Селена. По следу Жезла - Наталья Корепанова

Лорд Джэффас улыбнулся:

– А теперь – марш на кухню! Мать уже устала ужин разогревать.

И мы пошли ужинать.

– Я сейчас удивляюсь терпению отца и мамы, – задумчиво проговорил Стэнн, садясь рядом со мной. — Быть родителями начинающего способного колдуна, который зачастую сам не знает, чего творит – тяжёлый труд. А они ведь ни разу не сорвались, не накричали, не наказали меня за мои опыты. Взять ту же стену…

– Да, родители у тебя классные! – согласилась я.

– Мы как-то с отцом вспоминали этот случай, и он мне признался, что ему тогда за ужином здорово от мамы попало, – улыбнулся Стэнн. – Она ему выговор сделала, сказала, что он меня загонял до того, что я на тебя кидаться начал. А отец ответил, что любому колдуну для развития нужны опережающие его возможности задачи, но такие, с какими он бы при некотором напряжении смог бы справиться. И если бы он сразу сказал мне, что и как надо делать, а я бы просто выполнил его указания, то в следующий раз, попав в трудную ситуацию, я бы сидел и ждал, кто же мне объяснит, что надо сделать. А так у меня получилась хорошая практика по принятию решений. И он прав. Для меня вся эта ситуация оказалась хорошим уроком.

– У тебя замечательные родители, – снова повторила я. – Тебе с ними очень повезло.

– Да, – согласился Стэнн. И, тряхнув головой, весело добавил: – А им – со мной.

– Тоже верно, – рассмеялась я. – Но от скромности ты точно не умрёшь.

Мы немного помолчали, слушая потрескивания костра. Стэнн следил за шашлыками и под его взглядом шампуры не спеша поворачивались, равномерно прожаривая мясо со всех сторон. Я же просто наслаждалась тишиной и спокойствием летнего вечера. А потом вдруг спросила:

– А когда я вчера исчезла, ты очень расстроился?

Сама не знаю, зачем я задала этот вопрос. Может, захотелось ещё раз убедиться в том, что мне здесь рады?

– Ну, как сказать… – замялся Стэнн. – Совсем немножко. Просто потому, что разговор прервался внезапно. Я же знал, что ты вернёшься, и у нас ещё будет время обо всём поговорить.

– И совсем не испугался, что я опять исчезну? – обиделась я.

– Совсем не испугался, – усмехнулся он. – Я знал, что всё будет хорошо.

– Откуда ты мог это знать?

– Это трудно объяснить, Селена. Просто знал и всё. Как тогда, в пещере, знал, что больше тебя не увижу. Ошибся, по счастью, но всё-таки разлука была чересчур долгой, ты не находишь?

– Нахожу, – вздохнула я. – А как ты тогда спасся? Я звала тебя, а ты не откликался. Я думала, ты погиб. Наверное, поэтому и решила больше не возвращаться.

– Я был рядом с выходом. Подземным толчком меня выбросило наружу, но при этом здорово припечатало головой о скалу. Я потерял сознание. Не знаю, сколько я пролежал, меня в чувство отец привёл. Он опять ощутил, что я в опасности, и примчался на помощь. Мы вместе начали разбирать завал. Особенно сложно было вытаскивать тот большой камень, который самым первым свалился. Просто испепелить мы его не могли: при этом бывает резкий выплеск тепла, а пещерка была маленькая, и отец опасался, что вместе с камнем и тебя сожжёт. Мы ведь не знали, на каком расстоянии от камня ты находишься. Целиком в проход он не входил, пришлось его дробить на куски и вытаскивать по частям. К тому же мы боялись тебя придавить, поэтому действовали очень медленно и осторожно. А когда его вытащили, оказалось, что рядом с нишей лежит второй такой же. Ну, с тем камнем отец быстро разобрался. Он-то уже понимал, что у тебя не было ни единого шанса. Это я всё на какое-то чудо надеялся. Но когда мы очистили всю пещеру, и я увидел, что тебя нет… – Стэнн немного помолчал и неохотно продолжил: – Честно говоря, я не помню, что со мной было. Отец потом уже рассказал, что всерьёз испугался за мой рассудок. Говорил, что я упал на колени, кричал, плакал, бил кулаками по полу и разбрасывал мелкие камушки, на нём оставшиеся, словно ты могла под ними спрятаться. А я просто сразу понял, что ты больше не вернёшься. И не мог с этим смириться. Отцу пришлось лорда Мэрраса вызывать. Вдвоём они меня как-то успокоили. Но улыбаться я не скоро начал.

