Родной. Чужой. Любимый - Лили Орландо

Внутри было светло и пусто. Яркие лампы освещали плакаты с внутренним устройством кошек и собак, дистрофией и ожирением разной степени, рекомендации по рациону питания и прочие необходимые памятки для хозяев домашних питомцев. Пахло антисептиком, лекарствами и ещё тем особым ароматом, который сопровождает присутствие разных животных в одном месте.

Помещение было не слишком большим, и что немаловажно, чистым. В одной из бюджетных клиник, где я отрабатывала практику, углы были забиты клочьями состриженной шерсти, и невыносимо пахло экскрементами. Это была самая долгая и мучительная неделя за всю мою учёбу. Неудивительно, что большинство владельцев животных второй раз туда не возвращались.

– Здравствуйте, – произнесла я в пустоту. – Здесь есть кто-нибудь?

Никто не ответил. Я огляделась вокруг.

В помещении стояли два стола для осмотра, один слева от двери, второй по центру комнаты, ещё рабочий стол доктора с ноутбуком, шкаф, комод, холодильник, стиральная машинка и две большие клетки, стоявшие одна на другой.

Напротив входа расположилась ещё она дверь, того же тёмно-коричневого цвета, который гармонировал со светлыми стенами песочного оттенка. Наверняка за этой дверью находится подсобка.

Я уже собралась было направиться туда, как вдруг снова дзинькнул колокольчик.

– Помогите! – внутрь ворвалась испуганная женщина с левреткой на руках. Пёсик тоненько поскуливал, задняя лапка и живот были испачканы кровью, как и одежда хозяйки. – Помогите, пожалуйста!

Обе, и собака, и женщина, находились в шоке.

Я тоже растерянно обернулась к двери в подсобку, полная решимости найти врача и потребовать, чтобы нуждающимся оказали срочную помощь, но не успела сделать и шагу. Дама ухватила меня за руку, оставляя кровавые следы.

– Прошу, помогите нам.

Крови было много для такой маленькой собачки, и я не стала больше медлить.

– Что у вас случилось?

– Малинка неудачно спрыгнула с кровати и сломала коготок…

Я нашла взглядом упаковку пелёнок, расстелила одну на столе и велела хозяйке уложить туда собаку. Малинка испуганно дрожала, скулила и брыкалась.

– Зафиксируйте её, – потребовала я, осматривая лапы.

Да уж, увиденное не порадовало. Вот как можно любить питомца и при этом так его запустить? Когти были почти сантиметровой длины и загибались как у хищной птицы. Вот бы саму эту даму заставить отрастить такие на ногах, а потом пусть прыгает с кровати.

Вместо одного из когтей на задней лапке зияла сочащаяся кровью лунка. Я наугад открыла верхний ящик комода и поздравила себя с верной догадкой – бинты хранись здесь.

Отрезала кусок, сложила несколько раз и наложила на рану.

– Зажмите рукой, – велела хозяйке.

Женщина сдавила лапу, и собачка вскрикнула от боли.

– Не так сильно! – возмутилась я. – Нам нужно только остановить кровь, а не сломать ей лапу.

Пока обе пациентки всхлипывали на столе, я провела ревизию шкафа и холодильника. Нужный антибиотик нашла довольно быстро, шприцы лежали в том же верхнем ящике комода, а вот когтерезку ещё пришлось поискать. Но мой дедуктивный метод сработал и тут: она лежала рядом с ноутбуком.

– Когда вы в последний раз постригали когти Малинке? – я приблизилась к женщине, хищно щёлкая когтерезкой.

– А их нужно стричь? – у неё округлились глаза.

– Обязательно, – твёрдо произнесла я. – Сейчас остановим кровь, сделаем «блокаду» из новокаина с антибиотиком и обрежем когти. Я покажу вам как, потом сможете делать сами дома или приходите сюда раз в две-три недели.

– Вы что тут делаете? – сонный мужской голос застал меня врасплох как раз в том момент, когда я вводила тонкую инсулиновую иглу между пальчиками левретки, сюсюкая и убеждая Малинку в том, что она очень смелая и решительная девочка.

Я не позволила руке дрогнуть, завершила «блокаду» и только после этого повернулась к мужчине.

Он был высок, широкоплеч и бородат. Тёмные волосы взлохмачены, глаза заспанные, белый халат измят, как будто мужчина в нём спал. Впрочем, наверное, так оно и было.

Я догадалась, что это местный доктор, и смутилась. Ведь я проникла в чужую клинику и лечу чужого пациента. Но тут же разозлилась. Это он должен смущаться, что спит на рабочем месте.

– Оказываю первую помощь вашему пациенту! – я подняла голову, точнее задрала высоко вверх, чтобы посмотреть в глаза бородачу. Было уже понятно, что на работу меня здесь не возьмут. Кому нужны такие наглые выскочки? Но хоть выскажу этому типу всё, что думаю: – Вы, наверное, хорошо вчера погуляли и теперь отдыхаете, а животные должны истекать кровью, пока вы выспитесь?

Я ожидала, что он разозлится. Но вместо того, чтобы наорать на меня и выставить вон, мужчина подошёл и остановился рядом, с любопытством глядя на отсутствующий коготь на собачьей лапе.

Я отошла в сторону, уступая ему место, но бородач вдруг замахал руками: