Лучшая ошибка в его жизни - Беверли Лонг

Какого черта он теперь ей скажет? Можно ли скрыть это от партнера? Нет, конечно. Возвращаясь в постель, он закрыл дверь на балкон и запер ее. Снова забрался в кровать.

Хоуп лежала на боку на своей половине. Он придвинулся ближе, прижался к ней и обхватил ее рукой за талию, привлекая ближе.

— Хоуп?

— Да, — сонно отозвалась она.

Недолго ей оставаться в таком расслабленном состоянии. Сейчас он сбросит настоящую бомбу.

^— Кажется, у нас могут возникнуть некоторые обстоятельства.

Она повернулась в его объятиях, посмотрела ему в лицо.

— Что? — прошептала она, будто предполагала, что кто-то тайком пробрался в их дом.

^— Презерватив порвался.

— Что? — снова спросила она, на этот раз совершенно другим тоном.

— Ты принимаешь какие-нибудь противозачаточные средства?

— Нет. Конечно нет. Я же не занималась сексом, — с возмущением ответила она и села в кровати.

Мак тоже сел. Ему хотелось обнять ее, но он не знал, будет ли ей это сейчас приятно.

Она безрадостно усмехнулась.

— Что ж. В этом есть и положительная сторона. Все, что я делала до сих пор, чтобы позлить папочку, просто детские игрушки по сравнению с тем, чтобы стать незамужней мамашей.

У его ребенка будет отец. Отец и мать, которые станут мужем и женой.

— Все необязательно должно быть именно так, — осторожно начал он. Хоуп ничего не ответила, он решил идти напролом. — Ребенок веская причина пожениться.

— О боже праведный. Я больше не выйду замуж, Мак. Я тебе уже говорила.

— Может быть, беспокоиться не о чем заметил он.

Она вздохнула.

— Очень может быть. Когда я была замужем не принимала никаких таблеток, и никогда ничего. Возможно, все в порядке.

Она снова легла, но не так близко, чтобы он мог обнять ее, свернулась в клубок на своей стороне кровати. Мак тоже лег, стараясь не пересекать невидимую границу, разделяющую кровать.

Ребенок. Сегодня он, может быть, стал отцом. Это меняло все.

Свет дали в 3.07. Хоуп перевернулась на живот, вытянув руку. Она все еще была обнажена и так ослепительно прекрасна, что он несколько секунд любовался ею.

Ее кожа казалась темной от загара на фоне белой простыни и такой нежной. Он увидел трогательную цепочку ее позвонков и нежную округлость ягодиц. Ее длинные волосы рассыпались по плечам и почти закрыли лицо.

Красавица.

Чертовски сексуальная красавица. А он, дурак, воображал себе ее тело, в котором зреет ребенок. Наливающуюся грудь, растущий живот.

Его дитя.

Он выбрался из постели, стараясь не разбудить ее. Натянул джинсы, но не стал заморачиваться и застегивать их. Спустился и выключил свет везде, где он горел до того, как вырубилось электричество.

Переустановил систему сигнализации.

Когда Мак поднялся, увидел, что Хоуп уже проснулась и сидит на кровати. Она замоталась в простыню до самого подбородка и была очень бледна.

— Доброе утро, — бросил он, сделав усилие, чтобы это прозвучало небрежно и естественно. Такое ощущение, будто все внутренности выворачиваются наизнанку.

^— Доброе утро. Мне ведь не приснился наш вчерашний разговор?

— Нет.

— О господи. — Она закрыла глаза рукой. — Поверить не могу! Первый раз за несколько лет я занимаюсь сексом, и рвется презерватив! Ну, кому еще может так повезти, как не мне?

— Слушай, Хоуп. Я хочу, чтобы ты знала. Если ты забеременеешь, ты не должна оставаться одна. Я буду с тобой.

Она уставилась на него.

— Больше мы никогда не сможем этим заниматься.

— Давай не будем принимать поспешных решений.

Она покачала головой.

— Слушай. Я понимаю, это моя ошибка. Я попросила тебя заняться со мной сексом. Я взрослая девочка, Мак, и несу ответственность за собственные действия. Я потенциально поставила нас обоих

в очень трудную ситуацию.

— Не кори себя. Никто не приставлял пистолет к моей голове. Взрослые и холостые люди могут заниматься сексом. Мы не должны из-за этого чувствовать себя плохо. На самом деле, думаю, мы должны быть, ну, вроде даже счастливы. Это был секс.

Она наконец улыбнулась.

Все будет хорошо. Мак шагнул к кровати, но в кармане завибрировал телефон. Кто может звонить в такую адову рань? 3:30 утра. Он взглянул на номер. Броуди. На самом деле это не звонок, ему пришла эсэмэска.

«Скажи мне, ты и прелестная Хоуп М. идете на ужин? Я должен уведомить Б. Д. Им нужно будет ее проверить. Ты, разумеется, проходишь и так».

Что ж, почему бы не спросить ее прямо сейчас

— Можно? — Он кивнул на кровать и дождался пока она кивнет в ответ.

Мак сел.

— Мой хороший друг Броуди Донован штопал солдат на передовой больше десяти лет. Недавно оставил ВВС, но его собираются чествовать в Белом доме. На следующей неделе состоится торжественный ужин. Я подумал, возможно, тебе захочется пойти. Со мной.

— Ужин в Белом доме?

— Да. Ужин. Пара речей. Обязательные аплодисменты. Хорошие десерты, как я помню.

Хоуп немного опустила простыню, но не настолько низко, чтобы он мог увидеть ее чудесную грудь.

— Как ты помнишь? Значит, уже бывал в Белом доме раньше?

Он махнул рукой.

— Да, сто лет назад. Неформальное мероприятие. Но я все еще не могу забыть чизкейк.

— Я занята.

— Я даже не сказал тебе, в какой день — это будет.

— Не имеет значения. Я все равно буду занята.

— Почему?

Она вздохнула.

— Это так важно? Слушай, ты пробудешь здесь еще неделю, ну, может, чуть больше. Я действительно не думаю, что мое присутствие или отсутствие на этом событии может повлиять на ход твоей будущей жизни.