Бесстыжая - Стелла Линден

— Мы скоро этим займемся, — пообещал Майлс. — Мы будем заниматься любовью в каждой из спален.

— Сколько спален в этом доме? — спросила я.

— Около двух сотен.

— Так много?

— Я не рассчитывал побывать во всех сегодняшней ночью, — сказал он с озорным блеском в глазах. — Я подумал, что нам, пожалуй, надо растянуть удовольствие.

Меня немного разочаровало, что Майлс жил не в этих величественных апартаментах, а в уютной небольшой квартирке в западном крыле дома. Его спальня была невелика и выглядела очень скромно, словно монашеская келья, однако в том, что мы там проделывали, ничего монашеского не было. Мы оба понимали, что между нами произошло нечто особенное.

На следующий день мне нужно было возвращаться в Лондон на работу. Майлс отвез меня сам и приехал за мной вечером. Мы с ним поужинали в том самом ресторане, куда приглашал меня Рэнди, и первым, кого я там увидела, был этот старый пустозвон собственной персоной. Он держался за руки со своей последней пассией. Увидев меня, он вздрогнул и пренебрежительно взглянул на Майлса. Но его подружка вытаращила глаза и что-то прошептала ему на ухо. Очевидно, она знала, кто такой Майлс, а у Рэнди, когда он это услышал, вытянулась физиономия. Я была очень довольна.

Лондонский дом Майлса был закрыт, поэтому мы отправились в квартиру его друга, которую тот на время ему оставил. Ехать в Дайсон-Холл не было времени, потому что на следующее утро мне было необходимо рано явиться на работу. Так продолжалось целую неделю. Я спросила Майлса, чем он занимается целый день, пока я на работе, но он отделался туманными фразами.

Однажды вечером, когда мы ужинали, он сказал:

— Мой друг скоро возвращается. И мне придется освободить квартиру.

— Боже мой! — воскликнула я, пожалев, что у меня нет собственной квартиры. Я давно мечтала ее иметь, но цены в Лондоне были для меня недоступны, так что пока об этом оставалось только мечтать.

— У тебя через несколько дней будет день рождения, не так ли? — спросил Майлс.

— Да. Мне исполнится семнадцать лет. Он передал мне через стол конверт.

— С днем рождения, — сказал он.

В конверте оказался ключ от двери с бирочкой, на которой было написано: «Ферриз-Мьюз, 15».

— Он твой, — объяснил Майлс.

Он купил мне квартиру в качестве подарка на день рождения! Я не знала, что и сказать. Я была на седьмом небе от счастья.

— Квартирка маленькая, — извиняющимся тоном сказал Майлс, — потому что мне пришлось покупать ее за наличные, чтобы не вызвать подозрений у моего бухгалтера.

— Можно взглянуть на нее прямо сейчас?

— Но она пустая, и там пока нет электричества.

— Я хочу видеть ее сию же минуту. Ну пожалуйста!

Он рассмеялся и согласился.

Квартирка действительно оказалась маленькой — всего две комнаты, ванная и кухня, но я влюбилась в нее с первого взгляда, потому что она принадлежала мне и потому что милый, добрый, нежный Майлс подарил ее мне. Электричества еще не было, но и штор на окнах тоже не было, так что с улицы проникал свет фонарей, при котором я смогла осмотреть свое новое жилище.

Я выглянула из окна. В доме напротив веселились гости. Вдруг дверь дома открылась и на улицу вышел очень красивый молодой человек.

— Привет! — крикнул он, глядя на меня. — Ты кто такая?

— Я Хани! — крикнула я в ответ. — Я теперь буду здесь жить.

Он прислонился к припаркованной на тротуаре машине и внимательно разглядывал меня некоторое время. Он был довольно сильно навеселе.

— Значит, будем соседями, — сказал он. — Я тоже живу здесь.

Я хотела сказать еще что-то, но почувствовала, как Майлс задрал мне юбку и его рука проскользнула сзади между моими ногами. Я понимала, что снизу с улицы его не видно, поэтому продолжала стоять и болтать как ни в чем не бывало.

— Уверен, что я вас где-то видел, — сказал молодой человек.

— Вполне возможно, — ответила я.

Пальцы Майлса возбуждали меня, между ног стало влажно, и я ухватилась обеими руками за подоконник.

— Не та ли вы девушка, которая появилась обнаженной в палате общин? — крикнул снизу молодой человек.

Я судорожно глотнула воздух, почувствовав, как огромный пенис Майлса медленно прокладывал путь к тому местечку, которое уже давно с готовностью ждало его.

— Что вы сказали? — переспросила я.

Молодой человек повторил вопрос. Мне пришлось напрячь внимание, чтобы расслышать его, потому что в этот момент великолепный инструмент Майлса неторопливо двигался во мне вперед-назад, словно мы могли простоять у подоконника целую ночь. «Что будет, если кто-нибудь все-таки увидит его?» — подумалось мне. Но мне уже было все безразлично и хотелось одного: чтобы человек, стоявший внизу, поскорее ушел.

— Да, это была я, — призналась я.

— А еще я видел вас в телевизионном шоу, ведь вы были там, правда?

— Да, да.

Разве это имело значение сейчас? Я шире раздвинула ноги, чтобы обеспечить Майлсу более свободный доступ, и он удвоил усилия, все еще двигаясь медленно, но мощными целенаправленными рывками.

— Мне хотелось бы познакомиться с вами поближе, Хани. Кстати, меня зовут Джозеф Крейн.

— Вот как? — Я почти достигла оргазма. Необходимость стоять спокойно, когда тело сотрясает дрожь наслаждения, была почти невыносимой.

— Почему бы вам не спуститься и не зайти к нам на вечеринку?

— Не сегодня, Джозеф, — с трудом дыша, сказала я.

— В таком случае я поднимусь к вам.

— Нет! — вскрикнула я, почувствовав особенно сильный рывок Майлса. И вслед за этим он втянул меня в комнату, захлопнул окно, и несколько сладких секунд спустя мы закончили то, что делали.

Когда мы оба стояли, прислонясь к стене и переводя дыхание, я сказала:

— Подумать только, я и не знала, каким странным чувством юмора ты обладаешь.

Он поцеловал меня.

— Это была не совсем шутка. Я видел, что твой новый сосед — красивый малый, а я ревнив.

Ну и ну! С виду такой робкий и нежный, а хитер как лис! Он постарался сделать так, чтобы всякий раз, когда я буду разговаривать с Джозефом, я вспоминала Майлса. Такого милого проявления ревности я еще никогда не встречала.