Скандальное предложение - Тина Габриэлл

С фальшивой бравадой Виктория подошла к подставке для посадки на лошадь, подняла юбки и перекинула ногу через спину животного. Она успешно уселась на спину лошади, вот только юбки оказались узкими и ограничивали движение.

— Это платье не подходит для верховой езды, — заметила она.

— Значит, нам придется купить тебе специальный костюм.

Виктория опустила ресницы, избегая взгляда Блейка. Ей было проще сопротивляться, когда он вел себя грубо и агрессивно, — его доброта лишала ее мужества.

— Что мне делать дальше?

— Вдень ноги в стремена и возьми поводья в руки. Ты должна быть готова натянуть их, если потребуется.

Виктория выполнила все, что от нее требовалось, и выжидательно посмотрела на Блейка.

Блейк сел на другую лошадь, крупного вороного жеребца, и подъехал к Виктории.

— Запомни, лошадь будет реагировать на то, как ты сжимаешь колени, а чтобы управлять ею, натягивай поводья. Медленно трогайся с места и следуй за мной.

Первые пару миль они ехали неторопливым шагом. Вскоре Виктория почувствовала себя увереннее, потому что восстановились некоторые навыки верховой езды. Она расслабилась и стала наслаждаться свежим деревенским воздухом и изумительным пейзажем.

С наступлением весны небо приобрело лазурный цвет, и утреннее солнце пригревало ее щеки. Когда они пересекали поле, Виктория вдыхала ароматный запах полевых цветов, которые буйно цвели повсюду. Яркие краски весны напоминали Виктории образцы классической живописи.

Подавив в себе неожиданный порыв, остановиться и набрать охапку нежных цветов, Виктория переключила свое внимание на лошадь, на которой сидела.

— Мы можем ехать быстрее? Я уже многое вспомнила. — Сожми покрепче колени и отпусти поводья, — ухмыльнулся в ответ Блейк.

Небольшая лошадка Виктории перешла на легкий галоп, потом пустилась вскачь. Блейк ехал сзади.

Прохладный ветерок раздувал волосы Виктории, и она наслаждалась свободой, ощущение которой ей приносила эта поездка.

— Натяни опять поводья, — сказал Блейк, когда они подъехали к небольшой рощице.

Виктория выполнила указание и бросила быстрый взгляд на его крепкие ноги, которыми он сжал бока лошади, заставляя ее подчиниться. Из-под закатанных рукавов рубашки виднелись большие руки, умело удерживающие поводья. Сильные пальцы как будто загрубели от физической работы.

«Странно, что у графа такие руки», — подумала Виктория. Впрочем, ничего удивительного: Блейк Мэллори не похож ни на одного знакомого ей аристократа.

Она вспомнила, что чувствовала, когда эти пальцы касались ее губ, щек, шеи и, о Боже, груди.

У Виктории затрепетали ресницы, и дрожь охватила ее тело.

— С тобой все в порядке? Впереди протекает ручей, там мы можем отдохнуть.

Виктория замерла, растерявшись на мгновение. Оказывается, Блейк принял ее физическую реакцию за усталость. Господь не позволил ему догадаться о настоящей причине ее состояния.

Блейк остановил лошадь перед ручьем под большим дубом и помог Виктории спешиться. Он не стал привязывать своего жеребца и позволил ему подойти к воде и напиться. Виктория последовала его примеру и тоже отпустила свою лошадь к воде.

Из сумки, прикрепленной к седлу, Блейк достал фляжку, набрал воды и предложил Виктории сделать первый глоток.

Она посмотрела на фляжку, неуверенная, должна ли леди пить из нее. Однако, не желая показаться манерной, она, запрокинув голову, выпила все до последней капли и вернула фляжку Блейку.

Он одобрительно кивнул, вновь наполнил фляжку и точно так же выпил все до дна.

— Как зовут мою лошадь? — спросила Виктория.

— Персефона.

— Дочь греческого бога Зевса и богини Деметры? Не думала, что ты знаешь греческую классику.

Эти слова прозвучали как-то снисходительно, хотя у Виктории и в мыслях не было демонстрировать свое превосходство.

— Тебя удивляет, что мальчишка из работного дома изучил классику? Это ты имела в виду?

— Я не хотела обидеть вас, милорд. — Виктория посмотрела в его сторону. — Я просто… искренне удивилась. Не многие дают своим животным мифологические имена. А его как зовут? — кивнула Виктория в сторону крупного жеребца.

— Плутон.

— Согласно греческому мифу, Плутон похитил Персефону, чтобы она вместе с ним правила в подземном царстве, — с улыбкой в голосе проговорила Виктория.

— Я знаю.

Вдруг на Викторию снизошло внезапное озарение. Блейк и есть Плутон, а она — его Персефона. Он похитил ее, и теперь она вынуждена целый год жить в этом темном царстве, стойко перенося его попытки соблазнить ее. Клички лошадей казались ей поразительным совпадением. Виктория онемела и только молча смотрела на Блейка.

— Ты сама выбирала лошадь, дорогая, помнишь? — криво усмехнулся Блейк. — Я не могу контролировать твои мысли.

Виктория с подозрением продолжала смотреть на него. «Должно быть, он обладает мистическими способностями», — подумала она. Если ему удалось против ее воли вызвать в ней ответную физическую реакцию к себе, на что еще способен этот темный дьявол?

— Вся земля по ту сторону холма принадлежит Роузвуду, — махнул рукой Блейк.

Виктория приложила ладонь козырьком ко лбу, чтобы защитить глаза от яркого солнца, и окинула взглядом собственность Блейка:

— Я и не представляла, что у тебя такое огромное поместье.

— Шесть тысяч акров земли. «Шесть тысяч акров!»

Виктория не могла вспомнить ни одного человека, который владел бы таким количеством земли. Ей хотелось спросить, сколько он заплатил за Роузвуд, но в то же время ей не хотелось слышать эту огромную цифру.

Если он смог купить такое поместье, то долг ее отца в пятнадцать тысяч фунтов — сущая мелочь для него. Ему бы ничего не стоило продлить срок займа.

«Но ведь речь идет не о деньгах, — напомнила себе Виктория. — Речь идет о мести».

Они вновь оседлали лошадей и направились к фермам, которые сдавались в аренду. Сначала они миновали акры садов, где воздух был напоен сладким ароматом яблок, груш и персиков. Потом проехали мимо пасущихся лошадей и овец.

Показались дома фермеров-арендаторов. Когда они подъехали ближе, из них стали выходить, целые семьи, чтобы поприветствовать их. Дети, радостные и счастливые, побежали вперед, чтобы поздороваться со своим лордом и поухаживать за его лошадью.

Блейк засмеялся и, наклонившись с седла, ерошил им волосы. К огромному изумлению Виктории, Блейк знал имена всех мужчин, женщин и детей и помнил какие-то личные факты, о каждом: рождение ребенка, смерть дальнего родственника, даты будущих свадеб, случайная травма сына. И обо всем этом он разговаривал с людьми.