Принц и гвардеец - Кира Касс

– За что?

Я не узнал собственный голос. Он вполне мог принадлежать пятилетней девочке, дымившей как паровоз с самого рождения.

– Тронешь меня хотя бы пальцем, будет еще хуже!

– Что?

– Я сказала, если ты…

– Да нет же, бешеная девчонка, я с первого раза отлично тебя расслышал. Я не понял, что ты хотела этим сказать?

У нее округлились глаза, и она застыла, зажимая рот рукой, как будто осознала, что совершила чудовищную ошибку. За спиной послышались торопливые шаги гвардейцев, и я вскинул руку, чтобы не подходили ближе, держась другой за пах.

Что я ей сделал? С чего она так вдруг…

Я сделал над собой еще одно усилие, потому что мне необходимо было это знать.

– Чего, по-твоему, я хотел?

Она опустила глаза.

– Америка, чего, по-твоему, я хотел? – потребовал я ответа.

Выражение ее лица сказало мне обо всем более чем красноречиво. Никогда еще я не чувствовал себя таким оскорбленным.

– Ты решила… Боже правый! Я джентльмен!

Я распрямился, хотя от боли из глаз летели искры, и двинулся прочь. Но на полпути обернулся:

– Зачем ты вообще предложила мне свою помощь, если так думаешь обо мне? – (Она ничего не ответила.) – Ужин тебе подадут в комнату. Я решу, что с тобой делать, завтра утром.

С этими словами я быстро, насколько это было возможно в моем положении, зашагал прочь. Мне хотелось поскорее очутиться от нее подальше, пока меня окончательно не одолели гнев и унижение. В ярости я хлопнул дверью своей комнаты.

В следующую же секунду постучался лакей:

– Я слышал, как вы вошли, ваше высочество. Принести вам что-нибудь?

– Льда, – выдавил я.

Он поспешил прочь, а я рухнул на постель, вне себя от бешенства, и, закрыв глаза, попытался переварить все произошедшее. Подумать только, а ведь всего за минуту до того я уже готов был открыться ей, впустить ее в свою душу.

А я-то думал, на этом первом свидании никаких сюрпризов ждать не приходится!

Я засопел. Лакей поставил поднос на прикроватный столик и быстро удалился.

С чего эта Пятерка вообразила, что может так вести себя со своим будущим королем? Будь у меня другой характер, ей не миновать сурового наказания.

Все, теперь она точно отправится домой. Черта с два я позволю ей после такого остаться во дворце!

Шли часы, а я по-прежнему не мог успокоиться, ломая голову, что я такого мог сказать или сделать. И каждый раз, прокручивая всю ситуацию заново, я вскипал от гнева. Ну и девица! С чего она решила, что может безнаказанно набрасываться на своего принца?

Я проиграл все это в голове никак не меньше сотни раз, но в конце концов раздражение сменилось чем-то вроде изумленного восхищения.

Или эта Америка вообще ничего не боится?

Не то чтобы я планировал проверять свою теорию, но мне было любопытно: многие ли девушки, попав в ситуацию, в которой они решили бы, что я хочу попользоваться ими, стали бы сопротивляться? Ради того, чтобы потом этим похвастаться, или из опасения, что отказ выйдет им боком.

Она же дала мне отпор мгновенно, даже не задумываясь о том, чем это для нее закончится. Несмотря на то что мои намерения были истолкованы ею абсолютно превратно, она постояла за себя. Это вызывало искреннее восхищение. Хотел бы я обладать такой силой духа. Может, если я с ней пообщаюсь подольше, то научусь этому.

Черт побери! Придется позволить ей остаться.