(Не) брать! - Ольга Цай

Я аккуратно встала, прислушиваясь к своему состоянию. Голова действительно не болит — уже хорошо.

— Ань, включи чайник, я быстро в ванную.

— Здорово. Томить в ожидании — твое всё, — вздохнула и принялась наливать воду в чайник.

Я встала под струи душа, пытаясь напрячь память. Это было архисложно. Проблема заключалась в том, что я обычно не пила. Очень редко бокал вина за столом. Не мое это. Один раз на выпускном в школе после всех официальных мероприятий, поддавшись общему куражу и уговорам одноклассников, выпила лишнего, а на утро поняла, что у меня провалы в памяти. После этого у меня было практически полное табу на принятие алкоголя за редким исключением. И вот, судя по всему, такое исключение нашлось. И где? Именно здесь, на острове Родос, и именно в таком долгожданном отпуске!

Я не считаю себя слишком правильной или не правильной. Я — обычная. Мне тридцать два года. Я замужем. У меня есть ребенок — девочка, моя дочурка, Катенок или Катюша — любимое, шаловливое, шестилетнее создание. С супругом мы вместе уже девять лет. Девять лет — это много или мало? А как-будто вчера ЗАГС, свадьба, роддом. А уже девять лет! Слава, мой муж — хороший человек. В какой-то степени даже надежный. Просто вот денег не всегда семье хватает. Ипотека «сжирает» львиную долю доходов и будет еще сжирать пять лет. Пять долгих лет. Ну, а муж не спешит искать подработку или попытаться поменять работу на более высокооплачиваемую. Любое мое высказывание в этом направлении заканчивается неминуемым скандалом с его стороны и лекцией на тему экономии. Хотя, что-что, а в расточительстве меня обвинить нельзя. Но мой супруг умудряется расточительство видеть во всем, даже в купленных чуть дороже конфетах. Не скажешь, что он жесткий крохобор, но и до адекватного главы семейства ему далеко. Его кредо: «не хватает денег — меньше тратим». Вариант: «не хватает денег — зарабатываем больше» он не рассматривает. Я сопротивляюсь такой форме тирании как могу, но ресурсов у меня не так много. Я работаю флористом в одном маленьком, но очень уютном магазинчике под названием «Прованс», работу свою очень люблю. Цветы для меня — это как живые создания, каждый со своей историей, со своим языком. Создавать композиции, творить, брать идеи из головы — вот где я не знаю ограничений, могу себя реализовать и почувствовать относительный вкус свободы. Возможно, я могла бы поменять работу, и попробовать вытащить семью из кризиса длинною в жизнь, но на первом месте у меня Катёнок. Её воспитанием и развитием занимаюсь в основном я. Зарплата у меня иногда выходит побольше, чем у мужа. Может, это по-скотски, но со временем я решила попробовать уйти от жизненной, такой недалекой позиции супруга и стала откладывать деньги тихонечко в комод с трусами на всякие небольшие хотелочки. Когда в гардеробе дочки или моем появляется какая — нибудь новая вещь (а мой супруг никогда не пропускает такие события мимо), я всегда называю стоимость значительно ниже реальной или отмахиваюсь — мол Анька подарила. Знала бы Анька сколько вещей она «подарила»! Ну в самом деле, он что, на Луне родился? Зимний комбинезон для дочки и за тысячу рублей? Анька считает, что я играю в каком-то театре уродцев, причем, главную роль, и мне давно пора заканчивать этот фарс. Наверное, она права, но у меня есть Катенок и ради нее я готова продолжать жить своей тягучей, как трясина, жизнью. Супруг мой работает менеджером по продаже пластиковых окон в небольшой компании уже четыре года, а перспективы повышения всё нет, да и куда там повысишься, когда коллектив восемь человек. Соответственно, повышения зарплаты тоже не светит. Вот так и живём, экономя на многом: на билетах в театр, на поездках, на колбасе нормальной, не говоря уже о всяких женских прелестях — таких как косметолог или мастер по маникюру. Маникюр я научилась делать себе сама, ну, а косметолога мне заменили народные рецепты. Одной отрадой были вот такие вот короткие отпуска. «Вылазки», как их называет моя подружка Анька. По правде, это была моя третья поездка, надеюсь — не последняя. Супруг не интересовался сколько стоит и откуда деньги на путешествия, что странно с его маниакальным контролированием трат. Может чувствовал, что и мне необходим луч света в этой не совсем веселой жизни. Я же не видела необходимости отчитываться. Но каждое путешествие стоило и правда совсем недорого, спасибо Аньке и ее турагенту. Слава же стабильно раз в год на неделю с друзьями выезжал на рыбалки-походы. Такая негласная договоренность всех устраивала. Каждый из нас получал такой необходимый заряд энергии в удобном для себя формате.

В своей внешности меня все устраивает. Все, кроме роста. Быть бы чуть- чуть повыше, а то и ста шестидесяти сантиметров не наберется. А так, все обычное: глаза серые обычные, фигура обычная — ни худая, ни толстая. Вот волосы — тут спасибо маме — густые, ниже лопаток, цвета шоколада — ими я горжусь. Распускаю, правда, редко, неудобно с распущенными и жарко. И когда мое «красиво» заменилось на слово «удобно»?

— Ты там заснула? — раздался голос Аньки из-за двери.

— Иду, — сняла халатик с крючка, повернулась к зеркалу и застыла. Следы от пальцев, от губ….чьих-то губ. Они повсюду! Черт! Провела рукой по ключице и ниже к груди, отметены были везде, и как вспышка: тяжелое мужское дыхание на моих губах и поцелуй. Резко втянула воздух носом, по телу прошла небольшая дрожь. Быстро одела халат, плотно запахнула и покинула ванную.

— Пошли. Кофе сделала, на балкон чашки отнесла.

— Спасибо, дорогая, — улыбнулась я.

— Ну? — отхлебывая горячий напиток, вопросительно уставилась Аня.

Я шумно выдохнула и произнесла.

— Ань, я ничего не помню.

— Как это? — недоверчиво уставилась на меня подруга.

— Вот так вот, Ань, вот так вот! Помнишь, я тебе рассказывала про выпускной в школе? Вот это примерно оно.

— Мда…приехали, — немного помолчала. — И на каком моменте ты потеряла память?

— Ну, помню, как в клуб входили, как у сцены плясали…

— А хорватов? Хорватов помнишь?

— Каких хорватов?

— Ну те, которые пришли чуть позже? Мы еще с тобой их столик заняли. Потом мы их поздравляли с победой сборной Хорватии по футболу. А потом Вы с одним из них лед друг другу за шиворот запихивали.

— Лед? А лед откуда?

— Из ведерка. У них там водка была, в ведерке со льдом, — со смехом сказала Аня.

Я как могла напрягала память. Смазанные картинки стали всплывать в голове, правда пока смутно и хаотично. Я не видела лиц. Отрывками вспомнила какую-то возню. Вот парень подбегает, вот что-то пихает за шиворот, холодно и мокро. С победным криком отпрыгивает, смеется. Я беру лед и вокруг стола за ним бегу. Вот он перехватывает меня, поднимает на руки и ставит на стол. Стопки, стаканы падают, что-то липкое проливается на мои ноги в босоножках. Я смеюсь и танцую.

— Боже, как стыдно! — провыла я, опуская лицо в ладони.

— Да, ладно тебе. Ничего ж такого! Ну, пошалили. Подумаешь.

— Так это был хорват? — скорее самой себе, чем Ане сказала я.