Кареглазая моя - Лиза Клейпас

– В чем дело? – осведомился он, в ужасе взглянув на меня, когда я села на диван.

– Ни в чем, – отрезала я.

– Тогда почему ты одета в бойскаутскую палатку?

Прежде чем я смогла отреагировать, София отчеканила:

– Не смей критиковать внешний вид Эйвери!

Стивен язвительно осведомился:

– То есть тебе нравится, как она одета?

– Конечно, нет, – ответила София. – Но если я промолчала, ты должен был поступить так же.

– Спасибо, София, – сухо проговорила я и предупреждающе взглянула на Стивена. – Тяжелая ночь. Сегодня не самый лучшийдень для нападок на меня.

– Эйвери, – взволнованно позвала Вэл со своего места в зоне творчества, – у нас письмо от личного секретаря Холлис Уорнер. В субботу ты приглашена на закрытую вечеринку в особняке Уорнеров. Благотворительный вечер, форма одежды – вечерняя. Их ежегодный аукцион современного искусства и ужин.

София вскрикнула от восторга.

Казалось, из студии мгновенно выкачали весь воздух – мне с трудом удавалось вдохнуть необходимое количество кислорода. Я постаралась говорить спокойно:

– В приглашении упоминается еще один гость? Мне бы хотелось пойти с Софией.

– Про это ничего не сказано, – ответила Вэл. – Если хочешь, я могу позвонить и уточнить…

– Нет, не надо, – тут же откликнулась сестра. – Давайте не будем навязываться. У Холлис, возможно, имеется причинапригласить только тебя.

– Скорее всего, – отозвался Стивен. – Но это не важно.

– Почему? – одновременно вопросили София, Вэл и я.

– Потому что Уорнеры нам не по зубам. Если эта свадьба планируется еще масштабнее, чем у Эмспечеров-Кендриков, а, по словам Холлис, так оно и есть, то наш список поставщиков для нее не достаточно широк. В распоряжении крупных организаторов праздников в Хьюстоне и Далласе самые лучшие профессионалы и эксклюзивные контракты на места проведения мероприятий. Мы не так давно появились на сцене.

– Работа на Холлис может стать нашей взлетной площадкой, – указала я.

– Это сделка с дьяволом. В обмен на известность, которую она принесет нам в качестве клиента, от нас будут ждать минимальной комиссии. Что не поможет бизнесу, Эйвери. Сейчас мы этого просто не потянем. Нам надо расти, сосредоточившись на проектах поменьше.

– Я никому не позволю нас использовать, – заверила я. – Но, без сомнения, пойду на эту вечеринку. Что бы из этого ни вышло, это возможность завязать полезные знакомства.

Весь его вид источал сарказм.

– И что же ты наденешь?

– Вечернее платье, конечно.

– То черное, в котором ты была на благотворительном вечере в пользу больницы? С буфами на плечах? Нет, в особняк Уорнеров ты в нем не пойдешь. – Стивен поднялся и начал искать ключи и бумажник.

– Что это ты делаешь? – осведомилась я.

– Мы с тобой идем в «Нейман». Найдем какое-нибудь презентабельное готовое платье и к пятнице его подгоним.

– У меня уже есть вполне приличное платье, и я не собираюсь тратить деньги на новое, – возразила я.

– Послушай, если захочешь вырядиться как клоун в свободное от работы время, это твое дело. Но когда ты заводишь полезные знакомства и пытаешься заполучить состоятельных клиентов, это становится моим делом. Твой внешний вид отражается на агентстве. А твой личный вкус пускает на ветер хорошие генетические данные. Что трагично.

Я перевела гневный взгляд с него на Софию и Вэл, молча призывая их заступиться за меня. И с отвращением заметила, что сестра внезапно с головой погрузилась в чтение своих сообщений, а Вэл начала тщательно выравнивать стопки журналов на кофейном столике.

– Ладно, – проворчала я, – куплю новое платье.

– И сделай новую прическу. Потому что эта тебе не идет.

– Думаю, он прав, – осмелилась добавить София, прежде чем я успела вставить хоть слово. – Ты все время зачесываешьволосы вверх.

– После каждой стрижки моя прическа выглядит как шлем Дарта Вейдера.

Не обращая внимания на мои возражения, Стивен обратился к Софии:

– Позвони в салон «Один» и попроси их втиснуть Эйвери в расписание. Если начнут упрямиться, напомни, что они наши должники с тех пор, как мы в самый последний момент нашли поставщика для свадьбы их владельца. И еще позвони оптометристу Эйвери, нужно подобрать контактные линзы.

– Исключено, – заявила я. – Никаких линз. У меня от них глаза болят.

– Это самая меньшая из твоих проблем. – Стивен нашел ключи. – Пошли.

– Подождите, – доставая из ящика какой-то предмет, воскликнула София и поспешно протянула его Стивену. – На случай, если не хватит денег, – пояснила она.

– Это наша рабочая кредитка? – возмутилась я. – Предполагалось, что мы будем использовать ее только в чрезвычайных ситуациях.

Стивен оценивающе взглянул на меня.

– У нас чрезвычайная ситуация.

Когда я взяла сумочку, и Стивен повел меня к выходу, София крикнула нам вслед:

– Не пускай его в примерочную, Эйвери. Помни, он не гей.

Я ненавидела примерять одежду, ненавидела, ненавидела.

Больше всего терпеть не могла примерочные универмагов. Трельяж, который подчеркивает каждую маленькую поблажку, которую я себе делала, каждый лишний килограмм. Флуоресцентный свет, из-за которого цветом лица я становилась похожа на мостового тролля. То, как продавщицы распевали "у вас все в порядке?" в то самое время, когда я была замотана в какую-нибудь тряпку, словно в смирительную рубашку.

Когда примерка одежды становилась неизбежной, я предпочитала примерочную «Нейман Маркус». Хотя, с моей точки зрения, выбирать любимую примерочную почти так же приятно, как выбирать любимый способ казни.

В «Нейман Маркус» это была просторная и красиво украшенная комната, с зеркалами в полный рост, регулируемым верхним освещением и световыми колоннами с каждой стороны.

– Прекрати, – потребовал Стивен, неся кипу платьев, которые он взял с вешалок, пока мы шли по крупнейшему магазину дизайнерской одежды.

– Что прекратить? – Я отложила два черных платья, которые выбрала вопреки протестам Стивена.

– Прекрати выглядеть так, словно ты один из этих щеночков в клетке на плакатах Общества защиты животных.

– Ничего не могу поделать. Когда передо мной стоит зеркало с пьедесталом, я чувствую угрозу и прихожу в уныние, а ведь я еще даже ничего не примерила.

Стивен взял несколько вещей у услужливой продавщицы, закрыл дверь и повесил их на двухслойную вешалку.

– Человек в зеркале – не твой враг.

– Нет, сейчас враг – это ты.

– Примеряй давай, – ухмыльнулся Стивен.