Сводный гад - Эля Пылаева

Просыпаюсь я от того, что мы стоим. И стоим довольно долго. Машина несколько раз заводится, «приседает» от напряжения, но с места не двигается.

Открываю глаза. Темно. В наушниках моих давно тихо. Фары освещают размытые колдобины. Дождь заливает лобовое.

Царевна шипит на Эдика, а он в ответ отчитывает её.

Глушит движок.

— Не ори на меня! — закрывает ладонями лицо.

— Чо происходит? — тянусь я, хрустя позвонками.

— Надо папе звонить! — поднимает свой телефон, ловя связь.

Бросаю взгляд на экран своего. Одно деление на зарядке, я последний раз у Мара заряжал. Свою зарядку не взял. Связи нет вообще. Выключаю телефон, чтобы сэкономить заряд.

Открываю дверь, выглядывая наружу.

— Пизде-е-ец…

Колёса до середины утоплены в грязевую кашу.

— Ну, чего, Рафинад, — толкаю слегка кулаком в сиденье Эдика. — Пошли толкать или растаешь?

— Мы её не вытолкаем.

— Ну попробовать же надо.

— Смысл? Утонем в грязи только, вымокнем, замерзнем. И через пару метров буксанем снова. Надо ждать связи или утра.

— А какого хера мы сюда заехали, подскажите??

— Ярославна заблудилась.

— А ты куда смотрел?

— А ты?!

Ну да…

— Мне надо в туалет, — жалобно пищит Яська.

— Ну иди, — пожимает плечами Эдик. — Я же за тебя не схожу.

Она открывает дверь.

— Я не могу, тут грязь по колено.

— И что ты предлагаешь? — цедит Эдик, злясь на неë.

Открываю дверь, вытаскиваю из-под ног резиновый коврик. Наступаю на него, быстро перепрыгивая из грязевого вала на траву. Мгновенно промокаю насквозь. Холодно…

Яся открывает дверь, подсказываю ей с ковриком, подаю руку. Вытаскиваю тоже на траву.

Дачи какие-то заброшенные…

— Я ничего не вижу.

— Не ходи далеко…

Сам отхожу к ближайшему сломанному забору. Темнота, хоть глаз коли. Светят только наши фары. Толкаю дверь в заборе. Закрыто.

Разбегаясь, толчком выбиваю замок. Нам нужен топор, ветки под колёса, а потом пробовать её вытолкнуть. Но в темноте попробуй отыскать топор.

— Иван!! — слышу, как кричит растерянно Яся.

— В машину сядь! — кричу в ответ. — Замерзнешь!

Нащупываю навес для дров. Отыскиваю топор. Возвращаюсь в машину.

Яся стучит зубами.

— Включай обогреватель, Ясь.

— Мне кажется у нас мало бензина.

— Тебе кажется, Ясь?! — взрывается Эдик.

Да, мне тоже хочется на неё поорать, что она идиотка. Но что это изменит?

— Давай, заводи! Эдик, вперёд. Будем толкать.

Выхожу под дождь. Сдавленно матерясь, выходит следом.

Раскачиваем тачку, пытаясь вытолкнуть, тонем в грязи по щиколотку. Но эта махина такая тяжёлая! И зад у неё неудобный.

Убиваемся с полчаса.

Срываем её с места. Яся проезжает два метра, и тачка снова тонет в ещё большей луже. Проминая настеленные ветки.

Засада!

— А я говорил!! — перекрикивает дождь Эдик.

— Давай ещё.

Обессиленно ложимся спинами на зад тачки.

— Я больше не могу, — качает головой Эдик. — Лучше бы в машине сидели. Сейчас мокрые околеем до утра.

В машине сидели… Там родоки поди уже кукухой поехали. Надо было попробовать!

— Вань? — открывает дверь Яся. — Что делать?

— Ладно. Утро вечера мудренее.

— Ну вот как сейчас внутрь? — осматривает себя Эдик.

Забираю из тачки свою сумку. Помогаю выйти Ярославне, переношу её через грязь.

— За мной!

Завожу их в выбитые ворота. Чуть дальше от забора небольшой домик. Дверь забита доской. Отрываю доску, выбиваю дверь. Кроссовки снимаю, выставляя на крыльцо под дождь. Открываю им демонстративно дверь пошире.

— Ну чего ждём? Добро пожаловать…