Вот такое кино, или "Рабыня Изаура" отдыхает - Валентина Седлова

— Дана и Олег начнут волноваться, потому что его телефон не отвечает, но так как оба знают, куда он поехал, то ринутся туда вызволять друга…

— … по пути позвонив бизнесмену. Смотрите, как красиво получается: стоматолог с подельником обшарят Дениса, найдут у него лицензию на частный сыск и поймут, что дело нечисто, надо драпать. Либо убирать свидетеля. Они же не знают, что Денис работает в команде, а не в одиночку. Стоматолог, как более трусливый и рациональный тип, предложит бежать, его подельник будет настаивать на убийстве. Так и не придя к консенсусу, они погрузят бесчувственного Дениса, которому вкатили дозу наркоза, кстати, пусть подельщик анестезиологом будет — а? в багажник своей машины, как тут… Подруливает служба охраны бизнесмена, с ними Дана и Олег, и начинается разбор полетов. Бизнесмен забирает с собой преступников для приватного разговора по душам, Дана и Олег — Дениса. Бизнесмен в убедительных выражениях дает ребятам понять, что о событиях сегодняшнего вечера они должны молчать в тряпочку, иначе… Ребята клятвенно это обещают и, собственно, на этом все.

— А в финальной сцене, уже утром, в офисе, у Дениса разболится зуб, друзья примутся его уговаривать сходить к стоматологу, а Денис, само собой, будет категорически против. Тогда мягкосердечный Олег предложит выбить ему больной зуб, начнет гоняться за Денисом по офису с кувалдой в руках. В общем, что-нибудь в этом духе, а то какой-то хохмы хочется. Иначе слишком уж у нас финал грустный выходит.

— Раз хочется — значит, надо. Ну что, записываем историю?

— Уже, — отозвался Стасик, лихорадочно строчащий что-то в своем блокноте. Оторвался, поглядел на написанное и поставил жирную точку. — Все основные моменты зафиксированы.

— Вот и славно. Тогда, — я бросила взгляд на часы, — как вы смотрите на идею слегка перекусить, а все остальные находки заслушать после обеда?

Само собой, возражающих не было.

Мы дружной толпой поднялись и двинулись к лифтам, как вдруг раздался растерянный голос Летки:

— У меня, кажется, кошелек пропал…

Вот так номер! Только этого нам не хватало! Само собой, команда развернулась и двинулась обратно выяснять, в чем дело.

— Я же его перед началом совещания видела! Мне надо было зеркальце взять, я залезла в сумочку, и кошелек там был. А сейчас его нет! И я из кабинета не выходила, даже кофе себе сегодня не готовила. Значит, меня ограбил кто-то из вас! — Летка была на грани истерики.

Мне, честно говоря, стало не по себе. Воровство внутри коллектива — это серьезно. Если, конечно, Летка чего-то не напутала. Что ж, придется принимать кардинальные меры. Я плотно закрыла за собой дверь в комнату для совещаний и обратилась к команде:

— Ребята, предлагаю сделать следующее: мы все высыпаем на стол содержимое своих сумок и карманов. Никто чужой сегодня к нам сюда не забегал, поэтому если мы принимаем на веру то, что сказала Лета, выходит, что кошелек у кого-то из нас. Давайте разберемся с этим неприятным недоразумением и закроем эту тему. Я искренне надеюсь, что Лета ошиблась, и кошелек она потеряла в другом месте. Что скажете?

— А что тут говорить? — пожала плечами Рита и принялась вываливать на стол содержимое своего городского рюкзачка.

За ней то же самое сделали и остальные, хотя по выражению лиц своих коллег я видела, что происходящее им глубоко противно. Само собой, я не осталась в стороне от масс, и содержимое моей сумочки оказалось на столе среди прочего барахла.

