Роза в ее руке - Александра Астафьева

В этом доме чистых листов было предостаточно. Для чего ей понадобился мой блокнот, если записки от нее я так и не обнаружил. Она пользовалась им, как своим, и не сказал бы, что мне это нравилось.

Телефон активно завибрировал в кармане джинсов, рассеивая, наконец, мысли о Вивиан.

Ред и его бодрый с утра голос был на проводе.

— Чем планируешь заниматься сегодня? — спросил он, как только я нажал на кнопку принятия вызова.

— Разве у меня есть выбор? Тем же, чем и вчера.

Слушая его, вышел из комнаты, спустился по ступеням вниз и, пройдя сквозь гостиную в кухню, бросил блокнот на первый попавшийся стул.

— Неплохо. Я очень рад, что желание творить вернулось к тебе обратно. Но предлагаю вариант получше: как смотришь на то, чтобы провести время в компании одного смышленого мальчугана?

— Это было бы здорово. Я буду рад нашей встрече с Шоном.

Речь о его сыне напомнила о долге заботиться о нем, а также об отсутствии продуктов в доме. Я заглянул в холодильник в поисках чего-нибудь съестного. Там было пусто.

Вот, черт. Обычно не ощущал голода с утра, но не сегодня. Еще вчера Вивиан готовила, я наслаждался ее кулинарными способностями, удивляясь, как можно было приготовить что-то, несмотря на нехватку компонентов. Мой желудок давно не испытывал такого праздника как при ней.

Я не сразу заметил свой завтрак. Аккуратно разложенные столовые приборы и накрытое крышкой блюдо привлекли мое внимание искусно сервировочным видом. Даже и представить себе не мог, что в моем доме все же имеется порядочный набор посуды. Девушка в который раз проявила инициативу и даже в качестве декора украсила мой стол небольшой глиняной вазочкой с полевыми ромашками. Она сорвала их, когда мы возвращались домой, и всю дорогу прикладывала к груди, защищая от ветра. Заметив этот жест, я улыбнулся тому, насколько она отражала собой хрупкое наивное создание наряду с этими цветками.

Тем временем Ред продолжал разговор об успехах Шона, электрический чайник кипятился, а я поглощал завтрак, приготовленный Вивиан.

— Я привезу его через два часа. Возможно, ему придется остаться у тебя на ночь. Не уверен.

— Не переживай на этот счет. С моим мужичком мы отлично проведем время.

— Я могу прислать Мег в помощь, — предложил Ред.

— Не нужно, я справлюсь сам.

— Как знаешь, — ответил он, и на мгновение между нами затянулась пауза.

Я съел все до последней крошки и бросил тарелку в посудомоечную машину. При выходе из кухни лишний раз взглянул в сторону пустующего холодильника.

Надо съездить в город немедленно.

— Она все еще у тебя? — спросил на полтона ниже мой друг.

Ему больше некого иметь в виду, кроме Вивиан.

— Вчера была, по крайней мере.

Я услышал в трубке его вздох.

— Зная тебя, ты не просто так заботишься о ней, хоть и ведешь себя иногда как м*дак.

Несмотря на слова Редди, я спешил поделиться с ним рассказом о нашем походе на озеро.

— Вчера она вела себя более смело, пошла со мной на контакт. Я впервые услышал ее голос и сводил на пирс, чтобы как-то успокоить и одновременно удивить этой местностью.

— Это замечательные новости, — пропел он радостно. — Сейчас все самое положительное будет только ей на пользу. Тебе нужно взять ее с собой на один из своих песенных вечеров, чтобы развлечь. Уверен, ей понравится.

— Нет, нет. Я думаю, она еще не готова находиться где-то дальше моего дома. Сам прекрасно знаешь, какие постояльцы иногда болтаются в твоем баре. Они напугают ее до смерти.

Я говорил так, будто все еще надеялся на ее возвращение.

— Как знаешь, — повторил он, подводя наш телефонный диалог к концу. — Ладно, мне пора. Спасибо, Бьорн.

— Было бы за что, Ред.

Последних слов он не услышал. После благодарности друг сразу же отключил свой телефон.

Прошло пару минут, мобильник завибрировал снова. Это был доктор Моррисон и его сообщение.

Без особого удивления я провел пальцем по экрану, чтобы прочитать следующее:

«Мистер Ньюман. Поскольку вы игнорируете мои телефонные звонки и наши встречи, я передал через курьера все то, что вам необходимо. Пожалуйста, для вашего же блага, не забывайте принимать…»

Не дочитав до конца, его послание отправилось в папку ненужных файлов.

Сначала я убрал телефон в карман. Затем, передумав, опять достал его и, задержав палец у кнопки «очистить корзину?», выбрал «да».

Меня волновала другая проблема: я должен был побеспокоиться о наличии еды в своем доме, а не о чем так упорно просил меня доктор.

После легкого завтрака съездил в город в самый ближайший продуктовый магазин. Денег у меня не было, хватало лишь на самое основное. Я сделал кое-какие подсчеты: средств хватало на пару дней, необходимо было подзаработать еще. В баре у Реда были мне рады, а значит, здешние постояльцы всегда платили достойно. Этого было достаточно на некоторые мои расходы. В остальной роскоши я не нуждался. В противном случае, мог бы продать скопившееся барахло для магазина Риз. Но подобное держал запасным вариантом.

На обратном пути домой, как бы ни старался, меня все же мучила совесть. Вчера я мог показаться Вивиан немного резким. Мои эмоции отразились на ее настроении. Она замолчала, обиделась, а затем ушла. По-другому я и не рассматривал данную ситуацию. За те две недели, что она жила у меня, нам довелось контактировать на протяжении всего одного вечера. Я хотел знать о ней, ее историю, которая вызывала во мне любопытство, но в то же время гнал от себя прочь это желание.

Никогда не забуду округлившиеся от изумления ее глаза, когда я произнес «Вивиан».

Имя, оставляющее сладкий привкус на губах.

Я твердо был уверен: оно принадлежало ей.

Воспоминания о вчерашнем взгляде девушки с ярко-рыжими волосами, о том, насколько глубоко она была потрясена красивейшим закатом солнца, скоротали мой путь домой. Я не заметил, как проехал соседский пустующий дом, и уже парковал мотоцикл возле своего жилища.

Ни я, ни она не думали увидеть друг друга в тот момент.

Я встретил Вивиан внутри дома, когда вошел, перегруженный пакетами с едой.

На ней не было ничего, кроме моего банного полотенца, обернутого вокруг ее тела. Другим полотенцем она вытирала свои вьющиеся от влаги волосы, стоя возле лестницы. Девушка не ожидала того, что в любое время я мог появиться дома. Весь ее стесненный вид указывал на желание скрыться или провалиться сквозь землю от стыда. Клянусь, одной ногой она была уже на пути в свою комнату.

— Я принес продукты, — начал без приветствия и двинулся в сторону кухни.

Проходя мимо нее, боковым зрением заметил, как она нервно поправила на груди узел, замотанного полотенца.