Забавная игра - Ванесса Фитч

— Ее смертельно оскорбили, Грегори, и сделал это ты.

— Ерунда, Барнс. — Грег со скучающим видом закинул ногу на ногу и принялся сосредоточенно выбирать конфету в бонбоньерке. — Я ее не видел со вчерашнего вечера.

— Зная тебя, рискну предположить, что это не совсем так.

— Не слишком ли велик риск?

— Возможно, но, когда она уезжала, по глазам было видно, что душа ее обливается кровью.

— Бог мой, что за выспренний тон! А тебе-то что за дело?

— Сам не знаю. — Барнс снял очки и принялся сосредоточенно протирать их платком. — Возможно, это первая настоящая женщина, которая встретилась тебе. Ты не должен ее потерять.

— Ты так думаешь?

— Уверен. А главное, ты сам это знаешь, но боишься признаться даже самому себе.

Грег повертел шоколадку и бросил обратно в бонбоньерку.

— Мне никто не нужен.

— Юношеская бравада. А ведь ты уже не мальчик, пора бы и повзрослеть.

— Она что-нибудь сказала?

— Ничего. Но почему бы не спросить у нее самой?

— Ты поедешь со мной?

— Мог бы и не спрашивать.

Рано утром на следующий день Сандра и Бад подъехали к внушительному зданию издательского дома «Пингвин» на Райтс-Лейн. Ночь они провели без сна, в безуспешных поисках. Никаких следов досье. Впрочем, они вряд ли могли сработать лучше, чем те, кто обшаривал дом до них.

— Бесполезно, Бад, — сказала Сандра, бессильно упав в кресло и вытянув гудящие от усталости ноги. — Единственное, что нам остается, это поискать у Марго на работе.

— Как ты туда попадешь?

— Пока не знаю.

— Ты знакома с кем-нибудь из ее сослуживцев?

— Так, видела пару раз, когда заходила к Марго.

— Они тебя запомнили?

— Хотелось бы сказать, что меня не запомнить невозможно, но не уверена.

— Может, оно и к лучшему, — неуверенно сказал Бад. — Если попытаться пройти по карточке Марго, могут и не заметить.

— Думаешь? — с сомнением в голосе спросила Сандра.

— А что? — Бад явно вдохновился этой идеей. — Волосы под шляпу, темные очки, мазнешься ее помадой — и вперед! Охранники наверняка отметились накануне в пабах, поэтому им будет не до тебя.

Бад оказался на удивление тонким психологом. Охранник в холле издательства явно маялся с похмелья. Припухшие глаза выражали такую муку, что Сандре даже стало жаль беднягу. Она заметила, как он привычным жестом бросил в стакан с водой таблетку, и, поняв, что это ее шанс, подошла к стойке. Охранник проворно прикрыл стакан листком бумаги.

— Доброе утро!

— Доброе, — буркнул охранник.

Сандра протянула ему карточку, изо всех сил стараясь, чтобы не дрогнула рука. Он мазнул по карточке взглядом, который явно отказывался фокусироваться, и кивнул.

— А вы рано сегодня.

— Работа срочная.

— Мда-а-а, работа…

Ему очень хотелось, чтобы работящая дура поскорее ушла, и он смог бы выпить снадобье, которое предательски шипело под листком. Сандра убрала карточку в сумочку и направилась к лифту, благословляя про себя пристрастие мужчин к пиву.

Шкафчик с ключами был не заперт. Сандра быстро отыскала нужный ключ и, поминутно озираясь, двинулась по пустынному коридору. Палас на поду заглушал звук шагов. Вот и номер шестнадцать.

На дверной табличке было выведено затейливой вязью «Маргарет Сомерсет, старший переводчик. Патрисия Стайгер, редактор». Только когда Сандра натыкалась где-нибудь на фамилию «Сомерсет», она вспоминала, что Марго и отец так и не оформили официально свой брак. Не придавали этому значения или, может быть, дорожили своей свободой, которой, впрочем, не мыслили друг без друга. И были при этом куда счастливее супружеских пар, союз которых освящен церковью.

Сандра вошла в кабинет и прикрыла за собой дверь. Окинув беглым взглядом стол Марго и подмигнув своей фотографии в деревянной рамке, Сандра занялась ящиками. Их было пять, и все забиты бумагами. Сандра выкладывала их и просматривала. Ничего похожего на то, что она ищет. Вдоль стены тянулся стеллаж, уставленный внушительными томами энциклопедии «Британника» и всевозможными словарями. Здесь тоже искать не имеет смысла. Еще был стол Патрисии, но он по вполне понятным причинам отпадал.

Сандра включила компьютер и пролистала файлы. Ничего. Она в отчаянии уронила голову на руки. Все. Веревочка оборвалась, а других концов у нее нет. Остается только обзванивать многочисленных друзей Марго и осторожно выяснять у них, не оставляла ли она что-нибудь на хранение. Так ведь не скажут: если Марго и доверила кому-нибудь документы Алека, то только под большим секретом.

Из коридора донеслись голоса. Сандра вскочила. Надо уходить. От неловкого движения со стола упала магнитная подставка для скрепок. Сандре показалось, что грохот разнесся по всему зданию. Она бросилась на пол и принялась сгребать в кучку отставшие от магнита скрепки. Под руку ей попался маленький металлический ключик, тоненький, почти незаметный. Сандра озадаченно повертела его. На гладкой поверхности были четко выгравированы буквы и цифры: «ВВ 307». Интересно, что это может значить?

Голоса приближались. Сандра сунула ключ в карман, выключила компьютер и прильнула ухом к двери. Уфф, кажется, пронесло. Она выскользнула в коридор и, заперев кабинет, бросилась к лестнице. Лифта дожидаться не стала.

Бад бродил около машины, изнывая от беспокойства. Завидев Сандру, он застыл в позе гончей, готовой взять след.

— Наконец-то! А я уже собирался идти на выручку.

— И все бы испортил. Поехали отсюда, скорее!

Машина резко рванула с места.

— Ты оказался Юнгом и Нострадамусом в одном лице. Точная психологическая оценка и ясновидение, не знаю, чего больше, — возбужденно говорила Сандра. — Дракон у входа изрыгал не пламя, а пивные пары. На меня даже не взглянул. Ценю твой жизненный опыт.

— Нашла время шутить, — скривился Бад. — Там пусто?

— Не совсем. Взгляни на это. — Она протянула Баду ключ.

Бад вырулил из гущи машин и притормозил у тротуара.

— Дай-ка сюда. Хм, похоже на ключ от банковского сейфа.

— Или от камеры хранения.

— Умница! — завопил Бад и смачно чмокнул ее в щеку. — Моя школа!

— Самодовольный индюк!

— Ладно-ладно, не заводись, — примирительно сказал Бад. — Посмотрим лучше, что тут у нас. «ВВ 307». Скажем, вокзал «Виктория», бокс триста семь. Проверим?

— А что, есть другие предложения?

Она внимательно следила за дорогой в зеркальце заднего вида, а сама думала о Грегори. В результате вчерашнего шока он стал абстракцией. Сандра странным образом успокоилась. Все происшедшее между ними представлялось ей отстраненным, плоским, идеально уложенным в канву общей интриги, тонкого замысла, начисто лишенного эмоций. Грегори сыграл с ней и выиграл эту партию. Только эту.