Сюрприз для Биг Босса - Валентина Кострова

– Надежда –

Утром я чувствую себя разбитой, словно отпахала ночную смену. Мысли теперь как дождевые червяки, ползут без цели в никуда.

Вера просыпается в шесть, я ее кормлю. Приведя малышку в порядок, слышу, как заводится машина. На руках с малышкой, подхожу к окну и наблюдаю, как Коршунов при деловом параде садится в свой наполированный седан и уезжает.

Это хорошо, что он слинял с утра пораньше, мне не придется краснеть за поцелуй и пытаться, как-то с ним нейтрально разговаривать. Мне нужно время продумать линию своего поведения. Поцелуй был ошибкой. Приятной ошибкой. До сих пор мне хочется потрогать свои губы.

Оставив малышку агукающей в кроватке, я привожу себя в порядок. На некоторое время зависаю возле зеркала, размышляя над тем, краситься мне или нет. Решаюсь в итоге подкрасить ресницы и брови, немного тронув губы бесцветным блеском.

Помня договор и пункты в нем, одеваюсь в джинсы и простую футболку. Мне по-хорошему тоже нужно обновить гардероб, не только Верунчику, но пока я не заработала себе на новые шмотки.

Спускаемся на первый этаж с малышкой. Ольга Петровна активничает на кухне, со всех сторону по своей траектории ездят роботы-пылесосы. Чувствую себя лишней в этом доме, где все давно-давно отложено до автоматизма.

– Я могу вам чем-то помочь? – спрашиваю у домработницы.

– Ох, напугала! – Ольга Петровна оборачивается и расплывается в доброжелательной улыбке, смотря на Верунчика. – А кто у нас так рано проснулся? Папа ваш, правда, уже уехал на работу.

– Мы видели из окна.

Меня напрягает «ваш», стараюсь не зацикливаться на оговорку женщины. Пусть выдумывает себе, что хочется, я знаю истинное положение вещей. Коршунов не отец Вере и поэтому он ей совсем не папа. Интересно, Лида вообще знает, кто отец ее малышки? И почему в ее столе был адрес Коршунова?

Как же много вопросов и нет ни одного ответа, а сестра как на зло не дает о себе знать. Я бы ей допрос с пристрастием устроила. Вот тут рассчитываю на Богдана Аркадьевича. Точнее на его службу безопасности. Должны же мою непутевую сестрицу достать из-под земли и представь перед нашими очами. Вопрос опекунства на повестке дня стоит.

Как бы мне дико и не по себе было от исповеди Коршунова, его предложение о том, чтобы обеспечить Веру я считаю, как светом в конце тоннеля. Ни я, ни Лида никогда не сможем дать малышке комфортную жизнь. Интересно, какое бы решение приняла Лида? Зная сестру, думаю, она бы и себе выгоду урвала.

– Верочка такая чудная, – замечает Ольга Петровна, когда мы накрываем стол для обеда. Вера в это время сладко посапывает в стульчике, который я перевела в лежачее положение.

– Она сладка, так и хочется ее съесть.

– А своих, Надюш, планируешь?

– Когда-нибудь потом, – скованно улыбаюсь.

Разговор о своих детях мне не нравится. Я никогда не думала о них. У меня то парня нет, серьезные отношения были один раз и закончились ни с чем. Даже разбитого сердца не было. Так подумать, я до невозможно скучна. Вот у Лиды… Сестра всегда пользовалась популярностью. Она умела себя преподнести, умела располагающе улыбаться и никогда не язвила.

– Ты молодая, у нас, кстати, у соседа симпатичный садовник. Молодой, накачанный.

Я закатываю глаза, делаю вид, что слушаю резюме соседского садовника. Вот всю жизнь мечтала выйти замуж за садовника. Ха-ха-ха. Че не за слесаря? У него всегда работа есть, а у садовника сезонная, если только он не мастер на все руки.

Но если уж быть откровенной, то я особо и не думала, какой мне нужен мужчина рядом с собой. Наверное, умный и молчаливый. Не люблю пустословов, которым лишь бы языком потрепаться, болтая о ерунде. Конечно, каждой хочется иметь состоятельного мужчину в мужьях, чтобы не думать ни о каких счетах и не отказываться себя в чем-то. А еще с деньгами можно много путешествовать, разносторонне развиваться.