Вернись к нам - Анна Феррари

– Я уже сложил свою кофту и игрушки тоже, – он указывает матерчатую сумку, из которой торчали коробочки.

– Отлично. А эту почему не убрал? – рядом с ним лежал огромный синий дельфин.

– Это моя любимо, Даниил принёс вчера – берёт её в руки и прижимает к себе, — я возьму его в самолёт.

– Ты спасибо сказал?

– Да.

– А он?

– Он улыбнулся и крепко обнял.

Глотаю внезапно подкатившие слезы, прокашливаюсь, чтобы комок в горле отступил.

– Он нравится тебе?

– Очень. Я бы хотел, чтобы он был рядом. Он обещал меня научить плавать в море и покататься на кораблике.

– Серафим, – делаю паузу, смотрю в родные глаза. Знаешь, Даниил … он не просто мой друг…

Серафим смотрит на меня внимательным взглядом. Он явно заинтересован.

– А кто он?

– Милый, это твой папа.

Выдохнула. Самое сложные три слова в моей жизни и самое трудное признание.

Он хмурит маленькие бровки. Точно так же, как это делает Даниил. Осмысливает услышанное.

– Мой папа? — настороженно переспрашивает, так будто это розыгрыш или обман.

– Да, малыш.

– Как так получилось? – спрашивает, как взрослый. Снова морщит лобик, – а где он был?

До это дня, Серафим спрашивал, где его папа. Ему было не понятно, почему в садике к другим детям приходят папы, а к нему нет. И я врала, рассказывала, что он уехал и не может быть с нами.

– Он жил в Сочи и не мог приехать, а когда узнал, что болеешь оставил все дела и прилетел к тебе.

– И теперь возьмёт меня с собой?

– Да, – малыш переживает, что Даниил улетит без него.

– Мы будем жить вместе? – задаёт ещё один сложный вопрос и ставит меня в тупик.

– Он будет приходить к тебе каждый день и учить плавать.

– Как тебе такой план?

– Хорошо, – он кивает головой. – Когда он придёт?

– Он уже пришёл, ждёт нас.

– Я позову его – Серафим соскакивает и несётся к двери и выбегает из палаты. Кажется, радость переполняет его.

Ему с самого начала понравился Даниил, потому что ему не хватало мужского внимания. Тем более он появлялся здесь почти каждый день: играл с ним, разговаривал, держал за руку на процедурах. Вообще, Даниил вёл себя как настоящий отец, словно знал Серафима с рождения.

Я выдыхаю и прикрываю глаза. Мне нужна пара секунд, чтобы прийти в себя.

Они вместе заходят, держась за руку.

– Ты теперь мой папа? – робко интересуется он. — Все вместе?

– Да, твой папа, – Даниил улыбается и смотрит то на сына, то на меня. Пытается понять, как прошёл наш разговор.

– Тогда буду звать тебя папой, а не Даниилом, – кажется, Даниил очень рад, что теперь он непросто дядя, а папа.

– Обязательно.

Серафим прижимается худеньким тельцем к Даниилу. Он присаживается, так чтобы оказаться с ним на одном уровне и Сима бросается к нему на шею и крепко обнимает.

Некоторое время они оба молчат.

Хочется подойти и обнять их обоих, но сдерживаю себя. Хотя слёзы копятся в уголках глаз. Смахиваю их рукой, не хочу реветь, хотя момент радостный, который останется в памяти навсегда. Несколько слезинок всё же скатывается по щеке, чтобы никто не заметил, иду собирать вещи и думаю про отъезд. Впереди нас всех ждут перемены.

– А ты правда поедешь с нами? – снова задаёт свой вопрос малыш, только уже Даниилу.

– Да, я обещал.

– У меня будет своя комната?

– Целый дом, с комнатой и видом на море. Купим тебе кровать в виде машинки или кораблика, сам выберешь. Будем смотреть на дельфинов из окна.

– Здорово.

В кабинет заходит врач и нарушает нашу идиллию.

– Добрый день, смотрю все в сборе, – поздоровался он.

– Теперь у меня есть папа, как у всех, – это первое, что он сказал врачу.

– Как здорово, малыш. Очень рад за тебя, – он сделал вид, будто удивлён. – У меня тоже хорошие новости. Сегодня тебя выписываем и можешь отправляться домой вместе с папой.

– Я полечу на море. Отец и сын довольно улыбаются, и для меня это самая прекрасная картина.