Летка напряженно всматривалась в то, что мы выкладывали на стол из сумок и карманов, но кошелька своего, разумеется, так и не узрела. В моей душе исподволь поднималась злость на Летку: нельзя бросаться такими словами, если только не уверена в том, что вор — кто-то из своих. А теперь мы все из-за нее чувствуем себя так, словно на нас ушат помоев вылили. И тут… раздался растерянный голос Стасика, достающего что-то из кармана своего пиджака:

— Лета, это, кажется, твое?

Летка коршуном подлетела к Стасу, выхватила из его руки маленький дамский кошелек и со всей силы отвесила ему хлесткую пощечину.

— Лета, ребята, да вы что?!! Я не понимаю, откуда у меня это взялось!!! Вы что, всерьез думаете, что я мог пойти на такое? Зачем мне чужие деньги, когда у меня свои есть?! Вы чего?!

На Стаса было страшно смотреть. Его лицо шло красными пятнами, а руки дрожали. Он умоляюще глядел на нас, и я с ужасом и омерзением увидела, как Андрей отвел от него взгляд. Они что, и вправду решили, что это Стас? Они с катушек съехали?!

— По-моему, это чистой воды недоразумение. Стас, успокойся, никто тебя не в чем не…

— Вор! — завизжала Летка, сведя на нет все мои усилия по улаживанию конфликта. — Сволочь, мразь!

— Лета, успокойся сейчас же. Прошу тебя, криками и воплями мы правду не выясним, — чуть ли не по слогам произнесла я, в упор глядя на распсиховавшуюся Летку.

— Леточка, по-моему, все не так страшно, как тебе кажется, — поддержала меня Рита. — Может, это просто чья-то неудачная шутка, а ты так разволновалась.

— А ты бы лучше помолчала! — внезапно еще сильнее завелась Летка. — Конечно, ты теперь его покрываешь! Рыбак рыбака видит издалека!

— На что это ты намекаешь? — подобралась Рита, как тигрица перед прыжком.

— А на то и намекаю!

Быть бы тут женской драке, но слава Богу, мысль у нас с Андреем работала одинаково, и мы резво развели девчонок по разные стороны стола, пока они не вцепились друг другу в шевелюры. Андрей держал за плечи и успокаивал Летку, а я уговаривала Риту, что не стоит обращать внимание на слова расстроенного человека, который и сам толком не соображает, что говорит. Стас в это время без сил опустился на стул и сидел, уставившись невидящим взглядом куда-то в стену.

Я уже начала прикидывать варианты наиболее мирного решения проблемы, как тут Андрей потерпел оглушительное фиаско с Леткой. Оглушительное — в том смысле, что Летка неожиданно и что было мочи заорала на нас: НЕНАВИЖУ! А потом, всхлипывая, выскочила из комнаты. Следом поднялся Стас и с криком «постой, я все объясню» побежал за ней. За Стасом, не забыв смести в рюкзачок свои вещи со стола, выскочила Рита. И мы остались с Андреем вдвоем.

— Хреново, — пробормотала я, заново укомплектовывая свою сумочку.

— Думаешь, команда развалится? — осторожно поинтересовался Андрей, распихивая по карманам какие-то блокноты, ручки, складной нож и бумажник.

— После такого скандала — запросто. Если мы не разрулим этот конфликт за ближайшие пару дней, можно начинать мылить веревки. Если ты ненавидишь своих коллег по цеху — ты не сможешь с ними работать. Аксиома. А у нас тут — зона военных действий. Филиал Сектора Газа.

— А если Лета уйдет? Все остальные вроде друг с другом спокойно уживаются.

— Не хотелось бы, — ответила я, ничуть не покривив душой, и даже удивилась этому про себя. — Она — опытный сценарист, давно работающий в формате студии. Вы с Ритой — извини, я уж скажу начистоту, как есть, — пока еще только стажеры. Многообещающие, с отличными идеями, но до Леткиного уровня вам еще как минимум полгода, а то и год работы у нас. Понимаешь о чем я?