Рядом с Адамом - Энн Мэтер

– Ларри, это Мария, сестра Адама.

– Привет! – обрадованно воскликнул Ларри. – Молодец, что позвонила. Я приеду?

– Приезжай, – согласилась Мария.

Ларри приехал через полчаса.

– Привет, – оскалился он, когда Мария открыла ему дверь. – Я уже думал, что ты обиделась или еще что-нибудь. Твоя экономка так неприветливо со мной обошлась! Она сказала, что ты очень занята и не хочешь, чтобы я тебя беспокоил.

– Ой, извини. Это она перепутала тебя с другим человеком, – на ходу сочинила Мария. – Слушай, как здорово, что ты оказался дома!

– Угу, – кивнул Ларри, с восхищением глядя на Марию в алой блузке и узких кремовых брючках. – Я собирался в клуб – поиграть в теннис. Хочешь, поедем вместе? Ты играешь в теннис?

– Да-да, играю, – обрадовалась Мария. – Подожди минутку, я только переоденусь.

– О'кей. – И Ларри вразвалочку пошел в гостиную.

Мария помчалась наверх. Там она переоделась в короткую белую тунику, которую обыкновенно носила с ярким кушаком. Но без него она как раз годилась для такой подвижной игры, как теннис.

– Красиво, – с одобрением присвистнул Ларри, когда увидел Марию. – В клубе ты произведешь сенсацию. К нам редко приходят новенькие.

Теннисный клуб Блейкли был закрытым заведением, членами которого являлись самые богатые представители среднего класса, проживающие в округе, и их дети. Марии еще не доводилось бывать в таких местах. Ларри представил ее как сестру Адама Мэсси, и ее естественная красота, свежесть и непосредственность действительно произвели большое впечатление на мужскую часть клуба.

Любопытные взгляды столпившихся вокруг корта зрителей заставляли Марию нервничать, она плохо играла, и первый матч с Ларри окончился для них поражением. Зато второй матч они выиграли, и Ларри пригласил всех в буфет чего-нибудь выпить. Проигравших звали Эвелина Джеймс и Дэвид Халлам. Отец Эвелины был менеджером в банке, а отец Дэвида – адвокатом. Общительный и веселый Дэвид сразу понравился Марии. Позже, когда он поинтересовался, что она делает сегодня вечером, ей очень хотелось ответить, что ничего особенного, но неподалеку паслась Эвелина, которая не сводила с Дэвида ревнивого взгляда. На прощанье он шепотом пообещал позвонить в начале следующей недели.

– Надеюсь, ты не будешь против? – осведомился он.

– Нет, – улыбнулась Мария.

Когда они сели в машину, Ларри спросил:

– О чем вы так задушевно беседовали с Дэвидом?

– Так, ни о чем. Он расспрашивал меня об Ирландии, я ему рассказывала о своей жизни. Ничего особенного.

– Тебе не кажется, что это слегка нечестно, а? – Он говорил обиженным тоном.

– Что? – невинно удивилась Мария.

– Заигрывать с двумя парнями сразу. Я привез тебя сюда, а теперь жалею об этом. Я бы не хотел, чтобы Дэвид был моим соперником.

– Не говори глупостей, Ларри. Если хочешь знать, он пригласил меня на свидание, но я отказала. Я сказала, что тебе это не понравится. А с твоей стороны нечестно ко мне придираться.

– Ох, извини, – смутился Ларри. – Может быть, сходим, сегодня вечером в театр? А потом поужинаем в ресторане. Здесь недалеко есть отличный ресторан.

– Не знаю, Ларри… – неуверенно ответила Мария. – Я не знаю, какие планы у Адама, понимаешь… Я боюсь, он рассердится, что меня вечером не будет дома. Мы так давно с ним не разговаривали! Позвони мне, пожалуйста, завтра. Может быть, завтра вечером Адам куда-нибудь уедет, а мы с тобой сходим в театр.

Недовольный Ларри высадил ее у дома, и его автомобиль с ревом умчался прочь.

Бесшумно отворив дверь, Мария на цыпочках вошла в дом. Она остановилась в холле и прислушалась: ниоткуда не доносилось ни звука. Она заглянула в кухню, в столовую – везде было пусто – и отправилась в гостиную, где тоже никого не оказалось. Наверное, Адам переодевался в своей комнате наверху. Она бросилась со вздохом на диван, скинула теннисные туфли и стала производить ногами некую гимнастику. И тут возник Адам. Скрестив руки на груди, он встал в дверях, загадочный и неприступный, в темно-синем костюме и бледно-голубой рубашке с галстуком.

– Явилась наконец, – холодно заметил он. – Где ты была?

Расслабленно откинувшись на спинку дивана, Мария обозревала его сквозь опущенные ресницы. Она решила, что запугать себя не позволит. Прошло то время, когда ей можно было читать нотации.

– В теннисном клубе. С Ларри. Мы очень мило провели время.

Адам нахмурился. Мария улыбнулась и подумала, что ей нет никакого дела до Адама и его настроения. Слава богу, она достаточно общительна, чтобы завести себе друзей и весело проводить время.

– Он опять приезжал сюда? – спросил Адам.

– Да. Я позвонила ему и попросила заехать за мной.

– Ты?! – опешил Адам. – Ты сама ему позвонила?

– Конечно. Он же звонил мне до этого. Целых два раза.

– Откуда ты узнала?

Адам медленно подошел к дивану и навис с грозным видом над развалившейся Марией. Она поняла всю уязвимость своей позы и села прямо.

– Не волнуйся, миссис Лейси не намеренно нарушила твой приказ, это я выпытала у нее признание. А что мне оставалось? Она пошла навестить сестру, я умирала от скуки. Тебя не было…

– Я обедал с Лорэн, – быстро сказал Адам. – Я же не могу все время сидеть дома только потому, что тебе скучно. Мы еще вчера договорились с Лорэн о встрече.

Мария насторожилась:

– Обедал с Лорэн? Где, в ресторане?

– Нет, у нее дома.

– А потом что ты делал?

– Ничего особенного, – пожал плечами Адам.

– Как мило! – нахально заметила Мария.

Это короткое замечание вызвало у Адама приступ бешенства. Он схватил Марию за подбородок и рывком поднял вверх ее лицо, едва не оторвав ей при этом голову.

– Не твое дело, чем я занимаюсь до, во время или после обеда! – прошипел он, глядя ей прямо в глаза. – И не забывай о нашем соглашении – насчет дисциплины.

– Ты не можешь запретить мне иметь друзей! – Мария не без труда вырвала свой подбородок из его цепких пальцев. – Ты хочешь сделать меня такой несчастной, чтобы я сама сбежала домой. Ты хочешь, чтобы после твоих издевательств жизнь в Килкарни показалась мне раем. Может быть, ты хочешь, чтобы я скорее вышла замуж?

Адам даже растерялся.

– Да нет же! – воскликнул он. – Если бы я этого хотел, разве я просил бы своего секретаря тратить время на наведение справок по поводу колледжей? О, Мария! Ты просто невозможна!

– Ну спасибо. – Мария с несчастным видом уставилась в пол. – Я невозможна. Но и ты, между прочим, тоже. – Вдруг ее осенило. – Адам, ты опять уходишь?