Забудь меня. Если сможешь - Юлия Михалина

И вот теперь Макс сидел в своемкабинете, пытаясь что-либо сообразить, но все мысли были далеко за стенамиредакции. Черт, уже почти одиннадцать, а Нины все еще нет. Неужели онапередумала и не придет? Зажмурившись, Макс попытался отогнать от себя глупыемысли. Как вдруг в кабинет постучали. Авдеев даже подпрыгнул на собственномстуле от неожиданности. Переведя дыхание, мужчина, как можно безразличнеебросил:

- Да, входите!

- Максим Александрович? - вдверях показалась рыжая кудрявая головка Киры, - Можно? Я статью принесла.

- А, это ты, - разочарованнопротянул мужчина, - ну, заходи, раз пришла.

- Вот, - быстро пересекаяогромный светлый кабинет, Кира протянула Авдееву файл с распечатанной статьей.Она уже развернулась, чтобы уйти, как вдруг, словно о чем-то вспомнив,обернулась обратно к Максиму, и спросила - А Вы, наверное, ждали кого-тодругого?

- С чего ты взяла? - недовольнобросил мужчина.

- Ну, скажем, Вы сегодня больноуж нервный, словно чего-то, или кого-то ждете, - пожала плечами девушка, - Выперед ответственной проверкой гораздо спокойнее.

- Слушай, Слепцова, по-моему, этоВас не касается! - прикрикнул Максим, - я же не спрашиваю, чем Вы занималисьвчера, когда меня не было в редакции.

- А я и так могу ответить. Писалавот эту самую статью, - садясь на стул, сказала Кира, взмахнув перед Авдеевымлистом бумаги, - Максим, а если серьезно, то, как там у вас с Ниной вчеравстреча прошла? Извинился?

- А ты типа не знаешь? -притворно удивился Макс, - неужели Нина тебе, как лучшей подруге ничего нерассказала?

- Представь себе, - ехидноответила Кира, - так как там? Я ведь действительно хочу помочь. Если не тебе,то Нине.

- Да, никак! - откидывая головуназад, ответил Максим, - последовал твоему совету и купил розы, так она меня,можно сказать, послала с этими самыми розами куда подальше.

- Ай, да Нинка! - восхищенновоскликнула девушка, - определенно проживание в Лондоне пошло ей на пользу.

- Знаешь, я вчера чувствовал себяполнейшим придурком, - признался Авдеев, - мало того, что Нина притащила меня в'Queen', напялила на себя то самое дурацкое платье, так за весь вечер не даламне ни единого шанса на оправдание.

- Слушай, Максим, а ты как думал?Что она при первой же встрече бросится к тебе с объятиями и счастливой улыбкой?- набросилась Кира, - а никто не говорил, что будет просто! Ты слишком сильноеё обидел.

- Кира, может, хватит мнепостоянно напоминать о моем проступке? - разозлился Авдеев.

- Проступке? Это сейчас такназывается? - возмутилась Кира, - да чтобы ты знал, после этого твоего'проступка', Нина с ума сходила. Ей три года понадобилось, чтобы стать такой,какой она есть сейчас. Вернуть себе былое спокойствие и безмятежность. А ты этоназываешь проступком!

- Черт, Кира! Ты думаешь, мнелегко?

- Понятия не имею. Но мнекажется, что договорится со своей совестью куда проще, чем заново научитьсядоверять людям. Да и вообще жить, когда тебя просто втоптали в грязь, - Максимокинул девушку виноватым взглядом, и, не желая показывать своегозамешательства, Кира добавила - Я понятия не имею, что тогда толкнуло тебя натакой низкий поступок и признаюсь, меня это меньше всего волнует. И есличестно, я до сих пор не понимаю, почему пытаюсь примирить тебя с Ниной. Потомукак будь я на её месте, я не то, что говорить с тобой, я видеть не смогла бытебя. Никогда. Поэтому могу сказать, что тебе повезло, что Нина такая. Добрая,отходчивая или... - Кара замялась, подбирая слова, понимая, что только что чутьне сболтнула лишнего о чувствах Нины.

- Или... какая? - не удержалсяМаксим.

- Сумасшедшая, - нашлась Кира, -в общем, Максим, я тебе уже говорила и говорю еще раз - если Нина вновь будетстрадать из-за тебя, то ты очень сильно об этом пожалеешь!

- Кира, - остановил Максимдевушку, - ты можешь, пожалуйста, поговорить с Ниной. Обо мне. И узнать, какона вообще ко всему этому относится? Есть ли у меня шанс... Хоть малюсенький.

- Смотря для чего, - отмахнуласьСлепцова, и тут же добавила - хорошо, я поговорю с ней. Но ничего негарантирую. И... она ведь сегодня придет в издательство?

Но вместо ответа, после сигналаселектора, послышался голос секретарши:

- Максим Александрович, к ВамБелецкая Нина Сергеевна. Говорит, что Вы должны ждать её. Впустить?

- Да, Наташа, проводи её сейчасже ко мне, - резко отрезал Авдеев, взглянув на Киру, которая стояла у двери,очевидно дожидаясь реакции Максима, - там Нина, - пояснил он, то ли для себя,то ли для Слепцовой.

- Я поняла, - усмехнулась Кира, -удачи! - с этими словами девушка скрылась из кабинета, оставляя Максима одногодожидаться Нину.

Эти несколько минут ожиданияпревратились в самые долгие и невыносимые минуты. Нужно было собрать всю волю вкулак, отбросить переживания и волнения, чтобы с достоинством повести себя привстрече. Вот только Максим сейчас волновался. Как никогда в жизни еще неволновался. Словно школьник перед первым свиданием, или ботаник перед труднымэкзаменом. Макс поднялся с кресла. Потянувшись, он повернул дважды головой состороны в сторону, пытаясь размять мышцы, как вдруг в кабинет осторожнопостучали.

Одернувшись от неожиданности,Максим быстро принял как можно более безразличную позу, схватив со стола первыйпопавшийся лист, дабы сделать вид, что чем-то занят и что вообще все происходящееего не волнует. Когда в дверь постучали повторно, мужчина небрежно крикнул:

- Заходите!

- Максим Александрович? - вдверях показалась секретарша Наталья, - к Вам Белецкая.

- Да, пускай заходит. Я жесказал, - усаживаясь в свое кресло, безразлично ответил мужчина. Хотя этобезразличие давалось ему очень тяжело. Особенно, когда в кабинет грациознойпоходкой, с высоко поднятой головой, вошла Нина. Черт! Складывалось такоевпечатление, что она с каждой новой их встречей выглядела все лучше и лучше.Белая блузка, черная юбка, немного не доходящая до колен и волосы, собранные назатылке в тугой конский хвост. Элегантная простота. Казалось бы ничегоособенного, но как же это все безумно шло Нине. Или Максиму уже просто всеравно, в чем она одета и как она выглядит, лишь бы только видеть её постоянно.

- Добрый день, - негромкопоздоровалась девушка.

- Здравствуй, - приподнимаясь,ответил Авдеев. Он как можно сильнее пытался спрятать свое волнение при видеНины. Максим не знал, как все это выглядит со стороны, но чувствовал себяполным идиотом. Как впрочем, всегда рядом с Ниной. Он смотрел прямо ей в глаза,пытаясь прочесть в них хоть какие-то эмоции. Нина тоже не отводила глаз и свызовом смотрела на Макса. Но в её карих бездонных глазах сейчас былоневозможно прочесть ничего кроме неприступной гордости. Недоступная и ледяная,словно снежная королева. К такому выводу пришел Максим в это мгновение.