Сезон воронов - Соня Мармен

– Думаю, он выглядит вот так, – пробормотала Марион, разглядывая плод своих усилий. – Но за полное сходство не ручаюсь. – Она свела тонкие брови, наморщила нос и поджала губы. – М-м-м… Даже не знаю…

Она послюнила палец и аккуратно похлопала им по рисунку.

– Зачем это, Марион? – озадаченно спросила я.

– Случайная оплошность! Капля упала и чуть-чуть размазала рисунок! Зато так намного лучше, – заявила она, разглядывая свою работу. – Теперь отличить подделку будет труднее!

Ее сообразительность заставила меня улыбнуться.

– А ты что скажешь, Дункан? О!

Я проследила за удивленным взглядом Марион. На моем сыне был плед с цветами Гленлайона, на плече блестела брошь Кэмпбеллов. Он стоял, прислонившись к стене и скрестив на груди руки, и с несчастным видом смотрел на нас.

– Только прошу, не надо комментариев!

* * *

Тени становились все длиннее, не давая забыть о неумолимом ходе времени. Страх прокрался ко мне в душу, посеял в ней сомнение. Тысячи вопросов теснились в голове. Что, если… А вдруг… Точно ли… Больше часа прошло с момента отъезда Лиама в Даннотар. Дункан с Марион и двумя мужчинами из дома Китов еще раньше отправились в трактир в Стоунхейвен.

Я не сводила глаз с солнечного зайчика, танцевавшего по столешнице декоративного итальянского столика из синего мрамора с белыми прожилками. Солнце садилось за Грампианские горы, и последние лучи его, отражаясь от хрусталя бокалов, быстро угасали.

Сара протянула мне бокал кларета и, хмурясь и вздыхая, опустилась в кресло напротив. Я набрала в грудь побольше воздуха и пригубила красный, как кровь, напиток.

– Все будет хорошо, – сказала она.

Я задумалась, кого она надеется успокоить этими словами – себя или меня? Я посмотрела на клетку у окна. Маленький соловей умолк и теперь сидел на березовой ветке и приглаживал перышки. Я попыталась сосредоточиться на птичке, чтобы отвлечься, но у меня ничего не вышло. Перед глазами стоял зловещий силуэт Даннотара.

Этот замок-крепость в свое время построили на месте древнего святилища пиктов – высоком плато на полуострове, почва которого состояла из гальки. Такую землю здесь принято было называть «пудинг». Каменный донжон был возведен в XIV веке сэром Уильямом Китом, маршалом и хранителем королевской сокровищницы Шотландии там, где прежде обретались остатки старинной деревянной цитадели, которую сжег в свое время национальный герой Уильям Уоллес. В 1297 году он возглавил восстание многих кланов против английского короля Эдуарда I с тем, чтобы освободить Шотландию. Деревянную крепость он сжег вместе с гарнизоном, отказавшимся сдаться.

За последние несколько веков было возведено еще несколько построек. У крепости был только один вход – через дно оврага, который соединял возвышенность с «большой землей». По этой дороге невозможно было пробраться так, чтобы не привлечь внимание часовых. С трех остальных сторон были обрывы высотой много десятков метров – неодолимая преграда для большинства смертных. Бытовало мнение, что взять Даннотар без тяжелой артиллерии и долговременной осады, которая приведет к голоду среди его обитателей, невозможно. Шестьдесят лет назад Кромвель преуспел в этом только после многих месяцев терпеливого ожидания. Но, как заметил Лиам, один вход и один выход – это опасность не только для наемников, но и для нас… Если Маккей и его люди раньше времени разгадают обман, Лиам, Дункан и остальные тоже окажутся в западне…

Голос Сары громом прозвучал у меня в голове, отвлекая от тяжелых размышлений. Она предлагала мне кусочек холодной жареной курицы, которую только что принесла Роззи. Что ж, еда могла порадовать мой желудок, но чем обрадовать разум? Я взяла куриное бедрышко и без особого аппетита принялась есть.

В комнату вошла горничная Эйлин и положила на письменный стол связку свечей, когда явился Говард, мажордом.

– Из Перта прибыл посыльный, миледи, и спрашивает лорда Данна, – объявил он. – Я сказал, что господин отлучился на несколько дней. Тогда он сказал, что желал бы поговорить с вами. Говорит, что это срочно.

– Его имя?

– Мистер Гордон, миледи.

– Мистер Гордон? Ведите его сюда, Говард! Мы его заждались.

Я наблюдала, как хорошенькая Эйлин вынимает из канделябров огарки свечей и заменяет их новыми. Лицо Сары просветлело. При виде посетителя она вскочила на ноги и протянула ему руку.

– Мой дорогой Уильям! Как давно вы не заезжали в Феттерессо!

– Прошу меня простить, миледи, но я был болен.

– Насколько я вижу, вы поправились!

– Дела не ждут, моя дражайшая леди Данн! В такое время никто не может позволить себе болеть слишком долго!

По спине моей пробежал холодок. Этот голос… Гордон, Уильям Гордон… Посыльный графа Маришаля! Тот самый юноша, который пытался угрозами выудить у меня сведения о заговоре против принца! Курьер полковника Тернера… Занятая своими мыслями, я не обратила внимания на имя, объявленное мажордомом. Сейчас, со своего места, я не могла его видеть, но и он тоже не видел меня. Я медленно положила куриное бедрышко на тарелку и вцепилась в подлокотники кресла.

– Я не задержу вас надолго, миледи. Я приехал забрать жалованье за прошлый месяц и аванс на две недели вперед, как мне обещал Маришаль, после чего сразу же еду по делам. Претендент уезжает из Шотландии, значит…

– Да, конечно, – кивнула Сара. – Патрик получил деньги. Граф прибавил еще сумму, равную вашему месячному жалованью, – вознаграждение за преданную службу. – Она взглянула на Эйлин, которая как раз зажгла последнюю свечу. – Достаточно, Эйлин. Об остальном я позабочусь сама.

Горничная сделала маленький книксен и вышла, унося огарки на переплавку. Сара сняла с полки толстую книгу и положила ее на столик синего мрамора. На самом деле это была замаскированная под книгу шкатулка. Она вынула бумажный сверток, поставила шкатулку на место и повернулась к посетителю, попутно перехватив мой взгляд. Я судорожно сглотнула, мечтая об одном: чтобы он скорее ушел!

– Кейтлин, я хочу познакомить тебя с нашим другом.

Она обошла мое кресло и вернулась, ведя за руку высокого сухопарого юношу с черными волосами. Едва увидев меня, он замер как вкопанный.

– Ты в порядке? – спросила у меня Сара. – Почему ты такая бледная?

Я открыла было рот, чтобы ответить, но ни звука не сорвалось с моих губ.

– Кейтлин, да что случилось?

Она посмотрела на Гордона, который лишился дара речи, как и я. Вдруг на лице его отразилось замешательство, и он нахмурился.

– Вы знакомы?

– Кейтлин… Макдональд? – едва слышно проговорил юноша.

– Значит, вы знакомы! Кейтлин – сестра Патрика…

Молодой человек побелел как полотно. Он запустил дрожащие пальцы себе в волосы и часто-часто заморгал, не сводя с меня глаз.