Уголок рая - Эмма Дарси

Но с другой стороны, он бы мог ограничиться телефонным звонком; следовательно, он все еще увлечен ею. И перед ней открывается единственный в жизни шанс. И она не хочет обсуждать его с матерью или с кем-нибудь другим, ей не нужны сомнения, опасения, предостережения. Она будет прислушиваться к своему сердцу, чей голос важнее каких бы то ни было мнений.

Двенадцать часов. И буря в душе Джины достигла предела, когда Марко радостно выкрикнул:

– Мама, он плиехал! У него больсой дзип, как у дяди Дэнни!

Вполне обыкновенный автомобиль, отнюдь не суперэлегантная модель. Тут же возникла мысль: наверняка за Мишель Бэнкс он заезжал на другой машине. Прекрати! – строго велела она себе. Он собрался на пикник, а не на великосветский раут. Да и едва ли его джип оборудован детским сиденьем для Марко, так что в любом случае они поедут на ее машине.

Она с сыном вышла на крыльцо, и в ту же минуту к ним поднялся Алекс. На нем были джинсы и ярко-синяя футболка, которая удивительно гармонировала с цветом его глаз. Джина вдруг почувствовала себя слабой и беспомощной. Но, стоило ему улыбнулся, как нервная дрожь сразу утихла, уступив место теплой волне признательности и желания.

– Привет! Рад снова вас видеть, – воскликнул Алекс, обнимая ее сына. – Марко, ты меня помнишь? Меня зовут Алекс.

– Угу, помню. Ты не испугался забы и показал мне лыб.

Алекс рассмеялся, обрадованный тем, что ребенок узнал его.

– Ну, может, нам и сегодня попадется что-нибудь интересное. Сейчас я подхвачу у твоей мамы сумку, и мы пустимся в путь. Джина, тебе не нужно было ничего собирать.

– Это вещи Марко. Я же не знала…

– Насколько я понимаю, все маленькие мальчики любят жареную курицу, бананы и мороженое. – Его глаза сверкнули. – Я прав?

Джина не могла не улыбнуться в ответ.

– Идем к моей машине. У тебя же нет детского сиденья.

– Есть. Я взял напрокат на стоянке.

– Ох. Спасибо.

Она смутилась, как школьница. Что за чудо! Такой привлекательный и желанный мужчина, как Алекс Кинг, проявил такое трогательное внимание к ее ребенку. Давненько никто о ней не заботился.

А Алекс уже подвел их к своему джипу, помог Марко забраться в приготовленное для него креслице, застегнул ремень опытной рукой, а затем распахнул дверцу перед Джиной. Машина оказалась чересчур высокой, и Джина заколебалась, не зная, удастся ли ей избежать какой-нибудь неловкости на глазах у Алекса. Но Алекс пришел ей на выручку: он просто подхватил ее и усадил на переднее сиденье.

– Не смог устоять, – прошептал он, и Джина почувствовала, как между ними прошел электрический разряд.

– А маму ты тозе будесь пливязывать? – спросил Марко.

– Правила безопасности нужно соблюдать, – наставительно ответил Алекс, немного покраснев из-за двусмысленности фразы мальчика.

– И одезду надо аккулатно складывать, – осуждающе заметил Марко. – Тебя лазве мама не учила?

Сердце Джины замерло. Совершенно очевидно, о чем заговорил ее сын. Она переглянулась с Алексом, взглядом умоляя его о том, чтобы он придумал какой-нибудь безобидный ответ.

– Да, Марко, моя мама говорила мне, что есть такое правило. Но я вчера так устал, что позабыл о нем. А потом все собрал.

– Значит, ты холосый мальчик, – удовлетворенно заключил Марко.

– Спасибо. Лучше поздно, чем никогда.

Сильная рука стиснула руку Джины. Она ответила пожатием, благодаря за поддержку. И снова в ней поднялось и проникло в самое сердце знакомое ощущение единства, такое же, какое она испытала при осознанном физическом соединении.

– Нормально? – шепотом спросил Алекс.

– Ты был бесподобен.

Удовольствие, смешанное с озорством, блеснуло в его глазах.

– И ты тоже.

Всего три коротких слова, порожденные неподдельным чувством, – и Джина вознеслась к новым высотам счастья. Она даже забыла о своей обязанности указывать дорогу к Хрустальному водопаду, вообще забыла о пикнике.

Алекс вел машину, а она наблюдала за ним, вспоминая, как его руки прикасались к ней. Ей хотелось вновь испытать все вчерашние ощущения.