Внебрачный сын Миллиардера - Арина Громова

Вот и все. Тайна, которую я так берегла, больше не тайна вовсе.

На мгновение я застыла. Но действительно только на мгновение. Не подавая вида я постаралась собраться и, прикрыв лицо сына капюшоном его курточки, прижала голову малыша к своему плечу.

Каримов ни в коем случае не должен увидеть Артема! И вообще, что он здесь делает? В спальном районе, где живет моя подруга.

Он следил за мной. Иного варианта просто не было.

– Что ты здесь делаешь? – резко спросила я, поправляя капюшон Артема, будто спасая от ветра, а на самом деле прикрывая личико от ненужных глаз. – Ты следил за мной?

– Это еще кто? – проигнорировал мой вопрос Каримов, задав встречный свой. Выглядел он при этом крайне озадаченным, может, даже слегка шокированным.

Конечно, я могла соврать, придумать, что это сын подруги, но почему-то врать я больше не хотела.

Но и говорить правду полностью тоже.

– Это мой сын, – с гордостью ответила я, заметив, как вытянулось его лицо.

– Твой сын? – он подошел ближе, вынудив меня отойти на шаг назад. – И давно ты его родила? Когда успела?

– Успела! Я должна перед тобой отчитываться?

– М-да, шустро ты, – он заложил ладони в карманы брюк и, словно оценивающий добычу хищник, подошел еще ближе. – Ему же года два, не больше.

– Два года и три месяца, – хрипло поправила я, ощущая себя загнанной жертвой.

– Два года и три месяца? – переспросил он и нахмурился.

Я понимала, что ему легко будет сложить два и два, но скрывать возраст Артема тоже было бы нелепо. Он все равно узнает, если захочет.

Хочешь предупредить чужую бурю – стань зачинщиком своей.

– Это сын Дениса, – соврала я, даже не моргнув.

– Твоего бывшего? Того ушлепка-неудачника? – судя по скривившемуся в гримасе брезгливости лице он был неприятно удивлен. – И когда только...

– Давай, осуди меня еще! – вскинулась я, отыгрывая свою роль. – Ты бросил меня, выгнал без всяких объяснений из дома! Мне некуда было пойти.

– И ты решила податься к нему?

– Ну ты же наверняка пошел потом в своей Илоне!

– Илона? Она-то здесь при чем?

– Давай закроем эту тему, хорошо? Мой сын очень устал и хочет спать. По твоей, кстати, милости. Ты же вытянул меня из страны непонятно куда и непонятно зачем. Дай пройти, – я толкнула его плечом и, подойдя к ожидающему такси, посадила малыша в детское кресло.

Мне казалось, что все получилось.

Ну да, вот так стихийно он узнал об Артеме, но рано или поздно это все равно бы произошло. Хорошо, что я вовремя нашлась и придумала эту дурацкую историю про бывшего Дениса. Хоть зачем-то этот ужасный эпизод моей жизни пригодился.

Всю дорогу до дома я постоянно оборачивалась, ожидая преследования. Но, конечно, до нас никому и дела не было. Я была и рада, и в самой глубине души не рада всему, что произошло. Получается, я только что опорочила саму себя, придумала близость с Денисом, которой никогда не было. Ну лучше так, чем если бы у него закрались какие-то сомнения. Надеюсь, я быстро их развеяла.

Неужели мы с Артемом теперь в безопасности? Не верилось. Хотя верить очень хотелось.

Хоть я и обещала Артему пойти в парк, но приехав домой ощутив тепло родных стен, я неожиданно для самой себя вырубилась в обнимку с сыном на диване. Бессонная ночь и перелет дали о себе знать. И разбудил меня настойчивый звонок в дверь.

Выпутавшись из объятий сынишки я устало поднялась с диванчика и, зевая, направилась в прихожую. Нашла на обувнице ключ. А когда открыла дверь, сон моментально пропал.

По ту сторону стоял Каримов...

– Это мой сын? – резко спросил Рустам и двинулся вперед, заставляя меня рефлекторно отшатнуться назад. – Все сходится. Отвечай!

Я вздрогнула, но быстро взяла эмоции под контроль, скрестила руки на груди, будто пыталась защититься от подавляющей ауры Каримова.

– Тише, – прошипела я. – Прекрати орать. Ребенок спит. Еще очень рано…

– Два года и три месяца, – жестко отчеканил мужчина, продолжая надвигаться на меня, в полутьме коридора его черные глаза полыхали каким-то абсолютно безумным, инфернальным огнем. – Рано? Черт раздери! Это поздно. Я потерял столько времени. Пропустил его первые шаги, первые слова. Дьявол, как ты посмела скрыть от меня ребенка?