– Ужас какой, – содрогнулась я. – Досталось тебе. Я-то намного легче отделалась: просто забыла всё, что было, да лифтов бояться стала. Хотя, если честно, у меня все эти годы было ощущение какой-то потери. Будто я живу не своей жизнью, а моя настоящая жизнь где-то заблудилась. Тоже не очень приятное ощущение. Но, с другой стороны, разве можно назвать «настоящей» жизнь в сновидении?

– Знаешь, если бы не тот случай, ты, скорее всего, давно бы жила здесь. Вся целиком. Я думаю, мы с отцом нашли бы способ тебя сюда перетащить. И была бы это вполне реальная твоя жизнь.

– Может быть, – вздохнула я. – Да мало ли, что могло бы быть. Этого не было, и жалеть об этом сейчас абсолютно бессмысленно.

– Да, конечно, – согласился Стэнн. – Но сейчас ты здесь и у нас ещё всё впереди.

Я грустно улыбнулась:

– У тебя – да. Вы же здесь, как мне помнится, до пятисот лет живёте. Я колдунов имею в виду. А простые жители сколько живут? Лет двести?

– Да, двести – двести пятьдесят.

– То есть даже для них твои пятьдесят пять лет – это всего четверть жизни. А для колдунов ты вообще ещё мальчишка. А у нас средний срок жизни – семьдесят лет. Так что, в сравнении с тобой, жить мне осталось не так уж и много.

И улыбнулась:

– Хотя, пожалуй, лет сорок еще протяну. А может, и больше.

– Ерунда, – отмахнулся Стэнн. – Переедешь к нам и будешь жить свои пятьсот лет, как миленькая. Я тебе теперь не дам так легко от меня сбежать.

– Да я и не хочу сбегать, – вздохнула я. – Лишь бы опять не исчезнуть.

– Не исчезнешь, – серьёзно сказал мой милый колдун. – Я не позволю.

Мы опять помолчали, глядя на вращающиеся шампуры.

– Я вот сейчас сижу и думаю: почему мне никогда в голову не приходило поучиться колдовать? Может быть, считала, что у меня это не получится? Даже после того раза с кирпичами уверенности не появилось. А ведь, наверное, могла бы тоже стать маломальской колдуньей. Я же сплю, а во сне многое получается легче, чем наяву. Но мне больше нравилось твоими успехами восхищаться, чем самой колдовать.

– А хочешь, научу? – сразу воодушевился Стэнн. – У тебя действительно есть способности, иначе бы и тогда не получилось.

– Прямо сейчас? – улыбнулась я, любуясь этим могущественным колдуном, умудрившимся так и остаться восторженным мальчишкой.

– Прямо сейчас! – согласился он. – С чего начнём?

Я помотала головой:

– Нет, давай колдовство на завтра оставим.

– Почему? – расстроился Стэнн.

Я взяла его руку и прижала к своей щеке. Было удивительно приятно чувствовать тепло его ладони.

– Знаешь, у меня настроение сейчас такое… – я замолчала, подбирая слова. – Мне так спокойно и уютно, как будто я после долгих и опасных странствий домой вернулась. Хочется вот так сидеть, смотреть на костёр, слушать твой голос – и всё. Даже шевелиться не хочется, не то что чему-то учиться.