия, утверждая, что была слишком эмоциональной раньше и сейчас тоже не всегда вовремя осознает предел дозволенного. Переубеждать бессмысленно, я пыталась. Она просто привыкла так жить.

— Я понимаю, конечно. Пойду еще покатаюсь. Не хочу находиться дома, когда за окном такая красота.

— Вот и держись за него, милая. И не надумывай глупости.

Мой отдых проходит в одинаковом ритме: я снова и снова катаюсь по заснеженным вершинам, брожу по великолепным горам и наслаждаюсь видами. Тратить время на интернет и разговоры не хочется- займусь этим дома.

Новый год прошел сказочно! Гуляя по площади, пробовала пунш и глинтвейн, улыбалась чокающимся со мной пластиковыми стаканчиками туристам, и ни на секунду не пожалела, что не встретила праздник дома! Эта страна будто отвлекает меня от домашних событий.

С Ильей созванивалась дважды в день, пока не пропустила его звонок. Перезвонив, выслушала много хорошего и больше его не слышала: я не набирала, потому что не хотела портить себе отдых, а он… не знаю и разбираться сейчас не хочу.

Завтра утром вылет. Вещи собраны, и я в последний раз хочу стать на лыжи. Не знаю вернусь ли сюда. Надеюсь, да, но мелочью швыряться не буду.

Я снова ехала по горному склону. Красота: этот пейзаж, энергия, счастливые лица вокруг. Я видела это и не могла представить, как вернусь в мою привычную жизнь с серыми проблемами и серыми людьми. Моя воля- навсегда бы тут осталась!