Нам больше нельзя - Светлана Кондр

Алёна развернулась, чтобы уйти, но быстрой хваткой я успел поймать её руку.

– Постой, – попросил я, притягивая Алёну к себе, ведь прекрасно понимал, о чём она подумала, увидев нас. Как назло, Инна, приходившая отдать маме печенье, попросила проводить её, так как на улице было уже темно.

– Пусти, – шепнула она. На этот раз Алёна не была бойцом. Её задело наше совместное появление, она не так всё поняла, но тут вмешался отец:

– Оставь её, пусть катится к своей породистой семейке, – сказал он мне и обратился к Алёне. – Чтобы я тебя здесь больше не видел, – она вырвала свою руку и побежала в сторону своего мотоцикла. – Передай пламенный привет от Вика своей матери, – крикнул он вдогонку.

– Пошёл ты, – ответила она.

– Пап, зачем ты так? Если у тебя счёты с её матерью, то Алёну не следует сюда втягивать, – сказал я и побежал за ней, но она сорвалась с места, оставив свой шлем, лежать на земле. Я поднял его и подошёл к своей машине. Хорошо ключи были у меня с собой, я сел в Бэху, но пассажирская дверь открылась и в машину залез отец.

– Лёш, не езжай за ней. Тебе не нужны такие проблемы. Они и так уже навешали ей лапши на уши, наплели, что мы наркотиками торгуем. Видел бы ты, что она здесь устроила.

– Выйди отсюда, – проговорил я, не глядя на него.

– Лёш…

– Это моя жизнь и не лезь сюда.

Пусть это прозвучало обидно, но мне и так мать всю плешь проела, теперь ещё и отец. Я сам разберусь, что мне делать. Раздался звук щёлкнувшего замка, и отец вышел. Я поехал в ту сторону, куда умчалась Алёна. Она уехала без шлема, и я переживал, как бы она на горячую голову куда-нибудь не влетела.

Два дня я пытался дозвониться до неё, но абонент не отвечал. Я решил, что Алёна больше не хочет общаться со мной. Я был уверен, что ей так же, как и мне рассказали о связи наших родителей. Я видел ее статус «он-лайн» в социальной сети, но она молчала и не писала мне. Ей требовалось время, подумал я, и никак не предполагал, что она появится у моего подъезда, но что-то у них с отцом пошло не так. Нам нужно с ней поговорить и понять, как быть дальше.

Умная девочка. Проехав несколько километров, я заметил её, стоявшую на обочине с опущенной головой. Я припарковался за ней. Подходя ближе, я услышал, как она плачет и налетев сзади обнял Алёну за талию.

Она не двигалась, и я замер. Мне больше всего не хотелось, чтобы она страдала, а её всхлипы разрывали мне душу.

– Извини отца за его слова, – попросил я, прижимая её к себе.

– Я сама виновата, – тихо ответила Алёна, быстро вытирая слёзы.

– Что с твоим телефоном? Ты не хотела со мной разговаривать?

– Конечно хотела, только от тебя не было звонков.

– Я не мог тебе дозвониться и подумал, что ты решила сделать паузу.

– Поэтому ты позвонил Инне, чтобы она скрасила твой вечерок? – начала утрировать она.

– Да брось, зачем мне она, если только ты в моих мыслях.

– Лёша – это не смешно. Если бы это было так, то ты звонил бы снова и снова.

Я достал телефон из кармана и открыл исходящие. Протянув трубку, я показал Алёне сколько раз я ей звонил.

– Набери мне сейчас, – она достала телефон и стала ждать, но и в этот раз я не смог дозвониться. – Не могу поверить. Скорее всего, тебя без моего ведома добавили в черный список, – Алёна громко засмеялась и села на корточки. – Они не хотят, чтобы мы были вместе. Не понимаю, зачем родные так поступают. Мне на тебя и на Виктора целое досье показали, как вы там наркотиками промышляете. Виктор не зря так злиться на меня, я хотела проверить достоверность информации… ну короче, всё в моей манере.

– Мы со всем разберёмся, и он перестанет злиться. Ты знаешь настоящую причину, почему они решили отгородить тебя от меня? – спросил я.

– Конечно. Всё дело в деньгах. И когда они успели стать такими меркантильными? – устало произнесла она.

– Значит, ты ничего не знаешь…

– Ты о чём?

Возможно, я не вправе был это рассказывать, но всё это зашло слишком далеко. Мы не должны становиться жертвами родительских отношений. Мы не виноваты в их прошлом и отвечать за него тоже не должны.

– Когда-то мой отец любил твою маму, и они были вместе, пока из-за его глупости она не потеряла их общего ребёнка.

– Лёша, ты что такое говоришь? Кто тебе это рассказал? – она покрутила головой, словно я нёс какую-то чушь.

– Мама. Если не веришь, спроси у своих родителей, вряд ли они станут отпираться. Они все знакомы друг с другом.

Алёна задумалась и достала пачку сигарет.

– Будешь?

– Нет.

Она закурила и вдохнула горький дым. Несколько минут Алёна размышляла, зачёсывая распущенные волосы назад и играя с ними. А я ждал, что она скажет. Мы попали в непростую ситуацию и решение за ней. Она может встать на сторону матери и прервать нашу связь.

– А ведь тогда всё сходится… Мамины слова, в которых прослеживался намёк и слова Виктора… Мы близки с ней, но она никогда не говорила о нём, и о ребёнке тоже. Неужели нельзя мне сразу было это сказать, а надо было подставлять людей и разыгрывать шоу.

– Не руби сплеча. Представь, как трудно твоей маме было когда-то, безусловно, ей не хотелось бы, чтобы ты общалась с моим отцом и со мной тоже, после такого.

– Я должна с ней поговорить, ну и раз тут такие дела… Поехали знакомиться с родителями, мой доминиканский наркобарон, – хмыкнула она и оседлала байк. – Хотя погоди, – она подняла руку, и к нам подошёл мужчина крепкого телосложения. Алёна кинула ему ключи и сказала: – Отгони его в гараж. Я поеду на машине своего парня.