Опасности любви - Шеннон Дрейк

— А мог и убить бог знает сколько народу. Слава Богу, еще ребенка не задавил, а мог запросто.

— Рената, хоть иногда…

— Знаю, надо видеть в людях хорошее. Да-да, но я пишу детективы. Рассказываю о преступлениях, провожу расследования. Я знаю — люди могут быть ужасны. Даже те, кого мы считаем хорошими, могут пойти на преступление, если будут уверены, что их не схватят за руку.

Джейд приподняла брови.

— Есть хорошие люди и есть плохие, а между ними все оттенки серого.

— Это верно. — Рената смотрела на подругу, ожидая продолжения.

— Ну? — спросила Джейд.

— Что — ну?

— Мэтт еще у тебя? — Джейд решила сменить тему разговора.

— Что?

— Мэтт… забыла, что ли?

— Ах да, конечно, помню. Мэтт давно ушел. Джейд хмыкнула:

— Ну и как, повезло ему?

— Джейд! — укоризненно начала Рената, приглаживая рукой и без того тщательно уложенные волосы. — Как ты можешь задавать такие вопросы? Он просто отвратителен.

— Это уже просто жестоко.

— Ничего такого я Мэтту не говорила, — с царственным видом произнесла Рената. — Так что жестоко будет с твоей стороны, если ты ему обо всем этом расскажешь.

— Мэтт не отвратительный, я никогда бы не обидела его.

— Ну ладно, пусть будет по-твоему. Но знаешь… он сосем не… сексуален.

— Он отличный парень.

— Ты им что-то не увлеклась.

— Я — нет, но кто-то увлечется. Мэтт мой друг.

— И мой тоже.

Вдруг зазвонил телефон.

— Извини, Рената, я отвечу.

— Давай. Если узнаешь что-нибудь интересное, расскажешь, ладно?

— Ладно.

Джейд выпроводила подругу за дверь. Это мог звонить Рик. Может, ему стало хуже. Она подбежала к телефону и взяла трубку.

— Алло!

— Джейд? Джейд Макгрегор? — спросил приглушенный женский голос.

— Слушаю!

Тишина.

Затем Джейд услышала щелчок. На другом конце повесили трубку.

Он стоял перед красивым зданием, построенным еще до Гражданской войны. Он думал, что уже никогда не вернется сюда и не увидит Мэгги. Им было что вспомнить, но теперь это далекое прошлое. Когда-то он думал, что настанет время и он, узнав о ее смерти, придет положить ей на гроб розы. Она нашла новую жизнь и неизбежность смерти.

Наконец он решился постучать в дверь. Она открыла сразу, увидела его и в изумлении воскликнула:

— Ты?!

— Да, это я. Извини.

— Бог мой!

— Послушай, я не собираюсь вмешиваться в твою жизнь.

— Я знаю.

— Просто назревают неприятности…

Она схватила его за плечо, взглянула на яркое солнце.

— Входи, глупец. Господи! Ну и вид у тебя! Он улыбнулся, почти рассмеялся и второй раз за день повторил:

— Видела бы ты того, другого…

— Последнее время меня постоянно преследует страх, я боюсь. Очень. В газетах такое пишут… Я читала в прошлом году про то, что случилось в Шотландии. А теперь в Нью-Йорке… Люциан, что, в конце концов, происходит?

— Бунт, — проговорил он, — прошлое восстает. Я сделал все, чтобы покончить с ними навсегда. Я так и не объяснил тебе, как стал…

— Люциан, с чего бы тебе что-то объяснять мне? Кое-какие слухи доходили и до меня.

— Что именно? — заинтересовался он.

— Разговоры о вампирах. Знаешь, даже смерть не способна подавить желание посплетничать.

— Так ты знаешь про Софию?

— Знаю.

— Она пробудилась… и Дариан, этот прихвостень, теперь везде таскается с ней, оберегает.

— Так ты с ним схватился?

— Да.

— Но разве он не…

— Погиб? — подхватил Люциан и признался с горечью в голосе: — Нет.

— Насколько мне известно, ты ведь не можешь убить его.

— Не могу. Я же хранитель закона. Но порочность этой парочки создает угрозу для всех нас, а в этом случае…

— Закон можно обойти… — закончила Мэгги. Он согласно кивнул.

— Но остается опасность, что восстанут все. — Люциан вытянул перед собой руки и с отвращением посмотрел на длинные неухоженные ногти. — Царь немертвых! — горько усмехнулся он.

Он смутно помнил, что такое обычная простая жизнь, до того как стал тем, кто он сейчас. Он ненавидел это, но принял. О Боже, все эти годы! Мэгги протянула руку и коснулась его плеча.

— Я не встречала никого сильнее тебя, — сказала она.

— Дариан ускользнул от меня. — Люциан поднял руки. — Думаю, я переоценил свои силы. Тогда, в Шотландии, пока мы не попали в усыпальницу, я и не подозревал, что он заодно с Софией. Я изрядно покалечил их, но, видимо, недостаточно. — Он замолчал. — Они напоминают мне тя-желовесов перед рывком: копят силы, пьют огромное количество крови… София уже много веков собирает силы, чтобы расправиться со мной. У нее был талисман. Золотой медальон. Она никогда не снимала его. Он наполнен кровью падшего ангела.

— Дьявола?

— Не знаю. Христианские папы уносят с собой в могилы много святынь, связанных с давно ушедшими из жизни святыми. Они строят раки для хранения капли крови, кучка кости… София уже была древней, когда я узнал ее. Она утверждает, что всегда носила этот талисман. Верит, что он дает ей силу.

— А где этот талисман был раньше?

— На дне моря.

— Но как же…

— Он попал к ней? Не знаю.

— Ты пробовал призвать их?

— Они не отвечают. Их цель — захватить абсолютную власть.

— Ты не должен допустить этого. Тебе надо отоспаться, восстановить силы.

— Да, нельзя проявить ни малейшей слабости, — пробормотал Люциан.

Мэгги внимательно рассматривала его.

— Твоя правда, — тихо произнесла она и нежно коснулась его щеки. — Ты многому научился, научился доверять старому другу. Ты ведь поэтому и пришел ко мне, так? Входи.

Он кивнул и прошел в глубь дома, в жилище смертного. С кухни доносились аппетитные запахи. Рядом плакал младенец. Люциану захотелось сейчас же упасть в мягкую постель.

— Земля? — тихо спросила она. — Горсть родной земли?

— У меня в кармане.

— Отправляйся в гостевую, — велела Мэгги.

— Благодарю тебя. — Люциан замялся. — Должен сказать…

— Потом, все скажешь потом. Вначале отоспись. Судя по твоему виду, тебе надо хорошенько отдохнуть. Ты… ел?