Вдох-выдох - Мария Акулова

В половину третьего она заскочила в кабинет Эдуарда, чтобы сообщить об отъезде. После того их разговора он пытался держаться на расстоянии, видимо, боялся продолжения допроса. Пока Сашу это вполне устраивало.

Артем остановился у простого с виду кафе в десять минут четвертого, они чуть опоздали, Саше оставалось только надеяться, что это никак не повлияет на желание или нежелание следователя посвящать ее в тайны следствия.

– Я подожду тут, – Артем повернулся, кивнув девушке. Саша в ответ только пожала плечами.

Обычно, он предпочитал сопровождать ее везде, кроме как дома и в офисе, вплоть до туалетной комнаты. Пусть девушка пеклась о собственной безопасности далеко не так рьяно, как это делал он, мешать ему в этом даже не пыталась, а то, что сейчас он решил остаться – это странно, но не настолько, чтоб выяснять.

Уже который день в Киеве стоял мороз. Пусть небольшой, стремящийся к нулю, но на снег не было и намека. Жаль. Скоро же Новый год… Снег бы не помешал. Поднимаясь по ступенькам кафе, Саша стянула ворот пальто, в попытке защититься от порывов ветра. А ведь она совсем забыла об этом. Новый год. Елка, шампанское, оливье. В прошлом году они отмечали в одном из ночных клубов – Гена достал им ужасно дорогой столик. Было весело, жаль, в этом году такое веселье ее больше не прельщает.

Пройдя каких-то пару метров по свежему воздуху, Саша успела замерзнуть, и в помещение теперь заскочила с особым удовольствием. Окинула взглядом комнату, разыскивая Данилова, не обнаружив – удивилась … Неужели тоже опаздывает? Так даже лучше, не придется оправдываться. Расстегнув пуговицы, Саша повернулась к вешалке, теперь уже не торопясь, оглядывая помещение. Красивое место. Правда, красивое. Все выдержано в бежевых тонах, мягкая обивка кресел покрыта россыпью нежных цветов, похожих на фиалки. Плетеные деревянные столы накрыты скатертями в тон, даже вешалка, и та изящна до умиления, выкрашена в пастельный зеленоватый, вписывается в интерьер идеально. И окна – огромные окна от пола до потолка с белыми рамами. Неужели Данилов так просвещен в не слишком популярных, но удивительно милых местах города? Странно для обычного следователя.

– Александра Константиновна, – кажется, она увлеклась разглядыванием интерьеров, а вот самого главного заметить не смогла. Данилов все же был тут. Сидел за столиком, подальше от остальных немногочисленных посетителей. Его Саша не заметила по одной простой причине – она почему-то искала взглядом одного мужчину, а за столиком с Даниловым сидели еще двое. Точнее теперь уже мужчины стояли, ожидая, пока она отомрет.

Непонимание, потом удивление, злость, осознание, что это логично… Теперь понятно, почему Артем рискнул пустить ее одну. Кому-кому, а Самарскому он доверял.

– Александра Константиновна, – Данилов повторился, протянул руку для рукопожатия, пытаясь смотреть именно на него, Саша ответила на жест приветствия.

– Простите, я опоздала.

– Не страшно. Вы, возможно, знакомы, но я все же представлю, – Данилов кивнул на второго мужчину, расположившегося напротив ее места. Невысокий, темноволосый, с очерченной уже лысиной, он попытался то ли улыбнуться, то ли скривиться. – Кущин Илья Борисович, в прошлом – мой сотрудник, – еще одно крепкое рукопожатие. – Ну а с Ярославом Анатольевичем вы определенно знакомы.

Повернуться к нему было сложно. Не так Саша представляла их первую встречу после расставания. Да она вообще ее не представляла! И видеть его сегодня тоже не планировала. К этому надо было готовиться! Как сейчас оказалось – надо было.

– Добрый день, – голос Яра звучал спокойно, и пальцы, в отличие от ее собственных, не дрожали, когда пришла его очередь приветствовать.

– Добрый, – лишь на секунду они встретились взглядами, а потом Саша опустила глаза, присаживаясь на кресло. Нет, она тут не для того, чтоб глазеть на Яра. Она должна разобраться во всем происшедшем. – К чему помпа? – мужчины последовали ее примеру, устраиваясь каждый на своем месте. Им принесли заказанный еще до ее прихода чай, сейчас оказавшийся как нельзя кстати. Нужно было смочить пересохшее вмиг горло.

– Я подумал, что нам комфортней будет разговаривать тут, чем в моем, прямо скажем, не самом большом кабинете.

– Это мое кафе. Тут нас никто не услышит, и не увидит, – Саша чувствовала, что Яр смотрит на нее, но оглянуться не рискнула. Побоялась снова утонуть в слишком голубых глазах.

– Я думаю, приступим сразу к делу, – Данилов бросил взгляд на Самарского, а потом на единственного, чье присутствие тут Саша пока объяснить себе не могла. Слово взял именно он.

– Знаете, Александра Константиновна, я давно уже отошел от дел. Не совсем, конечно, но все же. Но ваша история… – такое впечатление, что он собирался рассказать сказку. Добрую, уютную сказку, а не поведать, как и кто убил ее отца. – Николай представил меня своим сотрудником, но в данном случае, важно, думаю, не это. Я занимаюсь частным сыском, и несколько месяцев тому Ярослав Анатольевич нанял меня, для того, чтобы я выяснил, кто же такой, этот загадочный Шутов Аристарх Павлович.

– И вы выяснили?

– О да, Александра Константиновна, выяснил куда больше, чем хотел… Вы ведь знаете, что ваши родители развелись по инициативе матери?

Саша поежилась, но взгляд не опустила. Она готова была к тому, что разговор предстоит не из приятных. Пусть и не ожидала увидеть тут Яра и этого незнакомца, к чему-то подобному она себя и готовила.

– Да. Но как это касается Шутова?

– Ооо, непосредственно, госпожа Титова. Он и стал причиной этого развода. Это он – мужчина, ради которого Анастасия когда-то решила покинуть вашего отца.

«И вас…». Подсознание Саши закончило фразу за Кущина.

– Он когда-то работал водителем твоего отца, – эстафету перехватил Яр.

Ее мать ушла к водителю. Господи, это похоже на какой-то дешевый сериал.

– После развода они уехали в Америку, жили там. За то, что она не станет претендовать на тебя, Константин выплатил бывшей жене щедрую компенсацию.

– Насколько щедрую? – Саше вдруг стало интересно, сколько стоит предательство собственного ребенка? За сколько можно забыть о самом родном существе?

– Миллион. Долларов, – это должно было бы польстить. Вряд ли найдется много вещей, которые большинство из ныне живущих откажется сделать за миллион. Только логика Саши сработала по-другому. Не важно, занимаешься ли ты сексом за копейку или за десятки тысяч долларов. И в первом, и во втором случае – ты продалась, просто во втором случае – элитно. Так же не важно, предали тебя за тридцать серебряников, или да десяток миллионов. Элитно, но тебя все равно предали.

– И что, деньги закончились, вот он и решил получить еще?

– Нет, эти деньги твоя мать положила на счет на твое имя, – удивительное благородство! Только теперь оно казалось Саше скорей изощренным издевательством.

– Я понятия не имею ни о каком счете на миллион.