Вопрос любви - Изабель Вульф

— И ты похожа на ходячего Джексона Поллока[28], — сказал Хью.

— Ты не принесешь мне бумажное полотенце? — Он оторвал кусочек и вытер спину ее мешковатой черной футболки. — Черт, опять надо стирать. Ну ладно, — вздохнула она. — Случается, но по крайней мере она не все срыгнула на меня. — Теперь светлая головка Оливии уткнулась в грудь Фелисити. — Она так устала, моя малышка. Отнеси ее, пожалуйста, в кроватку, Хью, а я займусь столом.

— Я хотел налить себе выпить. У меня был трудный день.

— Нальешь после, — сказала она, вручая ему ребенка, — а вот она должна отправиться спать немедленно.

Хью взял девочку и деланно отдал честь жене.

— Вас понял! Спокойной ночи, тетушка Лора, — пискнул он, поднося мне ребенка для поцелуя. — Твоя викторина, кстати, удалась.

— Спасибо.

— Ее смотрят все наши знакомые, так что аудитория у тебя набирается приличная.

— Наверное. Вчерашний рейтинг был просто потрясающим для первых шагов шоу — почти три миллиона. «Отвоевали сегмент», как говорят в торговле.

— А ты видела заметку в «Стандард»?

— Да. Похоже, им понравилось.

— Еще как, — сказала Флисс. — И нам тоже.

— Quadrimum, — пробормотал Хью. — Мне это понравилось. Ну ладно, миссис Малышка, отправляемся наверх.

— Я все пытаюсь решить проблему со сном, — сказала Фелисити, когда я доставала из буфета вилки и ножи. — Она просыпается за ночь два раза. Это изматывает.

— А Хью не реагирует?

— Нет, до сих пор спит в свободной комнате.

— В самом деле? — Я подняла маленький носочек, украшенный вышивкой в виде гирлянды роз. — Он не возражает?

— Не думаю. Он не жалуется. Хотя это весьма странно, учитывая, что у нас не было, — она понизила голос, — ну, ты понимаешь, уже лет сто.

— В самом деле? — вежливо спросила я. Как я уже говорила, Флисс любит делиться со мной подробностями своей интимной жизни. Я всегда находила это трогательным, даже несмотря на то что сама такой откровенной не была, — просто у Флисс есть необходимость поговорить. Секреты так и льются из нее, как масло из танкера. Она полная противоположность Хоуп, которая всегда собранна и не дает волю чувствам.

— Ни одного перепихона, — уточнила она. — Ни разу после родов. — Она достала три тарелки. — Меня как-то не тянуло.

— Как-то это… рискованно, Флисс. Я бы им не пренебрегала…

— «О, детка, моя детка…»

По радионяне мы услышали, как Хью мурлычет песню Оливии, меняя подгузник.

— «Ты нужна мне, о как ты нужна мне…» — Мы слышали, как она заливается и булькает.

— Подумай, ведь он очень привлекателен, Флисс.

— «Но ты меня не замечаешь…»

Она засмеялась:

— Он слишком правильный.

— «Ты разбила сердце мне…»

— Да и кто захочет такого? — добавила она, зажигая камин. — Он даже не зарабатывает. Сидит целыми днями в гараже.

— «Ду-би-ду, би-ду-би-ду, ведь детка, моя детка…»

— Во всех книгах для родителей пишут, что надо обязательно опекать своего мужа.

— «Как скучаю по твоим поцелуям…»

Фелисити с укоризной взглянула на меня:

— Откуда ты знаешь, что написано в книгах для родителей?

— Ну… я… — Я кивнула в сторону книжной полки. — Я читала эту твою «Книжную няню» — обожаю справочники, — и там написано, что новоиспеченные мамочки не должны игнорировать… эту сторону своей жизни.

— «Ду-би-ду-би-ду-ду-би-ду-би-ду-ду-да-да-ду-би-ду-ду-би-ду-би-ду…»

— Не знаю, Лора, — вздохнула она. — Я прекрасно обхожусь без секса и совсем не страдаю без него.

— А я страдаю, — угрюмо призналась я, садясь за стол. — За три года меня только один раз обняли.

Фелисити достала три бокала.

— А это, прости, дурь! Я тебе говорила, что надо найти кого-нибудь.

— Ну как ты себе это представляешь? Я была слишком подавлена, добавь сюда полное отсутствие уверенности в себе — кому нужна такая? Да еще и с «багажом»? — холодно заключила я.

— Да, надо признать, в ситуацию ты, конечно, попала… неприятную. Послушай. А что ты думаешь о своем боссе? — спросила она, наливая заправку в миску с салатом. — Каждый раз, как он снимает трубку, когда звоню тебе на работу, я думаю: «Какой же приятный голос!» — а может, он просто меня загипнотизировал.

— Нет, Том — хороший человек. И у него действительно красивый голос, это правда. Я привыкла слышать его и не думаю о нем.

— Откуда он родом?

— Из Монреаля. Из англоговорящей части, хотя прожил там десять лет.

— Ну так что насчет его? — Я покачала головой. — Он тебе не нравится?

— Не в этом смысле.

Она начала перемешивать салат.

— То есть ты не находишь его привлекательным?

— Нет. Дело не в этом, он привлекательный. Даже очень привлекательный.

Она подлила еще заправки.

— А как он выглядит?

— Ну… в нем есть очарование эдакого простого парня. Каштановые, слегка редеющие волосы, большие голубые глаза, он среднего роста и сложения. Чем-то напоминает Тоби Магуайра.

— А ты ему нравишься, как думаешь?

— Боже, ну… не знаю. Вряд ли он думал когда-нибудь обо мне в таком ключе. Он… мне симпатизирует, и все.

— Он и ситуацию с Ником воспринял спокойно, да? — спросила она, закрывая бутылочку с французской приправой.

— Да. Оставался невозмутимым… как скала. Да и работаем мы вместе уже шесть лет — с самого начала, поэтому у нас гармоничные профессиональные отношения.

— Почему тогда не добавить сюда еще и личные?

— Ну, потому что: а) он мой босс, и это было бы по меньшей мере неудобно, и б) и не смей никому это рассказывать…

— Обещаю, — с серьезным видом сказала она.

— …он совершил кое-что ужасное, несколько лет назад. Я никогда тебе не говорила из соображений преданности ему, но, несмотря на его прочие достоинства, я считаю это… отталкивающим.

Глаза у Фелисити стали словно блюдца.

— Да что же он сделал?

— Бросил жену…

— Ох! — Она принялась снова перемешивать салат. — И что? Такое часто происходит. Вряд ли этот поступок так уж отрицательно его характеризует, Лора. Тебе надо быть более осторожной в суждениях.

— …через месяц после того, как у них родился ребенок. — Салатные лопатки зависли в воздухе.