Виноваты звёзды - Полина Грёза

Девушка вбежала в подъезд и бодро зашагала по лестнице.

— О! Женщина с пустым ведром. Плохая примета. Хорошо, что не с утра, — услышала она знакомый насмешливый голос. Орлов. Ну да, конечно, они же теперь соседи.

— Я не цепляюсь! Просто шучу, — поспешно добавил Денис Олегович.

— Да поняла я… А ведро не пустое, не беспокойтесь, — усмехнулась девушка и показала содержимое.

Марьяна ни разу не видела его в "гражданке". Сейчас, в простой светло-серой футболке, спортивных штанах и кроссовках он выглядел на несколько лет моложе. Куда-то испарилась вся армейская серьезность… Зато улыбка была та самая, фирменная. Как тогда, на плацу. Легко превращающая в лужицу любую вечную мерзлоту. А заодно и пару-тройку девичьих сердец, не успевших вовремя уйти с дороги.

Ну уж нет, не надо нам такого счастья. Пускай жене вот так улыбается…

Они оба честно старались выполнять условия договора. Он не делал замечаний, она не убегала, но душевных разговоров всё равно как-то не получалось. Так, пара дежурных фраз, в общей массе, чтобы не молчать. Напряжение между ними никуда не делась. Вот и сейчас Марьяна чувствовала неловкость.

— Всё, ремонт окончен, — проговорила она, приоткрывая дверь, — Сегодня всё вымою, а на завтра планирую переезд.

— Отлично. Помощь требуется? Готов предоставить грубую мужскую силу. Там, мебель занести, собрать…

— Нет, спасибо. Мама должна с рабочими приехать.

— А с мытьём?

— Ещё раз благодарю. Как-нибудь справлюсь.

— А можно я немного понаглею и попрошусь посмотреть новый ремонт? — снова обезоруживающе улыбнулся Орлов.

А он, оказывается, может быть очаровашкой… Когда хочет. Вопрос — зачем ему это надо? Подозрительно это.

Сразу же захотелось сказать какую-нибудь колкость, чтобы не поддаться обаянию этих темных глаз, но Марьяна вспомнила про договор и просто пожала плечами.

— Да пожалуйста. Не жалко.

Девушка распахнула дверь и пропустила мужчину вперёд.

— Не разувайтесь, здесь всё в побелке.

Денис вошёл в комнату и присвистнул.

— Ничего себе… Я и не думал, что из обшарпанной однокомнатной квартиры можно сотворить такое чудо.

— Это всё мама. Она профессионально занимается дизайном интерьеров. Интересно придумала, правда?

— Да не то слово. Это ж надо… Там, наверху, будет что-то типа спальни? — указал Денис на верхний ярус, к которому вела деревянная лестница.

— Правильно. Здесь будет стоять кровать, пара тумбочек и письменный стол со стулом. Благо, высота потолков позволяет. А внизу — зона гостиной. Для хранения всякой всячины- встроенные шкафы под лестницей и в прихожей. И вот тут тоже.

— И как же вы одна собираетесь всё это великолепие отмыть за день?

— Ну, почему только за день? Если что, есть ещё ночь…

— Я, наверное, всё-таки пришлю вам помощницу, — задумчиво проговорил Денис, — А если повезёт, то и двух.

— Спасибо, но не надо. Неудобно. Я же здесь никого не знаю…

— Такое ощущение, что вы выросли не в семье офицера. Я, когда вместе с родителями переезжал в очередной гарнизон, всегда знал, что могу позвонить в любую дверь, и, если нужна помощь — мне не откажут.

— Так у вас родители тоже военные?

— Да. И я помню три переезда.

— А я — четыре. И у нас было так же. Но сейчас времена другие…

— А вот и нет. Здесь люди те же. Смотрите. Я даже просить не буду. Сами предложат, — Денис вышел на лестничную клетку, сделал приветливое лицо и позвонил в соседнюю дверь. На пороге появилась милая женщина лет пятидесяти пяти — шестидесяти.

— О, здравствуй, Денис! Что стряслось?

— Здравствуйте, тётя Галя! — сверкнул белозубой улыбкой Орлов и пригладил рукой непослушный вихор на затылке, — Вы в курсе, что у нас новая соседка?

— Конечно. Валера мне уже все уши прожужжал про эту Марьяну. Её ведь так зовут?

— Да. Очень милая девушка. Тёть Галь, а у вас, случайно, нет каких-нибудь ненужных тряпок? А то она квартиру отмывать пришла, завтра мебель привезут, но не подумала что так много ветоши понадобится…

— А у самой что ли языка нет?

— Есть. Просто скромная она у нас. Стесняется…

— А что тут такого-то? Сейчас что-нибудь найду… Больше ничего не нужно? Вёдра? Моющие средства? — по- деловому спросила соседка.

— А вы у неё самой спросите, — Денис показал рукой на открытую дверь квартиры Марьяны, — Что я как сломанный телефон, в самом деле…

Соседка, бросив на тумбочку кухонное полотенце, направилась прямо в гостеприимно распахнутый дверной проём.

— Ух тыыыы. Вот это хоромы… — потянула она, — Деточка, и ты хочешь сказать, что одна за день всё это отмоешь? Тут же побелкой всё заляпано… Я сейчас.

Марьяна застыла с открытым ртом.

— Ну, я же говорил… — подмигнул Денис.

Соседка вернулась быстро. С ведром, моющим средством и старым пододеяльником в руках.

— Так. Я — Бородина Галина Ивановна. Для тебя — просто тётя Галя.

— Марьяна, — протянула руку девушка, — Вы, наверное, Валерия Викторовича жена? Он очень много про вас рассказывал.

— Видимо, старой ведьмой обзывал, — усмехнулась соседка.

— Нет, что вы… Он вас очень любит. Это же видно. Всегда нахваливает ваши хачапури. Ещё говорит, что в приготовлении борща вам нет равных… И про то, что в земле возиться любите рассказывал. И цветник у вас самый лучший в городке… И шьёте вы замечательно.

— Ну, надо же как разрекламировал… — соседка покачала головой, — А дома всё ведьма да ведьма…

— Видимо, это был комплимент, — развел руками Денис. Он вообще сегодня был само очарование.

— Ну что, Марьяш. Давай я наверх пойду, а ты от балкона мыть начинай. Как раз когда закончу — до середины дойдешь.

— Спасибо вам.

— Пока что не за что, — поднимаясь по лестнице проговорила тетя Галя.

— Я сейчас вам ещё одну помощницу пригоню, — пообещал Денис.

— Ленку что ли? Лучше не надо. Сейчас как разноется. Я в прошлый раз её попросила просто цветы полить, когда уезжала, так столько всего потом выслушала. И шлёпки новые она испачкала, и ноготь сломала… — покачала головой Галина Ивановна.

— Ничего. Пусть разомнётся слегка. Ей полезно, — ухмыльнулся мужчина и вышел к себе.

***

— Лена, где ты там? Опять диван пролёживаешь? Ремонт в соседней квартире посмотреть хочешь?

— А там есть что смотреть? — подняла подведённую бровь жена.

— О, да. Просто люкс. Закачаешься.