Благословение - Даниэла Стил

— Кто забеременеет? О нет, хватит! — воскликнулСеймус, который, направляясь в кухню, как раз проходил через гостиную. —Да на вас, девчонок, стоит только глянуть, как вы тут же начинаете кричать:«Беременна!» — » Он закатил глаза и передернулся, а они рассмеялись, глядя, какон исчез в дверях кухни, но тут же снова высунул оттуда голову. — А что,недавняя невеста беременна?

Ну вот, надо было ему об этом спрашивать! Диана отрицательнокачнула головой. В этот момент она проклинала себя за то, что приехала домой.Эти вопросы были ей как нож в сердце, и впервые в жизни ей показалось, что онаненавидит их всех, а особенно сестер.

— Нет, Сеймус.

— Ну что ж… попробуйте еще… и еще… и еще…Представляешь, как вам будет хорошо? Счастливчик Энди!

Он снова исчез за дверями кухни под громкий смех Сэмми Гейл,но Диане не было смешно. Она молча вышла и отправилась на кухню, чтобы помочьматери.

Она сама вернулась к этой теме позже, после обеда, когда онис Джеком оказались наедине в кабинете отца. Остальные играли в гостиной вшарады, а Диана уединилась с отцом, но тот побыл с ней недолго и вскоре ушелспать. А она все сидела у камина в кабинете отца, раскачиваясь в его любимомкресле, когда вошел Джек и сел напротив.

— С тобой все в порядке? — Он не спеша набилтрубку и раскурил ее. Во время обеда Джек все время наблюдал за ней, и емупоказалось, что виду нее не очень радостный.

— Да, конечно, со мной все в порядке. — Дианаобеспокоенно взглянула на него и вдруг, неожиданно для себя, решилась: — Джек,только не говори ничего, пожалуйста, Гейл… Ты знаешь, я хочу спросить… я давно ужехотела поговорить с тобой… Ну, в общем, как ты думаешь, сколько времени нужноженщине, чтобы забеременеть?

Он не выдержал и улыбнулся:

— Две недели… пять секунд… два года… для всехпо-разному, Диана. Вы женаты всего полгода, ведете напряженную жизнь, полнуюзабот и стрессов. Я думаю, вам еще год не стоит об этом волноваться. Существуетрасхожее мнение, что если женщина не предохраняется два года и не беременеет,то это действительно проблема. Другие полагают, что беспокоиться стоит ужечерез год. Да, в моей практике были пары, которым в совершенно идеальныхусловиях требовался год — ты слышишь? Год! — чтобы зачать ребенка. Если бывы были старше, тогда беспокойство после шести месяцев замужества было быоправданно. А в вашем возрасте я бы и не думал волноваться по этому поводу покрайней мере еще год или два.

Она, казалось, сразу же успокоилась и едва успелапоблагодарить его, как в комнату вошел Энди. Они долго еще сидели втроем иразговаривали обо всем на свете: о мировой экономике, о бесконечных проблемахБлижнего Востока, о работе, о планах на предстоящий год. И в первый раз замногие месяцы Диана чувствовала себя легко и счастливо. «Может, я наконецобрела надежду», — подумала она, когда они уходили. И все благодаря материи Джеку. На прощание она крепко обняла зятя, и он, сообразив, что онаблагодарит его, улыбнулся в ответ.

— Береги себя, — сказал он, садясь в машину.Остальные остались ночевать, чтобы внуки могли на следующий день провестиРождество с дедом и бабушкой. Но Дианы все это не касалось. Единственное, чегоона отчаянно хотела, это оказаться дома вместе с Энди.

— С тобой все в порядке, любимая? — спросил он,пока они мчались по пустынным в этот час улицам.

— Мне так хорошо, — ответила она с улыбкой. Ивдруг поняла, что за все эти месяцы впервые сказала правду и ей действительнохорошо.

Она уютно устроилась на сиденье, прижавшись к мужу, и большедо самого дома никто из них не проронил ни слова. Это был длинный и хорошийдень.

Добравшись до дома, они сразу же пошли в спальню и долголежали обнявшись, делясь друг с другом тем, что загадали на этот год. И Дианабыла совершенно спокойна и счастлива, и, когда они отдавались друг другу в этуночь, она в первый раз со дня свадьбы не думала о том, что им надо зачатьребенка. Дни были неблагоприятные, но это не имело значения: они занималисьлюбовью, потому что им хотелось этого, не думая о дне и часе, о той цели,которую они преследовали, и о том, достигнут они ее на этот раз или нет.

* * *

— О боже, как я тебя люблю… — Голос у Чарли дрогнул отпереполнявшей его нежности. Рождественская елка переливалась множествомогоньков, и Барби опять оказалась на кушетке в объятиях мужа.

Что это с тобой? — полунасмешливо-полуудивленноспросила она. — На тебя что, так действует светящаяся елка? — Они ужетретий раз за ночь занимались любовью, и Чарли не выпускал ее из объятийбуквально ни на минуту. Он не давал ей одеться, и она голая ходила по комнате,пока его возбуждение не достигало предела и он снова не увлекал ее в постель.

— Я просто без ума от тебя. — Они лежали рядом,расслабившись, и он пробормотал это, уткнувшись лицом ей в волосы.

Он сделал ей рождественский подарок, который, на его взгляд,ей должен был понравиться. Это было золотое ожерелье с аметистом, а аметист былее камнем. Барби подарила ему свитер и галстук, бутылку французскогошампанского и специальную маленькую подушечку, которую он мог подкладывать подспину в машине, когда ездил в город на работу и обратно. Чарли оченьпонравились подарки, и Барби была в еще большем восторге от его подарков. Онкупил ей, кроме ожерелья, черную кожаную юбку и открытый черный свитер, вкотором она выглядела необыкновенно сексуально.

— Как насчет того, чтобы выпить твоегошампанского? — Барби приподнялась на локте и, разомлевшая от усталости иудовольствия, смотрела на него.

— Гм-м, — он потянулся и снова уложил еерядом, — пожалуй, я поберегу его.

— Для чего? — Она слегка расстроилась. Барбиобожала шампанское, поэтому и купила бутылку.

— Я оставлю его для другого, более важного события.

— Какого же? Судя по твоему сегодняшнему поведению,Рождество — очень важное событие.

Чарли рассмеялся и потряс головой:

— Нет, я имею в виду действительно важное событие.Например, если ты получишь премию академии, или роль в картине СтивенаСпилберга, или главную роль в каком-нибудь сериале, или, может, на десятилетиенашей свадьбы… или… — Он вдруг приподнялся и торжественно произнес: — Или когдау нас родится ребенок.

Она уселась на кровати, и в голосе ее послышалосьраздражение:

— Да, просто замечательно. Но все эти события никогдане произойдут! И мне кажется, что ты свое шампанское никогда не откроешь!

— Уверен, что открою.

— Да? И когда же? Я надеюсь, ты не собираешься ждатьрождения ребенка. — Его слова насчет ребенка прямо-таки взбесили ее. Она ислышать об этом не хотела.

— Но почему, Бэб? — Он так хотел, чтобы у них былмалыш, тогда ведь они станут настоящей семьей. Ну почему Барби этого не хочетпонять?