Рыжее наследство - Инна Ромич

Эрика сжала зубы. «Забудь обо всем, — раздался в ее голове голос Джоша. — Просто стреляй туда, куда хочешь попасть. Расслабь плечи, откинься чуть назад... Бери прицел чуть выше, стреляй навесом. Помни, что цель — в твоих мыслях». Вскинув лук, Эрика сделала глубокий выдох, тщательно прицелилась и выстрелила. Она еще успела услышать, как на мгновение повисла оглушающая тишина, а потом в уши ударила волна возмущенного рева.

Две ее стрелы торчали рядом, бок о бок. Вторая сорвала оперение с первой... Когда помощники подбежали и вынули стрелы, перевернув мишень, оказалось, что они пробили в щите одно отверстие. Шотландцы, не веря своим глазам, ринулись за ограждение, чтобы убедиться в проигрыше своего любимца. На Оуэна было страшно смотреть. Краем глаза Эрика заметила, что его ватага куда-то делась, и приготовилась к худшему.

Смелость покинула ее. Девушка стояла одна-одинешенька, пытаясь справиться с противной дрожью в руках, возникшей сразу после выстрела. Она вдруг почувствовала себя такой одинокой здесь, среди чужих людей...

Неожиданно чья-то тяжелая рука легла ей на плечо, так что она даже присела.

— Ну что ж, молодец, парень! — раздался у нее над ухом голос распорядителя состязаний. — Ты выиграл.

Он аккуратно снял с бархатной подушечки кинжал в красивых кожаных ножнах. Эрика затаила дыхание. Вся ее обида куда-то испарилась, уступив место чувству счастья и благодарности.

— Это нечестно! — выкрикнул кто-то из толпы. — Почему это наш приз должен получить какой-то англичанин? Даже если сейчас мир, то все равно, его предки своими погаными ногами топтали этот край.

Все одобрительно загудели, но кое-где раздались и возгласы протеста.

— Он получит награду не потому, что он англичанин или шотландец, а потому, что лучше всех стрелял, — веско сказал Бен, и все разом смолкли.

Он торжественно поднял вверх ножны и слегка вынул из них кинжал. Сталь блеснула на солнце, и Эрика восхищенно ахнула. Конечно, это не такое оружие, как у отца, наверняка он выкован в какой-нибудь местной кузне, но выкован на совесть. Простая удобная рукоять сама просится в руку, и длина подходящая... Она потянулась к чудесному подарку, и ее лицо осветилось улыбкой.

— Можно? — робко спросила она, не замечая, как потемнело от гнева лицо Оуэна.

И столько было в ее голосе радости, что хмурые шотландцы, вопреки всему, вдруг тоже заулыбались.

— Это твое оружие, парень. — Распорядитель вложил ей в руки приз и сделал шаг назад. — Бери и носи с честью.

— Спасибо! — поблагодарила Эрика.

С бьющимся сердцем она приняла в руки подарок. Она выиграла! Развернувшись, девушка побежала прочь, чувствуя, как в груди разливается упоительное чувство победы. Ей захотелось рассмотреть кинжал где-нибудь в сторонке. О немедленном возвращении на постоялый двор не могло быть и речи. Девушка шла, не обращая внимания на царящее вокруг веселье. Мысли вихрем проносились у нее в голове. Она обязательно покажет кинжал отцу, братьям и Джошу. Эрика представила себе выражение лица Бранвена и самодовольно хихикнула.

Она совсем не смотрела по сторонам, когда ей неожиданно что-то попало под ноги, и девушка кубарем полетела на землю.

— Эй, не так быстро, сассенах! — услышала она издевательский окрик.

Вскочив, Эрика в бешенстве уставилась на знакомых уже ребят, хмуро обступивших ее. Сам Оуэн стоял рядом, надутый, как сыч.

— Ты так высоко задрал свой английский нос, что совсем не видишь, что делается у тебя под ногами, — злорадно сообщил ей долговязый Вилли и радостно заржал.

— Так это ты подставил мне подножку? — возмутилась Эрика.

Щеки ее горели. Сейчас она была действительно похожа на рассерженного уличного мальчишку. Вилли шагнул к ней и, склонившись над самым ее лицом, нагло произнес:

— Я. А что ты мне сделаешь?

Никто из них, по-видимому, не ожидал, что она осмелится ударить его.

Вилли отлетел от нее, как кожаный мешок, набитый шерстью. Спустя мгновение он сидел на земле и ошеломленно мотал головой. Похоже, его давно никто не бил по-настоящему. Он утер кровь, сочившуюся из носа, и заорал как резаный своим остолбеневшим дружкам:

— Эй, чего вы стоите? Бейте его!

Эрика попятилась, крепко прижимая к себе кинжал. Больше всего она боялась, что сейчас у нее отберут приз.

— Стойте! — раздался повелительный голос Оуэна. — Не трогайте его!

— Этот англичанишка разбил мне нос! — возмутился Вилли.

— Мы не сассенахи, чтобы нападать впятером на одного, — веско возразил Оуэн. — Пошли!

Он бесцеремонно дернул Эрику за руку и решительно направился к невысокому холму, возвышавшемуся над дорогой. Эрика мрачно побрела за ним. А что оставалось делать? Вся компания опять окружила ее, не давая возможности скрыться.

— Послушайте, чего вы ко мне прицепились? — возмутилась девушка, когда они взобрались на плоскую вершину холма, поросшую жесткой травой. — Что я вам сделал? Мне пора домой!

У нее даже мелькнула предательская мысль, не позвать ли на помощь... А если откроется, кто она? Нет уж, лучше получить взбучку от Оуэна, чем от отца!

Оуэн, словно прочитав ее мысли, окинул ее презрительным взглядом.

— Не дергайся, англичанин. Никто тебя не собирается бить. Просто между нами осталось кое-что, что я хотел бы выяснить. Все в Хоике знают, что я стреляю лучше всех! И я считаю, что тебе просто повезло. Поэтому я вызываю тебя на еще одно состязание. И если выиграю я, ты отдашь мне кинжал.

Эрика вздохнула и пожала плечами.

— А если мне не просто повезло? — спросила она. — Если я все же стреляю лучше тебя?

— Тогда я принесу тебе свои извинения, — высокомерно ответил паж. — И отдам проигранные деньги.

Эрике внезапно стало смешно. Вот глупый мальчишка!

— И как ты собираешься выяснить, кто из нас лучше стреляет? — с вызовом спросила она. — Прикажешь организовать новый турнир специально для тебя?

Долговязый Вилли, не выдержав, сжал кулаки и шагнул к ней.

— Чего ты с ним цацкаешься, Оуэн? — гневно завопил он. — Давай я ему врежу по его смазливой физиономии!

— Успокойся, Вилл, — приказал ему веснушчатый предводитель. — Эй, как там тебя, Эрик, можешь выбрать какую угодно мишень. Мы будем стрелять в нее отсюда.

Эрика открыла рот. Ничего себе!

— А ты соображаешь, что с нами будет, если нас поймают? Вряд ли кто-нибудь из торговцев будет в восторге, если в его телегу воткнется боевая стрела! — возмутилась она.

— Сдрейфил, — оскорбительно засмеялся Оуэн. — Трусливый сассенах.

Эрика почувствовала, как ее щеки заливает краска. Она кто угодно, но не трусиха.

— Послушай, никто не называл меня трусом, ты, чучело соломенное! Хочешь, чтобы я выбрал мишень? — в ярости крикнула она. — Но я не буду стрелять из лука боевыми стрелами, потому что не хочу, чтобы меня и моих родных арестовали. С тебя, слабак, довольно будет и пращи!