Обнажая чувства - Виталина Кот

*31 декабря*

— И что, у тебя есть что-то вроде комнаты пыток? — спросила, складывая руки на груди, в защитном жесте.

— Алиса. — с усмешкой покачал головой дед.

— Ему больно? — ещё один вопрос, после небольшой паузы.

Старалась выглядеть больше, чем равнодушной, так словно мне плевать на него ровно так же, как и на судьбу племени Чимбу.

— Больнее чем тебе. — едва склонил голову набок, сканируя меня взглядом.

— Мне не больно. Меня убили. Вы. — намеренно добавила последнее, дабы горячо любимый родственник не перекладывал всю вину на Романова.

— Он не имел прав на тебя. — строго отрезал, резко включив “бигбосса” — как говорит Слава — И ответит за это.

— Это была моя инициатива. — вру, стараясь не отводить глаз, от пронзительного взгляда дедушки — Соблазнила, воспользовалась, бросила. — поджимаю губы, прекрасно понимая, что он мне не верит, но вру до конца.

От одной только мысли, что ему причиняют боль или его вовсе может не стать — сердце сжимается до боли и предательский ком подбирается к горлу. Ладно! Не от одной, от двух. Всё же врезать как следует ему стоило!

— Хороший у него друг, не первый день трётся у моего дома, в отличие от тебя. — сощуривает взгляд.

— Была не в курсе. — поморщилась, вспоминая водопады и реки слез в первые два дня — Отпусти его. — прошу тихо, не выдержав и опустив взгляд — Пожалуйста. — добавляю ещё тише, глядя на теребящие кофту руки, сквозь пелену слёз.

— Ради чего? — спрашивает с усмешкой.

— Считаю это будет достойным извинением с твоей стороны, за подписанный договор. — не стесняясь слёз поднимаю взгляд на прародителя.

Каким бы жёстким ни был этот человек с врагами, сотрудниками, коллегами, есть то, перед чем он бессилен — семья, в особенности слёзы внучки.

— Отвезу тебя. — говорит с лёгким кивком, давая понять, что меня услышали — Не спорь. — добавляет, стоит мне открыть рот.

Не отвечаю, поднимаюсь с места и следом за дедушкой плетусь к выходу из дома. Пятиминутный разговор выжал из меня все соки. Не могу сказать, что было настроение отмечать новый год, но теперь его стопроцентно нет.

* * *

— Ну как успехи? — присела рядом со мной на пол Лина, перебирая тонну бумажек.

— Языки мне даются легче, чем три тома ресторанного меню. — устало откинулась на спинку дивана, прикрывая глаза.

— Почему три тома? — послышался вопрос.

— Потому что бар, основное меню и десерты. — усмехаюсь, прокручивая в голове все существующие салаты в “Онегине” — Чем быстрее выучу меню, тем быстрее смогу обслуживать столики, а это возможные чаевые. Нам с тобой не помешает.

— Да уж, это точно. — тяжело вздохнула Лина.

Не в самом приветливом состоянии, наша с ней финансовая сторона жизни. Я две недели после нового года просидела без работы, тратя то, что осталось на карте. Хозяйка студии, которую снимает Лина, узнав обо мне и о Брюсе, подняла месячную оплату на двадцать процентов. У меня не было абсолютно ничего, поэтому пришлось потраться на мелочи, вроде зубной щётки, шампуни, нижнего белья и новой мисочки, и лотка для Брюса. Прежние остались у Егора и забирать их мне не хотелось, да и не смогла бы, теперь зная, что несколько дней, Романов “гостил” у моего деда. Ну а после, после, конечно, была возможность, но за имением нового — старое мне было просто не нужно.