Пари на любовь - Вера Иванова

Пожав плечами, Макс вошел, сбросил рюкзак. Его никто не встречал, и это было странно. Хорошо хоть, впустили!

А ведь это был их с Даной двойной день рождения, и ради него он сбежал из лагеря и вернулся в Москву на электричке.

Пришлось соврать вожатому, оставив записку, что его забрали родители, — проверить невозможно, родители далеко, во Франции, а лагерный приятель обещал прикрыть и все подтвердить.

Всю дорогу юный зоолог спрашивал себя — стоило ли так рисковать. Соскучился ли он по Дане. И понимал, что ответа нет. Вроде бы и соскучился, а с другой стороны… Романтический угар первых месяцев миновал, и характер его подруги проявился в полную силу. Оказалось, что в искусстве изводить окружающих она не знала равных.

Домашний зверинец Максима катастрофически сократился — Дана всеми правдами и неправдами заставила избавиться от большинства зверей. Вспоминая о том, как она в первый раз закатила скандал, требуя раздарить или продать животных, Максим поежился. В тот день он впервые понял, что выяснение отношений путем дикого визга и непередаваемых оскорблений бывает не только в кино.

В богатом арсенале девочки кроме грубого запугивания оказались и другие методы: занудное умасливание, мягкий шантаж, тупое бойкотирование. Она изводила Максима, пока тот не сдался и не раздарил животных знакомым, оставив себе только попугая и черепаху, которых, на время его отсутствия в лагере, Дана милостиво согласилась приютить у себя..

И сейчас он с нетерпением ожидал встречи — но со зверями, а не с Даной.

Нащупав выключатель, Максим включил в прихожей свет. На тумбе под зеркалом лежал скомканный сверток и небрежно выдранный из тетрадки листок с коряво выведенной надписью: «Макс, с Днюхой!» Вместо подписи на поздравительном послании злобно скалилась пиратская эмблема — череп и кости. Странная шутка. Но на сердце потеплело — Дана все-таки приготовила подарок.

Однако не совсем в своем стиле: она любила многословные, цветистые, слащавые поздравления, дорогие открытки, блестящую упаковку..

Заинтригованный Максим распаковал сверток — это оказалась новая футболка, и как раз такая, о которой он давно мечтал. Подобную он видел у одного парня на зоологической олимпиаде — футболка была вся изрисована следами диких животных Восточной Африки — настоящая маленькая саванна на собственном животе. Вот эти три следа — гиена, или физи, как называют их местные жители.

Тут прошелся лев, от которого спасалось бегством стадо антилоп, а здесь промчался страус. Прямо на животе пристроилось семейство слонов, а это кто же. Ну конечно, кафрские буйволы. Нашлось место для жирафов и носорогов… Раздолье следопыту.

Дизайнер, придумавший картинку, просто гений — сама по себе идея отпечатков различных частей тела очень плодотворна.

Можно, например, изобразить отпечатки носов… Или ушей… Или клювов, клыков и когтей. Или губ своих поклонниц… Кстати, надо бы так и посоветовать Сане Юбкину. И как это Данка догадалась, что он хочет именно такую?.

Недолго думая, именинник надел футболку поверх своей, вытащил из рюкзака букет. И тут в дверях появилась Дана — невыспавшаяся, растрепанная.

— Откуда ты взялся? Кто тебя впустил? — неприветливо буркнула она.

Однако ей не удалось вывести Максима из себя — он знал, что невыспавшаяся Дана ужасна.

— Дорогая, поздравляю! — широко улыбаясь, именинник обнял Дану, чмокнул в щечку и вытащил из-за спины букет. — Это тебе! Лично собирал в экологически чистых лугах Подмосковья. А если не понравится, Цицерон с Матильдой съедят. И спасибо за шикарный подарок! — он гордо выпятил грудь.

— Ты о чем? — недоуменно воззрилась на него Дана.

— Оказывается, ты умеешь исполнять желания! Правда, открытка на этот раз была немного странная. И я не совсем понял, что означает пиратская эмблема…

— Может, все-таки пояснишь, о чем речь? — начала раздражаться Дана.

— Ладно-ладно, нечего прикидываться! Я рад, что у тебя открылся вкус к приколам.

— Ах, да, у тебя же тоже день рождения, — спохватилась Дана. — Поздравляю!

Но Максим уже не слушал.

— А теперь, если не возражаешь, я бы хотел услышать: «Доброе утро, господин граф!» — сообщил он и пошел в комнату Даны, куда три недели назад принес клетку с попугаем.

Голубая норка

Но поздороваться с другом Максиму не удалось: сдернув покрывало, именинник обнаружил, что клетка пуста.

— Ах ты, паршивец! И когда успел вылезти?

Подзывая попугая, Максим обошел комнату и осмотрел все углы — Цицерон не отзывался. Дана следила за ним настороженным взглядом. А когда Максим подошел к платяному шкафу, подскочила, схватила за руку.

— Не открывай! Его там нет!

— Ты уверена?

— Да! — она оттолкнула парня, но дверца распахнулась сама собой.

Макс заглянул внутрь и оторопел. Перед ним на плечиках висел полушубок. Легкий, нежный, переливчатый мех струился мягкими складками. Голубая норка…

Его затрясло. Он медленно повернулся к Дане, тяжело посмотрел на нее:

— Чье это? Твое?

— Ага, — Дана испуганно отступила.

— Где ты взяла эту гадость?

— Гадость?! Да что ты понимаешь! Это же голубая норка, не видишь?!

И тут Максим не выдержал.

— Вот именно что вижу! — взорвался он. — Убивать зверей только ради того, чтобы дуры вроде тебя красовались перед другими такими же дурами!

— Дуры? Для тебя все нормальные люди дураки! Ты замечаешь только животных! И думаешь только о животных! А человек тебе безразличен! — вспыхнула Дана.

— Не забывай, что человек — тоже животное! А вот тебе, по всей видимости, безразличен я! Ты же знаешь, как я к этому отношусь! Как ты могла?

— А почему это мои подруги могут носить красивые вещи, а я — нет?

— Потому что твои подруги такие же надутые курицы!

— Нет, не поэтому. Просто у них нет приятелей-придурков!

— Почему же ты сама встречаешься с таким придурком?

— Потому что не так давно он клялся мне в вечной любви! «Я сделаю все, чтобы ты была счастлива!», «Ты никогда не пожалеешь!» Что, не твои слова?

Максим хотел ответить и запнулся. Дана права. Он и в самом деле так говорил! Но как же изменилось все за это время! Или не изменилось, а просто он не знал Дану раньше?

Да, неплохой день рождения получается. Как же, блин, вышло, что они оказались друг другу совершенно чужими. У них же абсолютно ничего общего. Даже внешне Дана уже не привлекала его — последнее время она объедалась сладким и сильно поправилась. К тому же больше не стеснялась быть при нем неряшливой, перестала следить за собой — могла появиться в давно не стиранных, бесформенных штанах, рваных шлепанцах… Не забывая при этом размалевать лицо до тошноты ярким макияжем.